Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич

Отморозки бывшего капитана Иванова, наконец, пришли в себя и, следуя приказу Довлатова приготовиться к отходу из лагеря, стали спешно паковать личные вещи. Близкие взрывы дезорганизовали их. Они не успели взять оружие из оружейной комнаты. Первыми к ней вышли спецназовцы. Гориленко от порога запасного выхода уничтожил моджахеда, несшего службу в наряде по бараку. Дросов срубил очередью одного из подонков, кинувшегося к ружкомнате.

Услышав выстрелы внутри здания, каратели Иванова застыли в ступоре, столпившись в коридоре казармы. В таком состоянии их застали спецназовцы. Их, ничего не понимавших, безжалостных ублюдков, и расстреляли офицеры отряда спецназа Дросов и Гориленко. Хладнокровно, без малейшего сожаления. Эти человекоподобные, обезумевшие от крови и безнаказанности дикие звери, спокойно расчленявшие грудных младенцев и сжигавшие заживо целые семьи мирных афганцев, не заслужили пощады. Они даже суда не заслужили, потому как животных не судят.

Только рядовые Романов и Мыльцев успели упасть до того, как прозвучали автоматные очереди спецназовцев. Как только стрельба прекратилась, Романов, не поднимая головы, крикнул:

– Не стреляйте, я и мой товарищ насильно переведены в спецкоманду. Нас взяли в плен на Тургунском перевале вместе со старшим лейтенантом Баженовым!

Офицеры переглянулись.

Дросов приказал:

– Встать! Руки за голову!

Побледневшие от страха молодые бойцы выполнили приказ грозных спецназовцев.

Дросов переспросил:

– Значит, вы попали сюда вместе с Баженовым? Это он заставил вас сдаться?

Романов ответил:

– Никак нет, извините, не знаю вашего звания, замполит роты был без сознания, когда духи обнаружили его. Старший лейтенант отстреливался вместе со всеми, это мы… растерялись! Но Баженов, еще когда в подвале были, говорил, что нас все равно спасут. А потом! Потом нас перевели в спецкоманду, но мы не покидали лагеря, ни в каких акциях не участвовали!

Дросов кивнул:

– Ладно! Проверим! А сейчас быстро в комнату своего замполита! И не пытайтесь сбежать. Себе хуже сделаете!

– Да вы что? Куда бежать? Нам бы обратно, к своим!

– Вы еще здесь?

Бойцы, перепрыгивая через трупы карателей, бросились в левое крыло барака, где находилась комната Баженова. Дросов, подорвав гранатой ружейную комнату, из-за чего чуть не обрушилось здание, вызвал Еременко:

– Первый! Я – Карат-2! Банда «Призраков» ликвидирована. Довлатова среди подонков не было! Взяли двух пацанов, пополнение карателей. Говорят, подчиненные Баженова!

Генерал ответил:

– Доклад принял! По «Призракам» ситуация ясна! Бойцов Баженова не трогать! С ними отдельный разговор будет! Теперь насчет Довлатова. Предатель находится вместе с Фархади и его ближайшим окружением в здании штаба лагеря. Определи возможность штурма этого штаба. Но так, чтобы без потерь с нашей стороны! Может, есть какая лазейка, через которую можно войти в здание.

– Понял вас, Первый! Продолжаю работать! До связи!

Не успел Дросов подойти к распахнутым дверям, как его станция издала сигнал вызова.

Раздался голос Кабарова:

– Я – Ноль третий! Продвижение к дальнему бараку затруднено, так как из склада по нам мятежники открыли огонь!

Майор спросил:

– Потери?

Старший лейтенант доложил:

– Потерь нет! Стреляют пленные не шибко метко, да и сектор ведения огня для них ограничен. Но пройти с правого фланга к дальнему бараку пленные не дадут. Как не дадут развить штурм и дальше. У них на складах прекрасная позиция.

– Принял! – Майор, отключив станцию, сплюнул на пол: – Черт! Как же заставить их замолчать?

Гориленко добавил:

– И закрыть ворота. Позиция-то у них отличная, но если в склад случайно залетит заряд гранатомета, то рванет так, что от холма останется воронка!

Дросов приказал отряду остановиться, укрыться в занятом бараке.

И тут Гориленко воскликнул:

– Рация!

Майор взглянул на него удивленно:

– Какая рация?

– Рация убитого часового!

– Ну и что?

– А то, что недалеко от ворот складов лежит труп моджахеда. Если у нашего при себе импортная станция, то такая же вполне может быть на теле мертвого моджахеда у холма. И настроены станции должны быть на одной частоте. Ну-ка, я взгляну!

Капитан перевернул труп молодого пуштуна. Вытащил из чехла импортную рацию. Та шипела, сквозь шипение доносились голоса на пушту.

Гориленко сказал:

– Станция включена на прием-передачу!

– Ну и что, Андрей? Что из этого всего следует?

– Попробуй вызвать старлея, командующего сейчас мятежниками.

– Слушай, капитан, а это мысль! Давай станцию, попробуем связаться с пленными. Может, получится.

Капитан передал командиру рацию убитого в бараке часового.

Майор выкрикнул в микрофон:

– Баженов! Баженов! Ответь!

Боец, занявший позицию у правой двери, неподалеку от которой валялся труп охранника, услышал вызов Дросова. Он крикнул в склад:

– Старлей! Слышь? Командир!

Баженов, нагнувшись, подошел к рядовому, и тот стволом указал на труп:

– Кажись, по его рации кто-то вас зовет!

– Меня? Кто?

– А я знаю? Вы сами послушайте!

И Сергей услышал:

– Баженов! Прошу ответить! Баженов! Ответь!

Старший лейтенант посмотрел на рядового:

– И вправду меня вызывают! Но кто? Так, надо забрать рацию! Я к трупу, ты прикрой, понял?

Сзади подошел Лебедев:

– Лейтенант! Я пойду за рацией!

Сергей обернулся:

– В чем дело, сержант?

– В том, что если меня духи грохнут, невелика потеря, без тебя же, единственного офицера, вся оборона к чертям собачьим развалится. Так что пойду я.

Баженов хотел запретить, но Лебедев уже перепрыгнул через ящики, загораживавшие вход на склады. Рядом с сержантом вздыбились фонтанчики земли, поднятые пулями, выпущенными из пулемета со второго этажа здания штаба лагеря. По пулеметчику тут же ударила группа прикрытия входа, заставив пулемет вновь замолчать. Сержант вернулся целым и невредимым. Передал рацию офицеру:

– Держи, старлей!

Сергей тут же ответил:

– Неизвестный! Я – Баженов! Кто ты и чего хочешь?

Услышав голос командира мятежников, Дросов облегченно вздохнул:

– Ну, наконец, старлей! Слушай меня внимательно…

Баженов прервал Дросова:

– Я послушаю! Но только после того, как ответишь, кто ты и чего тебе надо! Ну?

– Я – командир отряда специального назначения КГБ майор Дросов! Спецназ здесь для того, чтобы вытащить пленных и уничтожить лагерь вместе с предателями из карательной команды «Призраки». С карателями мы разобрались. Кстати, среди них были твои бывшие подчиненные! Мы должны работать дальше, но твои молодцы мешают. Я же не могу продолжать наступление, когда по моим людям стреляют из складов. А посему приказываю: первое – прекратить огонь! Второе, закрыть ворота и навесить на них какой-нибудь материал, чтобы случайная кумулятивная граната не разнесла вас вместе со складом к чертовой матери. Ты понял меня, Баженов?

Сергей ответил:

– Понять-то понял, но скажи мне, Дросов, почему я должен тебе верить? А если ты подельник Довлатова? И еще, вы убили Романова с Мыльцевым? Тех солдат, что были доставлены сюда со мной?

Майор не сдержался:

– Выполняй приказ, мудак! А попутно прикинь своей замполитовской башкой, стал бы с тобой базарить Довлатов? И еще я удивляюсь, что духи до сих пор не догадались херакнуть по складам из гранатометов! И давай закрывайся быстрей, у меня каждая минута на счету! Твои же бойцы живы, сидят в бараке! Ну?

– Ладно! Но кто бы то ни был, учти, живыми мы моджахедам больше не дадимся!

– Учту!

Баженов, отложив станцию, приказал Лебедеву:

– Сержант! Прекратить огонь и закрыть ворота!

– Один вопрос, а кто говорил с тобой?

– Хрен его знает! Представился командиром отряда спецназа КГБ, прибывшим вытащить нас отсюда.