Павшая луна: комплект из 2 книг - Джим Чайковски

«Спасибо, брат! Я тоже ни за что на свете не хочу расстаться с тобой».

Встав в стременах, Грейлин направил лошадку к промежутку между падающей водой и скалой. По пути он встретил Канте и Джейса, устроивших поединок на песке; один сражался мечом, другой – секирой. Принц и прислужник крепко сдружились, такие непохожие, – и к этому еще нужно было добавить соперничество за благосклонность Никс, хотя та оставалась равнодушна к обоим.

Грейлин оглянулся.

Никс стояла у запруды, подняв взгляд на черный полумесяц, кружащийся высоко в небе. Летучая мышь Баашалийя занимала почти все свободное время девушки и, как подозревал Грейлин, также значительную часть ее сердца. Двум ухажерам приходилось нелегко, имея дело с таким соперником.

«Нельзя сказать, что и я преуспел в налаживании с ней отношений».

Несмотря на то что лед был растоплен, отношения Грейлина и Никс оставались настороженными, натянутыми. Грейлин по-прежнему время от времени мельком замечал следы обиды, горечь, которая никак не проходила, – и было неясно, пройдет ли она вообще когда-нибудь.

Вздохнув, Грейлин прогнал прочь подобные невеселые мысли. Пустив лошадку под каскадами воды, он оказался среди хитросплетения речных проток и пещер, которые простирались вглубь этих земель, живущих по своим законам. Сразу за водопадом находился просторный грот с заросшими папоротником стенами. Задрав голову, Грейлин посмотрел на стапеля, окружающие корпус заведенной в грот «Пустельги». В замкнутом пространстве гулким эхом звучали крики и удары молотками, а также негромкое ворчание раздуваемых мехами горнов и звон кувалд по железу.

Объезжая стороной это столпотворение, Грейлин дивился тому, сколько всего изменилось даже за время его краткого отсутствия. Быстроходный корабль проходил ремонт после невзгод, выпавших на его долю в Халендии, и готовился к новым походам.

Громкий лай привлек внимание рыцаря к тому, что происходило под днищем «Пустельги».

– Грейлин! Ты вернулся!

Из-под киля выбрался Дарант. Пират был в сапогах, штанах и свободной рубахе с оторванными рукавами. Лицо и одежда его были перепачканы сажей, руки были покрыты черными пятнами масла. Похлопав «Пустельгу» по острому носу, Дарант подошел к рыцарю.

Тот спешился, здороваясь с ним.

– Вижу, у тебя большие успехи.

– Точно. – Оглянувшись на свой корабль, Дарант вытер лоб, еще больше размазав по нему грязь. – Мы сейчас закрепляем заклепками вдоль обоих бортов перила, чтобы установить дополнительные железные баки. Моей птичке понадобится столько запасов быстропламени, сколько она только сможет взять. Для горелок и, разумеется, чтобы не отморозить яйца.

Грейлин кивнул. Путешествие в ледовую пустыню будет опасным, однако все понимали, что без него не обойтись. С помощью хрустального куба с заточенным в нем светящимся изображением мира Шийя наглядно показала, какая катастрофа ждет впереди. Эти жуткие картины снова возникли у Грейлина перед глазами.

Павшая луна.

– Ну, все хорошо с моим варгром? – спросил Дарант, глядя на Кальдера.

Грейлин вздохнул. Несмотря на все произошедшее, пират настоял на том, что соглашение, заключенное с Саймоном, остается в силе. Казалось, с тех пор минула уже целая вечность, однако Дарант ничего не забыл. Он сдержал свое слово, переправив Грейлина в Халендию, как и обещал. И, если честно, сделал гораздо больше.

В общем, вернувшись, пират потребовал обговоренную плату.

Одного из варгров.

Грейлин оглянулся на Кальдера. Угрожающе оскалившись, зверь озирался по сторонам, встревоженный суетой и шумом. Заключая сделку с Дарантом, Грейлин настоял на том, что выберет сам, которого из варгров уступить пирату. Возможность выбора была отнята у него на Далаледе.

Тогда, приземлившись и закрепив «Пустельгу», Дарант встал вот на этом самом месте, подбоченился и указал на того зверя, которого хотел получить.

– Да, – ответил Грейлин. – С ним все хорошо. Твой варгр надежно упокоен в лесной чаще.

Дарант выбрал Аамона.

– Хорошо. – Шагнув к Грейлину, Дарант обхватил его промасленной рукой за плечо и увлек к «Пустельге». – А теперь давай я тебе покажу, какие новые когти добавил к этой замечательной птичке.

* * *

Сжимая в руке меч, Канте пятился по песку. Джейс надвигался на него, ловко перехватывая секиру из одной руки в другую.

Оба изрядно вспотели, раздетые по пояс. Песок обжигал принцу босые ноги, солнце слепило глаза, на груди все еще ныла недавно затянувшаяся рана. Канте очень хотелось свалить на все эти обстоятельства то, что какой-то прислужник родом со Щитов одолевал принца крови.

В конце концов Канте сдался и отбросил меч.

– Довольно! Ты уже лишил лица одного принца, так что лучше не поступать так же и со вторым. – Он потрогал щеку рукой. – Это лицо, хоть и смуглое, слишком красиво, чтобы его уродовать.

Учащенно дыша, Джейс усмехнулся.

– Да, любишь ты себя.

Подойдя к прислужнику, Канте пожал ему руку.

– Ты отлично поработал. – Он обвел кислым взглядом залитый солнцем песок. – Хотя рано или поздно нам, вероятно, все-таки понадобится человек, владеющий секирой и мечом, чтобы чему-нибудь научить нас.

– Совершенно верно. – Почесав плечо, Джейс кивнул на валяющийся на песке меч. – Тебе занятия определенно не помешают.

Их внимание привлек крик, донесшийся со стороны людного города, карабкающегося на предгорья. Приближались двое – Фрелль нес кипу бумаги и перья, Пратик тащил в обеих руках стопку книг.

– Кстати, о занятиях… – простонал Канте.

Алхимик кивнул на водопад, показывая принцу, что пришло время уроков. Вдвоем с Пратиком они устроили схолярий за каскадом падающей воды.

Подобрав меч, Канте отряхнулся и, ворча себе под нос, последовал за учителями.

Джейс пошел вместе с ним.

– Клашанский язык не такой уж и сложный. Конечно, грамматика у него не из простых, но в ней есть что-то общее с грамматикой гджоанского.

– Ты прочитал слишком много книг, – хмуро взглянул на него Канте.

Прислужник пожал плечами. Его лицо стало задумчивым. Оба понимали, что скоро им придется расстаться. Джейсу вместе с остальными предстояло отправиться во льды, однако путь принца лежал в другую сторону. Отсюда он должен был направиться далеко на юг, в Южный Клаш.

– Как ты полагаешь, сможешь его найти? – спросил Джейс.

– Разумеется. Для чего же еще я учу клашанский?

– В таком случае мы точно обречены, – скорчил гримасу прислужник.

Канте шутливо ткнул его в плечо.

И все-таки настроение у него было мрачное.

Он мысленно представил синюю точку на карте, представленной Шийей, обозначающую местонахождение другого Спящего, подобного ей. Бронзовая женщина считала, что в будущем им, скорее всего, потребуется такой союзник. Фрелль и Пратик приняли вызов, особенно если учесть, что чааен также хотел подойти к изучению вопроса со стороны клашанских пророчеств, связанных с грядущим апокалипсисом, преданий, обнаруженных в древнейших книгах, написанных вскоре после окончания Забытого века. Эти фолианты хранились в Кодексе Бездны, библиотеке Дреш’ри, по слухам, расположенной глубоко под землей под садами Имри-Ка.

Для того чтобы заручиться согласием императора попасть туда – и, хотелось надеяться, найти там союзника, – двум алхимикам требовалась помощь. Пратик не мог вернуться в столицу Клаша с пустыми руками. И при этом уж точно не мог привести с собой Шийю. Что оставляло только один вариант.

Канте вздохнул.

Требовался человек, который мог бы заинтересовать императора, быть может, даже привлечь его на свою сторону, который готов был стать пешкой в войне Халендии и Клаша.

Другими словами, нужен был…

Принц-в-чулане.

* * *

Райф тревожно расхаживал вокруг круглого стола, стоящего посреди пещеры. Черная дубовая столешница, порезанная и покрытая пятнами, несомненно, повидала на своем веку много горячих споров между разбойниками, грабителями и пиратами. Но вскоре ей предстояло стать прочной платформой, на которой будут решаться судьбы мира.

Бывший каторжник окинул взглядом блюдо с нарезанным сыром, миски со свежими ягодами и дымящиеся караваи хлеба размером с человеческую голову. На столе также стояли кувшины с вином и глиняные кружки с пивом.

«По крайней мере, мы сможем наесться до отвала и выпить за грядущую катастрофу».

Райф подошел к Шийе, уже занявшей место за столом. Она была в плаще с капюшоном, скрывающем блеск бронзы. Хотя здесь, где