Late game - Часть 2 - Александр Тэл

съехали вниз по креслам, даже не делая попытки подняться — настолько им было лень. Трава на земле так же уныло тянулась к не солнцу, которого здесь, впрочем, и не было, а вниз, к земле, словно желала прилечь и отдаться вечному сну. Зато по правую руку было веселее. Поверхность арены в этом месте была сделана из дорогого дерева, а на трибунах мужчины и красивые женщины, соблазнявшие его на уровнях похоти и разврата, занимались чем угодно, кроме него. Остальные блоки повторяли пройденные уровни. Вот тянулся блок, состоящий из чистого золота, и будто этого не хватало, по всего его периметру рассыпаны золотые монеты. В бою явно будут мешаться. На трибунах же безмолвно сидели золотые истуканы.

«Это всё замечательно, но не влезут ли они все в бой?» — тревожно размышлял Вилл, задерживая взгляд на последнем блоке. Там прямо посреди арены тянулся пустой стол, вот только никакой аккуратности там и близко не было. Тарелки с объедками и кубки, упавшие на бок и из которых вытекало нечто тёмнок-красное. К счастью, все мужчины и женщины так же сидели на трибуне, занимаясь обжорством и не обращая на него никакого внимания.

«Ну, и где же…» — не успел Вилл закончить мысль, как после одного из осторожных шагов к рунической границе раздался неприятный шум, схожий на смесь ломающегося пенопласта, проводки ножом по стеклу и выпуском пара. В самом центре, на стыке всех семи блоков, появился силуэт. Женщина в красивом алом платье, украшенном множеством золотых и серебристых нитей. Распущенные чёрные волосы струились по спине, и выглядели настолько красиво, что на мгновение прокричало желание прикоснуться к этим волосам, чтобы ощутить их мягкость и нежность. Женщина, на вид его ровесница, одной рукой сжимала длинный меч с белоснежным клинком, а другой — чёрный посох с небольшой звездой на конце. Она не обращала на него внимания, смотря в сторону, словно полностью была в своих мыслях. Очевидно, что женщина не появилась просто так. Она — босс, и если он хочет пройти Глубокую пещеру, то нужно победить женщину, у которой даже не было нормального имени. Над красивыми чёрными волосами горели два слова:

Любовница Ворса

* * *

— Хех…хехех…хехехех…

Нервные смешки вырывались один за другим, и Вилл не мог и не хотел их остановить. Последний босс, любовница того самого Ворса, оказалась крепким орешком. Настолько, что бой с ней казался настоящим бредом.

Вновь пролезли воспоминания из других игр. В одной из он пришёл к боссу локации слишком рано, но гордость и юношеский максимализм, побуждавшие доказать себе свою же крутость, не позволили отступить. Босс убивал его с одного удара, а вот у его персонажа урон был настолько крошечный, что комариный укус казался больнее. На бой он затратил больше пяти часов — больше пяти часов пота и слёз в битве, где каждый удар убивал. Наконец, когда незримый счётчик попыток перевалил за несколько сотен, он справился — он победил. Однако, у того боя имелся нюанс — несмотря на весь сюр, этот враг не казался непобедимым — всё зависело от тебя и только от тебя, от навыков и реакции. У босса отсутствовали особо сложные механики, что и стало одним из главных ключиков к победе.

Любовница Ворса отличалась от того босса. Сперва всё шло несложно — женщина атаковала мечом, время от времени подключая посох со звездой, и иногда ей помогали засевшие на трибунах золотые стражники. Её здоровье падало настолько быстро, что не отпускало сомнение в реальности происходящего. Всё это неспроста, и как только здоровье Любовницы дошло до нуля, стало ясно, в чём дело. Это всего лишь одна фаза, и началась следующая.

Во второй фазе Любовница стала быстрее, хитрее и подлее, как и полагается любому уважающему себя боссу. Его же здоровье неуклонно падало вместе со шкалами магической энергии — не зная механик и атак, он постоянно попадал под удары и был вынужден тратить драгоценную ману на лечение. Наконец, на тридцати процентах второй фазы Вилл вызвал кровавые крылья и улетел в безопасную для него зону — за рунический полукруг. Проводив его безмолвным взглядом, Любовница растеряла ярость и мощь, и, казалось, стала поменьше в размерах, вернувшись к первой фазе.

Худшая догадка медленно подтверждалась. После второй фазы началась третья, и пылающий белоснежным светом клинок во время одной из атак превращался в хлыст, больно бьющий как его, так и поверхность арены, оставляя на ней белоснежный огонь. Не отставал и посох — из навершия, напоминающего десятиконечную звезду с тремя сколами, вырывались атаки всех стихийных школ — вот тебе огненный шар, а вот огненный питомец. Соскучился по магии льда? Лови на голову сосульку, а если что, посиди в ледяном коконе. Ещё больше проблем доставлял момент, что Любовница постоянно меняла набор фаз. В одной попытке она сперва прибегала к помощи золотых стражников, золотого блока, а в другой использовала рыцарей в ржавых доспехах, которым так же помогали и лучники. Всё складывалось так, что всего таких фаз будет аж семь, и шанс, что в следующей битве выпадет абсолютно такая же последовательность из семи различных вариантов, без практически нулевой. Каждый бой уникален, что не оставляет возможности подготовиться и подобрать единый шаблон.

Вилл успокоился и утёр кровь, свою, с щеки и с носа. В этой попытке он чуть не умер. Из хорошего — за пятнадцать попыток добрался до четвёртой фазы. Из плохого — в безопасную зону он влетел на одном проценте здоровья и кровотечении, которое чудом успел снять за секунду до следующего тика. И увиденное на четвёртой фазе не вписывалось ни в какие рамки игрового баланса. Даже в битве с тем самым сложным боссом из прошлого; пусть тот и убивал с одного удара, но от всех атак можно было уклониться — прямо или косвенно, использовав столб или другое естественное укрытие как защиту. Сейчас же…

Раз в минуту Любовница использовала нечто вроде ультимативной способности, атакуя по всей площади арены чистым уроном — на который не работали защитные сопротивления. Единственный способ защититься — зелье неуязвимости, но расходники извне не работают. На Изумрудный посох защиты так же рассчитывать нельзя — в первой легендарке он заблокировал атаку лишь благодаря замедлению времени, а без него поймать магию Любовницы на тот самый единственный защитный фрейм у него просто не получится. Эта сильная атака выходила за все рамки баланса — с уроном в девяносто девять процентов от максимального количества здоровья, и лишь чудом