Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Сопровождаемый волками, бредущими за ним следом, словно стая верных псов, Кригер шагал за каретой. Даже в глубоком снегу ему было несложно от неё не отставать. Для таких, как он, сие не являлось препятствием. Холод его не замедлял, а от таких человеческих слабостей, как обморожение, он уже давно избавился. В эту ночь, ночь своего возвращения, Кригер желал находиться на воздухе, бродить в ночи, подобно вынюхивающему жертву хищнику, добывая кровь древним способом. Здесь, как нигде больше, подобное было возможно без страха и возмездия. И он желал быть один, наслаждаясь моментом, вдали от мелочности свиты и равнодушного наблюдения Роча.

В сей древней твердыне вампирической силы скот прекрасно понимал, что означает подняться против своих хозяев. Даже в тёмные времена, когда войска так называемого императора загнали Восставших в подземные убежища, в Сильвании их боялись и уважали. Смертные понимали, что не имеет значения, кто объявил себя властелином этой страны, настоящими правителями здесь всегда останутся те же. Тут власть людей мимолётна. А власть Восставших возродится вновь. Смертные и их хозяева пришли к компромиссу, который, как было известно Адольфусу, удовлетворял глубинным потребностям обеих сторон. Разве для грубых крестьян с их скоротечной жизнью может быть кто — то лучше, чем сочетающий в себе все черты феодального владельца и бессмертного бога? Подобным людям всегда необходимо помнить своё место в мире, и Восставшие об этом позаботились. По — своему скот даже был рад ощутить на себе твёрдое правление. Они более счастливы, когда знают своё место, когда за них принимают решения.

Адольфус знал, что однажды таким станет весь мир. Сильвания — образец того, что последует. Теперь, когда талисман у него в руках, Кригер скоро будет обладать необходимым могуществом для осуществления чего — то подобного. Кригер никогда не был наиболее искусным из чародеев — его таланты всегда находились в иной плоскости — но добравшись до Дракенхофа и воспользовавшись находящимся там древним источником силы, он подчинит Глаз себе.

Он улыбнулся. Потрачены десятилетия на исследования и годы на изучение непонятных книг и пророчеств, но теперь он обладает ключом к абсолютной власти. Он держит в своих руках артефакт Великого некроманта, созданный тем на пике своих сил, предмет, который некогда сжимал сам могучий лич, придавший ему часть собственной безграничной силы. Нагаш был коварен и безжалостен в своей ненависти ко всему, что могло бросить ему вызов. Он создал талисман, когда стало очевидным, что древние вампирские царицы Ламии и их последователи со временем могут восстать против него. Имея под боком столь могущественных бессмертных колдуний, Нагаш рисковать не собирался и принял предосторожности, создав Глаз Кхемри, чтобы тех уничтожить.

Глаз содержит руны, которые при правильной активации подчиняют Восставших воле владельца талисмана. Так он создал Псов Нагаша, что преданно служили ему, находясь под действием чар. Прочие Восставшие бежали и схоронились в дальних уголках мира. Разумеется, Нагаш никогда не предполагал, что расстанется с Глазом. При всём своём могуществе он не смог предвидеть собственное поражение сперва от руки героя — царя Алкадизаара, а затем от человека — бога Сигмара. История умалчивает, что случилось с Глазом после гибели Нагаша, и тот переходил от одного неизвестного владельца к другому, пока не оказался на шее Влада фон Карштайна. Даже ближайшее окружение Влада не знало, что такое сей талисман, находясь под его контролем. Временами Адольфуса одолевали сомнения, а догадывался ли в действительности первый и величайший из графов — вампиров, чем он обладает? Теперь Влад сгинул навечно, и Адольфус сожалел, что не сможет спросить его лично. Глаз переходил из рук в руки между наследниками графа, не подозревавшими о его истинной силе, пока, в конце концов, не был утерян в битве при Хел Фенн. Лишь годы спустя, внимательно перечитывая главы одной из трёх сохранившихся копий ужасной „Либер Оккультус“, имевшие отношение к истории древней Неехары, Кригер выяснил, чем являлся Глаз. Так начались его долгие поиски.

Теперь талисман в его руках, и он почти настроил его на свою волю. С ним он способен стать бесспорным правителем Восставших. Может объединить вокруг себя всю Сильванию и создать непобедимую армию. Разумеется, потребуется время и терпение. Восставшие могут считать себя тайными властелинами мира, однако основной проблемой, препятствующей этому, является, в действительности, их разобщённость. Они больше времени тратят на заговоры друг против друга, вместо того, чтобы распространять власть собственного вида.

Адольфус положит этому конец. Он организует Восставших и будет править железной рукой, заменив нерешительный Совет. Он станет их королём, но позаботится о том, чтобы создать чёткую иерархию, как в любой империи, чтобы каждый знал своё место и имел собственные, чётко определённые вотчины. Кригер поездил по свету. Место найдётся для всех, как и достаточно крупное стадо человеческого скота, чтобы вечно их поддерживать. Сейчас Кригер был взволнован. Видения того, что случится, горели перед его мысленным взором, и он обнаружил, что желает ими поделиться.

Оставив волков, он вернулся к своим последователям и скрылся в карете. Девушка уставилась на него. Он заметил, что сопротивление понемногу покидает её вместе с кровью. Теперь к её гневу примешана жажда и да, даже потребность. Так действует на них экстаз тёмного поцелуя, и не имеет значения, сколь долго они сие отрицают. Она по — прежнему держится за свой кинжал, всё ещё собирается устроить шоу, сражаясь с ним. Адольфус, походя, наклонился к ней и забрал кинжал, словно игрушку у ребенка. Сегодняшним вечером он был не в настроении играть в подобные игры. Он хотел поговорить, с ней ли, с Рочем или волками. Адольфус почему — то чувствовал, что сообщить ей будет правильным поступком.

— Скоро я собираюсь править этой страной, — произнёс он.

— Ты безумец, — ответила она.

От слабости её голос стал вялым и хриплым. Адольфус ощутил, как в нём снова пробуждается острое желание отведать её крови. Он подавил желание. Кригер хотел поведать ей свой план, заставить взглянуть на события его глазами, чтобы она осознала, кем он был и кем будет.

— Нет, — сказал он. — Не безумец. Я в состоянии сделать так, как заявляю.

Она недоверчиво покачала головой, но он заметил, что она заинтересовалась.

— Восставших много и их свиты довольно влиятельны в мире. Ты бы удивилась, узнав сколь много богатых и могущественных тайно состоят в них.