Будет только хуже (СИ) - Виктор Климов

— А идеи, кто это может быть есть?

Учёный пожал плечами.

— Американцы? Японцы… Кто ещё у нас обладает соответствующим уровнем технологий и знаний?

— Кому-то захотелось поиграть в Бога, — решил Влад. — Посмотреть, что получится, если чуть-чуть подправить мир вокруг. Или всё-таки этот кто-то преследовал какие-то конкретные цели. И либо не получил не тот результат, на который рассчитывал, либо…

Влад посмотрел Ставицкому в глаза.

— …либо достиг того результата, которого хотел, — завершил свои размышления вслух Влад.

Ставицкий молчал. Было понятно, что он давно пришёл к таким же логическим умозаключениям.

Действительно, что если те, кто запустил процесс пересборки их мира как раз и хотели достичь такого результата, который они сейчас имеют несчастье наблюдать в окно: ядерная война, разрушения, смерти, всеобщий хаос.

Но тогда оставался ещё один, главный, вопрос без ответа: какую цель они преследовали? Понять цель, выгоду неизвестных было не менее важным, чем просто повернуть всё вспять. Ведь, если сейчас у них ничего не получится, а нас всё выйдет, то, что помешает им снова воспользоваться генератором, чтобы попытаться всё-таки достичь своей цели, какой бы она не была.

— А генератор этот вы сами изобрели? — поинтересовался Влад, погладывая в окно.

— Хм… — вопрос застал Ставицкого врасплох. — Всё в этом мире относительно.

«Понятно» — подумал Влад, но расспрашивать дальше не стал, так как дверь в купе с шумом отъехала в сторону и внутрь вошла Аня.

Она постояла в дверях, кажется, принюхиваясь, бросила на соседей по купе строгий взгляд, полный разочарования, покачала головой, но предъявлять ничего не стала, а просто устало села на свободное место рядом со Ставицким напротив Влада.

За ней вбежал, смешно ковыляя, пёс.

— Что-то интересное обсуждали? — спросила она невзначай.

— Да нет, ничего такого, — быстро отреагировал Ставицкий, который относился к Ане почему-то с опаской, несмотря на то, что та его быстро привела в чувство, когда тот был в глубоком запое, грозящим перерасти в самую настоящую алкогольную кому.

— А у тебя как дела? — решил разорвать образовавшуюся между ними неловкость Влад.

Аня неопределённо пожала плечами.

— Тоже ничего такого. Всё, что обычно сопутствует беженцам в дороге: абсцессы, нарывы, расстройство желудка, травмы и один случай диабетической комы, вызванной отсутствием инсулина. Спокойно доехать до места, судя по всему, не получится, Алексей с ребятами ещё троих заковали в наручники, будут ссаживать на ближайшей станции. Агат вот детишек развлекал, очень умный пёс, надо сказать. Да, агат?

Пёс вывалил язык и растянул пасть в улыбке, пока Аня чесала его за ухом.

— Понятно, — произнёс Влад. — Насыщенно провела время. А с инсулиновой комой что? Всё?

— Да нет, был у меня запас в несколько ампул. На какое-то время хватит, хотя им, конечно, надо будет где-то их раздобыть. Я сказала начальнику поезда передать сообщение на ближайшую станцию, чтобы подготовили партию инсулина для пассажиров, но не уверена, что его смогут найти, с лекарствами сейчас непросто.

***

Спустя пару часов, они действительно прибыли на крупную станцию, полную народа. Перроны гудели людьми, которые хотели уехать подальше от западной границы. Некоторые хотели попасть в Екатеринбург, ошибочно полагая, что он также защищён, как и Москва.

О, если бы они знали правду. Противоракетная оборона была истощена и каждая следующая ракета могла стать той соломинкой, которая переломит хребет верблюду.

Да, затаившиеся «Посейдоны» и система «Периметр» сделают своё дело в автоматическом режиме, и США с их союзником не удастся избежать ответного возмездия, но людям от этого легче не будет. Разве что глубокое моральное удовлетворение от осознания того, что враг превратится, как там говорил один телеведущий, в ядерный пепел.

Как и ожидалось, капитан Росгвардии Еремеев, он же капитан погранслужбы ФСБ Плетнёв, передали полиции дебоширов, несмотря на сопливые и в то же время агрессивные вопли, сопровождавших их жён и матерей. Скажите спасибо, что вообще не пристрелили и не выбросили из поезда на ходу.

Оформив необходимые бумаги, люди Деяна вернулась в состав. Аня тоже на время стоянки покидала поезд, отправлялась на поиски медикаментов, чтобы пополнить личные запасы, а заодно выгулять Агата, которые всё больше и больше привязывался к ней.

Всё это время Ставицкого и Влада охраняли четыре бойца: два в купе, два в коридоре. Ребята были не разговорчивые, так что скоротать время за разговором не получилось. Им сказано беречь объекты во что бы то ни стало — они берегли, болтать при этом вовсе не обязательно.

Ставицкий положением важной персоны явно наслаждался и даже несколько раз просил (почти требовал), чтобы ему принесли чая, и ему приносили. Влада же подобное внимание к себе наоборот сковывало и заставляло чувствовать себя неудобно.

Поэтому, когда в купе вошла Аня, а бойцы вышли, Влад испытал настоящее облегчение, тем более, что отправка поезда явно затягивалась, и гнетущая обстановка в купе на него начинала давить. Он как бы и сам любил побыть одному и чтобы его не донимали разговорами, но в данной ситуации даже болтливый Ставицкий казался лучшим вариантом для того, чтобы убить время.

Вбежавший следом Агат наполнил помещение запахом мокрой псины, из-за чего Ставицкий стал показушно морщить нос, но озвучить свои претензии так и не решился.

— Где Алексей с Павлом? — поинтересовался Влад у Ани, когда та села на полку и стала перебирать и сортировать раздобытые припасы.

— С начальником поезда о чём-то говорят. До этого бумаги оформляли, чтобы сдать транспортникам дебоширов, — ответила она, разглядывая на свет ампулу с желтоватой жидкостью.

— Скоро поедем?

Аня посмотрела на часы.

— Да уже скоро. Цепляют новые вагоны и локомотив.

Через некоторое время в купе действительно заглянули пограничники, убедились, что с «ценным грузом» ничего страшного не произошло, все головы на месте, и отправились отдавать дальнейшие указания.

Вскоре вагон качнулся, обозначая начало движения. На раскладном столике у окна звякнула ложка в стеклянном стакане, и Влад машинально потянул руку, чтобы поправить стакан в литом подстаканнике.

Взгляд скользнул по тонкой полоске свободного от шторы окна. Холодок пробежал по спине.

На перроне в толпе беженцев и солдат, следивших за порядком, стояла Джессика и смотрела на вагоны отъезжающего поезда.

Влад побледнел. Он моргнул, а когда попытался осторожно отодвинуть пальцем штору, наваждение растворилось. Людская волна словно смыла видение.

Реакция Влада не осталась незамеченной для Ани.

— Что случилось? Ты будто привидение увидел, — спросила она.

Влад невольно сглотнул.

— Типа того. Показалось, наверное.

— Точно?

— Да, — твёрдо ответил он, — Другого просто не может быть. Эмоциональное перенапряжение.

На последних словах щёки Ани зарделись легким румянцем.

Если бы Влад не был