Охотник 5: Истинный Король Том 2 - Александр Робский

— Слава тебе, первородная боль. Явился я в мир с чёрной душой… моё сердце — ужас, моя воля — страдания…

Артём хлопнул ладонями, крепко сжав их между собой, и по всему голому полю разбежались ударные толчки. Генрих еле устоял на месте, как и его копии, прикрыв скрещёнными руками лицо.

Сердце Короля сжалось, а по спине разбежались мурашки. Все чувства Генриха били тревогу. Он хотел убежать, но не мог… эта сила не даёт ему даже сдвинуться с места.

— Внемли же мне Боль — моя вечная спутница!.. Выйди из мрака и обнажи свою истинную, мерзкую суть…

Из соединения ладоней Артёма начал сочиться едкий чёрный свет, а так же слышаться душераздирающий людской крик.

Вокруг Генриха исчезли все звуки. Время словно остановилось. Он только и слышал своё тяжёлое дыхание, и как его сердце колотиться с немыслимой силой.

— Явление Души: Колыбель Ужаса!

Артём разомкнул ладони, и весь мир тут же утерял жизнь. Наступила ночь, а под ногами образовался водоём по щиколотку ног, у которого нет ни начала, ни конца, ни граней. Всё вокруг Генриха исчезло. Даже его копии куда–то пропали. Он оказался в мире, у которого нет цвета, нет вкуса… есть лишь жуткая тишина и мерзкое журчание воды.

— Этот мир… это моё откровение…

Король резко обернулся застав в ста метрах от себя, окровавленного Артёма с жуткими чёрными глазами. Его голос, ни смотря, что сам парень далеко, звучит повсюду.

— От… откровение⁈ — дрогнул голос Генриха.

За спиной Артёма показалась загадочная гигантская фигура.

На гладь воды рухнула детская рука с длинными пальцами, словно у взрослого человека, и с когтями, как у монстра… и эта конечность высилась на метров тридцать, а следом показалось и всё тело.

Из мрака вылез младенец с чёрными широкими глазами, встав за спиной Артёма. Его рост примерно сто метров. Он возвышается над Охотником, словно скала. Кожа этого ребёнка бледная как у трупа и покрыта кровавыми порезами, синяками и порванными ранами. Словно его били, резали, и рвали острыми зубами.

Из глаз младенца покатились кровавые слёзы. Падая на чёрную гладь воды, эта кровь начала извиваться, словно змея, начертив семь кругов, где в самом конце, по центру седьмого круга, стоит Артём Феникс, а на первом круге — Генри III.

— Что… что это?!.

Устремив испуганный взгляд на гладь воды, Генрих увидел обезображенные трупы. Они заполнили собой весь водоём… они отражение… отражение боли…

Некоторых мертвецов Генрих узнал, ведь это были люди, кого он казнил, или отравил, или отдал на съедение монстрам. И все они взирают на Короля жутким взглядом переполненным ненавистью и болью.

Генрих услышал хруст костей и медленно поднял взгляд, узрев неописуемый ужас, который сводил его разум сума.

Младенец широко раскрыл рот, да так сильно, что его нижняя челюсть сломалась. И внутри его пасти, закручиваясь в водовороте безумия, находились мертвецы. Это был словно портал в мир ужаса и вечной боли. И из этой воронки вылез длинный язык, что напоминал мост.

На кончике склизкого языка покрытого окровавленными рубцами, стоит высокое, рогатое существо в чёрной мантии. У него нет лица. Нет формы. Это существо пришло из недр самой бездны, желая явить Генриху свой закон ужаса.

Из тьмы капюшона, где должно быть лицо, вылезла пара пепельных рук с длинными когтями. Одна рука держит чёрный колокол, на котором выгравирован Генрих III, а так же мертвецы, что пожирают плоть и душу Короля. Во второй руке — белоснежный молоток.

— Я дам тебе шанс, — наконец-то заговорил Артём, — Если ты пройдёшь все семь кругов… ты победил.

И в туже секунду рогатое существо ударило в колокол белым молотком.

— А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А–А!!! — завизжал Генрих III словно свинья, а с его тела начала сползать кожа, оголяя пульсирующую багровую плоть.

Эта боль невыносима, жуткая и не даёт даже подумать о том, как всё это может быть реальным.

Изображение на чёрном колоколе начало в точности повторять движения Генриха III, а из самой полый части колокола выпала человеческая кожа, рухнув прямо к ногам загадочного существа.

— Стой!!! — побежал Король вперёд, — Не над…

Зайдя на второй круг, Генрих тут же утерял зубы и язык, которые вновь выпали из колокола, упав к ногам загадочного существа.

— АГРХ!!! М–М–М–М!!!

Генрих почувствовал, что его шаг замедлился… его ноги начали терять силу.

Мертвецы, потихоньку, наслаждаясь каждой секундой, поедают плоть Короля на ногах и не дают ему упасть на колени.

Генрих зашёл на третий круг и вся его плоть начала гнить и покрываться зловонными оспами. Он начал мотать руками в разные стороны, словно сумасшедший, и завывать так, словно его облили кислотой.

Боль была невообразимой, ни имела себе равных, и не знала жалости.

Но в тот же момент, взгляд Генриха уловил жуткую картину — тело Артёма начало восстанавливаться. Забирая плоть своего врага, он делает её своей, излечивая все свои раны. Так же на парне возник чёрный плащ с одним единственным гербом виде красного Феникса.

— Э–м–м?!.

Генрих широко раскрыл глаза, увидев вдалеке, над собой, и даже в глади воды свои пропавшие копии, которые оказались в точно таком же положение, что и оригинал. Они шли по кровавым кругам, а над ними возвышался обезображенный гигантский младенец с широко раскрытым ртом и высунутым языком, на конце которого стоит рогатое существо. У этого мира есть несколько вариаций… нет… не так… это бесконечность…

— Ну же… — возникла на лице Артёма жуткая, холодная гримаса, — Если будешь медлить, то потеряешь ноги!

Генрих опустил взгляд, узрев, что его стопы исчезли, а мертвецы уже поедают его берцовые кости. И они не дают Генриху упасть. Мертвецы держать его, что бы съест от пят, до самой макушки… ведь Королям не свойственно стоять на коленях.

— А–А–А–А–А–А!!!

Генрих перешёл на четвертый круг и его живот вмиг стал пустым, кожа практически достала до позвоночника, а из чёрного колокола посыпались человеческие органы, упав к ногам рогатого существа.

Потеряв внутренние органы, Генрих почему-то не умер. Он задыхается, но продолжает жить…

Король почувствовал, как опустела сама его суть, и как он исчезает из этого мира. Этот ужас въелся в его мозг, начав дробить разум на сотни осколков.

Ища глоток воздуха, не умирая, и прибывая в первородном ужасе, Генрих перешёл на пятый круг, и в туже секунду из его тела пропала вся кровь. Теперь Король больше напоминает мумию с живыми глазами, в