Прогулка по висячему мостику - Екатерина Трубицина

Женечка замолчал. Ира уселась к нему на колени и прижалась. Он решительно усадил ее обратно на диван.

- Ира, если ты считаешь хорошей идеей снять свое сексуальное напряжение со мной, то ты глубоко заблуждаешься – это плохая идея, – сказал Женечка резко. – Ир, не обижайся, – продолжил он более мягко, – но даже не смей проделать что-либо подобное с Владом или с кем-либо еще. Впрочем, – добавил он ехидно, – можешь без всяких угрызений совести поиметь Игорька.

- Спасибо за хороший совет, – съязвила Ира. – Во-первых, где я его возьму, а во-вторых, не очень хочется.

- Ну! Если захочешь – возьмешь! Так что проблема кроется лишь в пункте под вторым номером. – Женечка рассмеялся и похлопал ее по плечу. – Видишь ли, – продолжал он совершенно серьезно, – люди отказавшись пользоваться сексом исключительно с целью размножения, сделали из него вещь очень многогранную. Впрочем, подавляющее большинство пользуется только одной из дополнительных граней – наслаждением. Тот, кто становится на путь исключительно духовного совершенствования, перестают пользоваться им, то есть сексом, вообще. Но те единицы, для которых духовное совершенство сама их суть, посредством полового акта делают невообразимые вещи. Ты, надеюсь, понимаешь, что духовное совершенство не имеет никакого отношения к человеческой морали и нравственности?

- Женечка, а что можно делать с помощью полового акта?

- Палладина, в данный момент, этот твой вопрос относится к сфере праздного любопытства, а оно, как ты знаешь, не удовлетворяется. Так, возвращайся-ка ты в свой отель и ложись спать, а я на днях загляну к вам. Уж больно мне интересно – что это за Рауль!

Женечка переоделся, через кухонную дверь вывел Иру в исходную точку в кафешке, вышел вместе с ней на улицу поймал такси и, буквально затолкав ее в машину, отправил отсыпаться в отель.

- - -

Весь день пролетел как обычно. Ближе к вечеру позвонил Генка и радостным тоном сообщил:

- Ирчик! Ты представляешь! Гаров собственной персоной нагрянул к нам в гости!

Женечка снял номер напротив Рауля, но за целую неделю своего пребывания, несмотря на все ухищрения, так и не смог ни разу его увидеть. На третий день Ире стало по-настоящему страшно. Рауль, казалось, не делал ничего сверхъестественного. Казалось простым стечением обстоятельств, что их с Женечкой пути никак не могли пересечься. Но сама неуклонность возникновения этих самых стечений обстоятельств вовсю отдавала мистикой. Согласно изначальному плану в разведывательную деятельность Ира с Женечкой Генку посвящать не собирались, но по прошествии недели безуспешных попыток хоть одним глазком взглянуть на загадочного Рауля, пришлось прибегнуть к его помощи.

Допрос с пристрастием состоялся в Женечкиной квартире, куда он через проход провел Иру и Генкину.

- Ген, кто такой Рауль? – спросил Женечка без всякого вступление, стоило лишь им разместиться в гостиной.

- А что случилось? – непонимающе спросил Генка.

- Пока вроде ничего. Кто такой Рауль?

- Инженер… – Генка не мог взять в толк, чего от него хотят.

- Та-ак… – металлическим голосом протянул Женечка.

Ира отметила, что впервые в жизни видит его во гневе.

- Скажи мне на милость, с какой это стати ты постоянно пытаешься столкнуть его с Ирой?

- Я не пытаюсь…

- Ну так, чтоб совсем, конечно, не пытаешься, но для чего ты отправляешь Иришку к нему на заднее сидение.

- Люди! По-моему вы с дуба рухнули! Никуда я ее не отправляю. Ир, я не понимаю, в чем дело? Ты ведь сама, проигнорировав мою галантность, плюхаешься рядом с ним.

- Ген, ты открываешь дверь и плюхаешься на переднее сидение, а мне ничего не остается делать, как садиться сзади!

- Ира! Ты чего? Ребят, вы, по-моему, действительно с дуба рухнули!

- Совсем чудесно! – Женечка нервно заходил по комнате. – Генка, этот Рауль тебе никого не напоминает?

- Никого он мне не напоминает! – Генка начал терять терпение. – Я его первый раз увидел вместе с Палладиной. Ир, он что, тебе кого-то напоминает?

- Нет.

- Ладно. Может он какие-то ощущения у тебя вызывает?

- Жень, какие он должен вызывать у меня ощущения? Талантливый мальчик, и с Ирчиком они классно сработались, ведь так, Ирчик?

- Гена, что Радный говорит по поводу него? – продолжал допрос Женечка.

- Да ничего не говорит… Рад, что у Иры с ним полное взаимопонимание. Собственно, на это он и надеялся, когда пригласил Рауля.

- Забавно… – Женечка задумался.

- Может, тебе со Стасом поговорить? – опасливо предложил Генка.

- А может, ты чушь городить не будешь? – рявкнул на него Женечка.

- Женич! Может быть, вы объясните мне, что происходит? Ты же знаешь, я – слепой… – взмолился Генка.

- А может ты хоть когда-нибудь перестанешь ныть, напряжешь свои тонкие кишки и прозреешь, разнообразия ради? – взревел Женечка.

- Жень, успокойся… – вмешалась Ира.

- Извини, Ир, – Женечка попытался взять себя в руки. – И ты, Ген, извини.

- Женич, объясни, в чем дело?

- Жень, может, действительно рассказать? – спросила Ира.

- Нет, – уверенно ответил он. – Зря мы вообще весь этот разговор затеяли.

Генка сидел, сжавшись, как побитая собака.

- Логинов! – строго сказал Женечка, – если ты завтра, проснувшись, будешь помнить хоть одно слово из этого разговора – я придушу тебя собственными руками, понял?

- Как скажешь, Жень…

- Свободен! – рявкнул ему Женечка, схватил за шкирку и выкинул через проход.

- Извини, Ир… – сказал он вернувшись.

- Ты всегда доходишь до бешенства, когда что-нибудь выходит за рамки твоего понимания?

Ира весело смеялась. Женечка в недоумении уставился на нее. Ира смеялась, сама не зная чему, но так заразительно, что он вдруг присоединился к ней. Приступ мало уместного веселья длился достаточно долго. В конце концов, они прижались друг к другу лбами, и Женечка спросил:

- Палладина! Ты хоть что-нибудь понимаешь?

- Не-а! Но мне не привыкать.

- Логично! Однако, что делать-то будем, а?

- Женечка, а что ты обычно делаешь в ситуации, когда не знаешь, что делать?

- А ты?

- Спрашиваю у тебя, – Ира усмехнулась.

- А если серьезно?

- А если серьезно, то я первая спросила.

- Хитрая ты, Палладина! И все-таки первой придется отвечать тебе.

- Почему?

- Потому что это твоя проблема.

- Хорошо. Для себя я придумала такую формулу: «Если не знаешь что делать – делай хоть что-нибудь».

- Неплохо!

- Да, но эффективна она, только если дело касается работы.

- Догадываюсь!

- Догадываешься? Почему?

- Потому что за всю свою жизнь то, что не касается работы, ты вообще ни во что не ставила.