Там, где царит Слава - Дарья Бухарова

– Я не слуга Ночи! Тия, ты же знаешь! - взмолился Сати. - Не верь им! Я не слуга Ночи! О-о!…

– Пустите его немедленно! - вторил ей Лимас. Кто-то из тераиков, держа руки на оружии, заперли их в кольцо.

– Мы никогда не причиняем вреда невинным, - проговорил один из тераиков, обращаясь к Тии. Та, возбуждённо и испуганно дрожа, воскликнула.

– Он мой брат! Я же знаю, что он не слуга Ночи! Пустите его! Он не…

– Чувствующие знают, - возразил тераик. - Не вмешивайтесь, - он поднял глаза на Лимаса. Кузнец, горько кривя губы, убрал меч в ножны. - Ты - один из нас. Почему ты защищаешь его?

– Он мой сосед, - выплюнул Лимас. - Он ни в чём не виноват!

– Ты - бросивший, - сказал другой Убийца утвердительно и презрительно. Крики Сати не трогали их не капли. Тия во весь голос заревела, прекращая дёргаться. Лимас прижал её к себе, утешающе гладя по голове. Вмешиваться было бесполезно. Тераики не пустят их. А слова этого Истребляющего Зло ясно дали понять Лимасу, что с ним не намерены даже разговаривать.

– О, нет! - вырвалось у Лимаса, когда он увидел Приносящего Жертву.

"Не могут… Не могут они сделать это,…" - метались мысли в голове кузнеца-тераика. Ему хотелось броситься на защиту Сати, но он понимал, что у него ничего не выйдет. А оставить без поддержки Тию, напоровшись на мечи Убийц, он не хотел. Они поняли, что он - бросивший, то есть ушедший без позволения Чувствующих, и убьют его легко. Он не должен оставлять Тию одну в этом хаосе.

Сати сквозь кровавую пелену перед глазами различил нового человека на плато. Полетела ещё одна стрела, но больше их не было. Убийцы, отправившиеся на поиски стрелка, пока не возвращались. Когда Сати понял, кто это, страх переполнил его до краёв. На нём не было рубашки, хотя грудь была вся закрыта какими-то амулетами и прочими побрякушками. Он был бос, но камни словно не резали его ступней. Он улыбался блаженно и мечтательно, глядя куда-то мимо Сати. Убийцы отступили, но Сати не мог подняться. Он лежал, подогнув под себя колени, упираясь лбом в камень. Потом он поднялся, и Тия снова вскрикнула - всё лицо её брата было в крови. Зубы у неё застучали, и она взмолилась, цепляясь за рубашку Лимаса.

– Ну скажите им! Сделайте что-нибудь! Они убьют его!

Лимас со вздохом покачал головой:

– Мы бессильны. О, Свет, мы бессильны, Тия…

Приносящий Жертву опустился на колени и уставился в небо. При взгляде на него Лимас едва не задрожал - даже выносливому, привыкшему к смерти Убийце было страшно смотреть на него. Таким же стал его брат… Нет, наверное, его брат уже мёртв. Уже убил себя… О, Свет! Его брата уже нет! Тот человек не был его братом!

Следом за Приносящим Жертву вышел ещё один тераик. Лимас побледнел - ещё прежде, чем Сати понял, что его ждёт. Они послали на мальчика Карателя! Карателя! За что?!

Под чёрной повязкой азартно и зловеще сверкали глаза, губы были искривлены в ухмылке. Сати побледнел ещё сильнее, пытаясь отползти назад. Истребляющий Зло не дал ему сделать это, заставив стоять на одном месте. На чёрной рубашке Карателя были белым вышиты ветки с острыми шипами. Затянутой в кожаную перчатку рукой Каратель сделал рукой жест, напоминающий бросок. Приносящий Жертву, продолжая улыбаться, вытащил из-за пояса кривой нож и вонзил его себе в руку, в районе кисти и повёл лезвие вверх до самого плеча. Полилась кровь.

Тия в испуге спрятала лицо в рубашку Лимаса. Она мелко-мелко дрожала, но он вряд ли мог успокоить её чем-нибудь.

– О, нет, они же его не убьют! Мастер Лимас, они ведь его не убьют, правда?! Правда? - в голосе звучала мольба и надежда. - О, он ведь не сделал ничего плохого!

– На нём пятно Силы Зла, - бесстрастно произнёс один из окружавших их тераиков. - Он должен умереть.

– Вы не понимаете! - Тия вцепилась в Лимаса и умоляюще посмотрела в мрачное и суровое лицо кузнеца. - Мастер Лимас!

Лимас отвернулся. Они должны были нагнать Сати раньше! Должны были забрать его… Но ведь тераики нашли бы их, раз уж так быстро отыскали Сати в горах. Нашли бы всех троих. И это бы повторилось…

Приносящий Жертву ни разу не крикнул. Он весь был в крови, лохмотья кожи свисали с его тела, но он продолжал улыбаться. Когда он вспорол себе живот, Сати не выдержал. Желудок вывернуло, он согнулся снова, не выдерживая кровавого зрелища. Каратель ждал, пока Приносящий закончит ритуал. Наконец, нож вонзился в сердце и Приносящий изогнулся, давая волю крику. Крик потряс горы, взвившись в самое небо. Никто ничего не видел, но взору Сати открылся чёрный полупрозрачный призрак. Не дух человека, имеющий человеческие очертания, а тёмное пятно, от которого веяло жаждой крови. Его, Сати, крови. В ужасе Сати взирал на призрак, тот, кажется, обернулся к нему. Впрочем, у него не было лица.

– Нет,… - прошептал он. - Я же ничего не сделал… Я же не виноват…

Каратель приблизился. В руке его тоже был кривой нож, но Сати не мог оторвать взгляда от призрака. Дух Приносящего Жертву намеревался броситься на него, если он посмеет попробовать пройти мимо… Да они же отсекли ему единственный путь… Для чего? Для побега? Но они уже отобрали у него все силы…

"Признай Силу Ночи!" - в последний раз взвизгнул в голове голос и исчез.

– Если ты призовёшь свой Дар или попытаешься убежать, он настигнет тебя, - произнёс Каратель.

"Призвать Дар? Вот он, Дар! Я вижу его! Убежать? Я не в силах шевельнуться!"

Губы Сати задрожали. Каратель стоял прямо над ним.

– Ты - слуга Зла. Ты заслужил смерть.

– Нет! - вскричал Сати, впившись глазами в серебристо отливающее остриё. - Я не слуга Ночи! Я не слуга Ночи! Нет!

– Не трогайте его! - закричала Тия, бросаясь в сторону брата. Один из тераиков поймал её за плечо. Хватка была стальной, но не болезненной. - Он ничего не сделал!… О! Вы все сами - слуги Ночи! - Тия отчаянно забарабанила кулачками по руке держащего её тераика. Истребляющий Зло не шевельнулся.

– Ты должен долго страдать перед смертью. Но мы торопимся вернуться туда, куда зовёт нас долг, - Лимас вскинул брови. Каратель продолжал. - Ты умрёшь в этот час, хотя заслужил большего. Так решили Чувствующие.

Клинок касался лба Сати. Несильно надавив, Каратель прочертил на лбу Сати царапину, но Сати почти не ощутил боли. Он смотрел на Карателя, закинув голову, и из глаз его текли слёзы.

– Чувствующие хотят узнать, кто ты.

Сати сморщил лоб, поднимая брови. Изумлённый нарушением ритуала Лимас едва не шагнул вперёд - ему не дали сделать это охранявшие их с Тией Убийцы. Каратель не должен разговаривать с жертвой. Его дело - довести её до безумия длительной пыткой, а потом принести в Жертву. Кроме того, Чувствующим всегда известно о слугах Зла, которых они чуют, почти всё.