Десант времени - Егор Красный

— О! Парни, если он что ни будь подстрелит, значит вы лихие вояки, — с недоверием воскликнул Рой, всматриваясь в темноту. Шли минуты, но лишь тишина покрывала окрестности.

Неожиданно, раздалось не то хрюканье, не то визг непонятного животного, а затем раздалось два выстрела. Послышался рев какого‑то крупного хищника, а затем все стихло и наступила тишина.

Из темноты вышел силуэт человека, и когда он приблизился, стало ясно, что это был Григорий с чем‑то большим на плече.

Дикая короткошерстая свинья оказалась немаленькой и весила не меньше 50 килограмм. Радостный ирландец вызвался помогать Стабу разделывать дичь и приготавливать барбекю.

Не прошло и часу, как радостные искатели приключений и сокровищ ели огромные поджаренные куски свежего и нежного мяса, посыпанного душистыми и острыми приправами, запивая мексиканским вином.

— Молодец, Григорий, не в бровь, а в глаз ты попал этому кабанчику, — держа в руке большую обжаренную лопатку, с благоговением говорил Медведь. — Живем, хлеб жуем, а ино и посаливаем.

— Живем не широко, а узким бог помилует, — сыто и навеселе ворковал Стаб, который обгладывал вкуснейшие свиные ребрышки, не забывая прихлебывать терпкое вино. — Нет, только скажи кому, чтобы в ночи с двух выстрелов зафигарить такому кабанчику, прямо в глаз. Я вот скоблил его и потрошил, но пули не нашел, а она значит в башке застряла…

— Нет, Стаб, капибара я взял ножом, его выгнал прямо на меня ягуар, — приподнялся Григорий в полусне. — А стрелял я по этой злой дикой кошке…

Стаб, хоть и был человеком не из «Московских высоток», но все же не выдержал и закашлялся, с испугом взглянув сначала на спецназовца, а затем покосившись за спину на бамбуковые заросли.

— Так, что ж ты сразу не сказал? И большой ягуар?

— Да, нормальный такой, наверное, размером с меня, но злой уж больно, — подтвердил Григорий, и уже усыпая откинул свою голову на теплый песок. Ночь с каждой минутой наваливалась на всех бойцов спецназа, усыпляя их и унося в грезы и воспоминания. Рой разбудил всех еще затемно, призывая всех быть тихими и незаметными, чтобы не разбудить океан раньше времени.

— Рой, ты проверил координаты по ночным звездам? — спросил Грач, с надеждой в темнеющем рассвете вглядываясь в глаза ирландца.

— Да, Грач, согласно твоим цифрам долготы и широты, это должно быть в полумили от бухты, в пределах барьерного рифа, — сообщил ирландец, выбирая трос с якорем.

На легком боковом ветре быстроходная яхта выскользнула из бухты навстречу океанским волнам, которые с каждой минутой становились все выше, иногда закрывая от взоров очертания острова. С глубины, казалось, шла какая‑то таинственная музыка и странный нарастающий звук.

Видя, некоторое удивление в рядах своей многочисленной команды, ирландец указал пальцем на небо и ругнулся в душе. Небосвод посветлел в далеких лучах восходящего солнца, но тут же стало ясно, что все небо было покрыто огромными глыбами кучевых ливневых облаков. Шли минуты, и уже отчетливей можно было рассмотреть как непроглядная стена ливня шла к острову навстречу яхте.

— Ни чего, не так все плохо, под водой тоже мокро, — усмехнулся Рой и, поймав порыв ветра, стал выводить шлюп к месту, о котором знал только сам капитан яхты.

Вскоре они приблизились к тому участку океанских вод, которое держал в голове ирландец, и, заглянув за борт, он выбросил за корму яхты якорь, сделанный из большой сетки с изъеденными морем пушечные ядра. Кивнув головой Унику, он стал помогать ныряльщику из будущего одевать акваланг с баллоном, попутно объясняя как с ним обращаться, а так же договариваясь о подводных сигналах руками, которые помогут им двоим упростить общение под водой, и сориентируют их в опасной ситуации.

Стараясь не спутать сигнальные тросы, два ныряльщика нырнули одновременно с кормы и носа яхты, оставляя за собой мириады пузырьков. Бойцы спецназа заворожено смотрели как под воду в еще темные глубины ушел их товарищ Уник и ирландский американец. Медведь невольно перекрестился и переглянулся с остальными своими коллегами.

— Нет, братцы, что до драки, я смогу, но вот живьем туда лезть — не с руки…

— Да, это как с парашютом прыгать, страшно только в первый раз, — сказал Грач и его фраза совпала с первой волной ливня, который, как стена обрушился на яхту и на головы спецназовцев. Так продолжалось полчаса, а затем, вдруг дождь стал стихать, и за темными облаками вспыхнули первые лучи яркого слепящего солнца. И вокруг все ожило, так словно и не было этого ливня. Голубизной заиграл океан и раскрыл свои темные объятия перед теми, кто был на шхуне и кто нырнул в безбрежные воды океана…

Некоторое время на дне океана внутри барьерного рифа было еще темно и два водолаза Рой и Уник, держась поблизости друг от друга не спеша погружались на глубину. Недалеко от неспокойной поверхности океана, еще были огромные скопления креветок и стаи мелкой рыбешки. Потратив несколько минут на декомпрессию, два водолаза снова продолжили свое погружение.

Мимо них плавали еще полуспящие пестрые рыбы и огромные крапчатые групперы. Целая стая черепах застыла около кораллового рифа, выбирая себе, что‑то на завтрак из травяной растительности. Желтые, синие, красные, зеленые рыбы–попугаи и рыбы–ангелы выплывали из коралловых рифов барьерного рифа и не боясь подплывали к двум непрошенным гостям их подводного мира.

Опустившись на глубину водолазы окунулись в огромное скопление множества каракатиц, которые после ночи уходили на дно. То там, то здесь неуклюже перебирая огромными клешнями пробегали лобстеры. Уник невольно вздрогнул, когда из кораллового рифа показался двухметровый осьминог, но Рой показал ему большой палец вверх, давая понять, что это не опасно. Но тут же опытный подводник с Флориды показал на двух рыб, сигналя, что это очень опасные и ядовитые рыбы. Спецназовец пригляделся и заметил среди актиний разноцветную крылатку, которая выпустила веером свои ядовитые иглы–колючки.

Океан наверху посветлел и по сверкающей поверхности, стало ясно, что прошел дождь и выглянуло солнце. Водолазы идя параллельным курсом, внимательно инспектировали дно. Пройдя несколько сот метров под водой, Рой дал сигнал Унику, показывая на часы, что время закончилось и пора на всплытие.

Лишь только на восьмое погружение Рой обратил внимание на какой‑то одному ему известный знак и подплыл ближе. Что‑то взволновало его и он начал напряженно осматриваться по сторонам в недоумении. Спецназовец обратил внимание, что дно в этом месте было неестественно раскопано до грунта и твердых каменистых пород, а в неестественных углублениях, словно в норах покоились скаты. Время заправки баллонов подходило к концу, и ирландский подводник дал сигнал к всплытию наверх.