Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

спросила Евгения, по тону чувствовалось, что она очень раздражена. – Опять эти козлы из «Белизны» время тянут! Ну, я им устрою! Мало, значит, они от меня в прошлый раз схлопотали! Вечно то задержат заказ, то плохо выстирают, хоть не рвали еще – не дай Бог! – а то давно бы лавочку прикрыли! Вот твари, а! С кем с кем бы играли, но не с послом же! Ну, ничего, в этот раз я им по полной в жопу закачу!

И главная горничная принялась нервно мерить площадку шагами, пыхтя, как паровоз. Девушка на балконе слушала молча, хотя по лицу было видно, что она совсем не завидует участи работников прачечной. Но она так и не получила ответа на свой вопрос, поэтому и не уходила, но и не решалась повторно спросить и привлечь к себе внимание разъяренной главной горничной. Пока Евгения шагала из угла в угол, посылая угрозы в адрес прачечной, девушки коротко переглянулись. Фатима быстро и незаметно помахала рукой, девушка на балконе робко улыбнулась, бросая быстрые опасливые взгляды на свою начальницу, Фатима в ответ пожала плечами и едва заметно покачала головой, как бы говоря: ну, что поделаешь, опять на нее нашло, ты же знаешь, это не редкость. Девушка на балконе снова улыбнулась и кивнула, нервно сжимая перила балкона. Наконец, она решилась прервать гневную тираду и пролепетала:

– Евгения Юрьевна, ну что нам стелить, а то все ждут? – и тут же добавила, – вам принести телефон, позвоните в «Белизну»?

– Потом позвоню, чтоб им пусто было! Лучшая прачечная в городе! – передразнила она рекламу, – дерьмо собачье! Моя прабабушка в тазике и то лучше стирала! А что до тебя, – она снова повернулась к девушке, та тут же сжалась буквально на глазах, – пока ничего не стелите, просто покрывалом прикройте и все. Вы не хуже моего знаете, что Андрей Данилович кремовое белье любит. Уж до 5 августа я из них не то что наши простыни, все дерьмо и спесь выбью, поверь мне!

По лицу девушки было понятно, что она верит.

– Ну, тогда я пошла, – пискнула она и, резко развернувшись, скрылась в доме.

– Ты только посмотри, как они мне целый день мотают нервы! – повернулась Евгения к подруге, – видишь, все на мне и держится! Ну ладно, сейчас скажу, что тебе делать, и пойду с этими козлами собачиться.

От такого оборота речи Фатима невольно улыбнулась, радуясь, что платок надежно скрывает все ее эмоции, проступившие на лице.

– Итак, – продолжала главная горничная, видимо, враз почувствовавшая себя опять большим начальником, – сейчас я налью тебе воды в ведро, вымой все каменные горшки и столик. Тут, правда, все надо мыть, но это, наверное, уже завтра. А то надо еще ребят из охраны покормить, а нести еду им некому, поэтому я их отвлеку, а ты понесешь. – Шепотом сообщила Евгения, – не волнуйся, если уж они тебя еще не признали, то уже не признают. Они у нас, если один раз расслабились, потом долго не могут собраться, особенно без Виктора Владимировича – это начальник личной охраны, дрючит их, как бык телку в сезон. – И она начала хихикать совсем как школьница, отчего стало понятно, что этот Виктор Владимирович очень не безразличен одинокой главной горничной. – Да и пока хозяина нет, тут все на полсилы работают, вот денька за два-три до приезда тут настоящий друдом начнется, все станут все проверять, суетиться. Личная охрана все десять раз обшарит и облазит, а пока – полная халява. Так что не боись, ты уйдешь еще до этого ада.

С этим главная горничная и отбыла, оставив Фатиму наедине с ведром и тряпкой. Девушка не возражала, наоборот, трескотня Евгении давно уже надоела и вызывала чаще раздражение, чем улыбку. Протирая каменные клумбы, тщательно, так как ее могли видеть из дома, Фатима тем временем бросала изучающие острые взгляды на обстановку вокруг. Прежде всего, конечно, она рассмотрела виноград, так густо и удобно окутавший балкон, по нему вполне можно было залезть, причем, не особо напрягаясь. Но были камеры. Именно поэтому, не видя обзора камер, Фатима не могла точно решить, каким путем она попадет на виллу и каким уйдет. Хотя нет, как уходить она уже решила – море, вот идеальный путь отхода. Естественно, ночью там будет несладко. Да еще, наверняка, воды возле виллы патрулируют, но в воде все же легче скрыться, главное теперь, чтобы глубина подошла. Можно было спуститься по лестнице к пляжу и войти в воду там, но это лишнее время, а в ту ночь у нее не будет ни одной лишней секунды. Впрочем, пока рано было строить конкретные планы, без камер она не может рассчитывать ни на что, но вот гипотезы иметь всегда надо.

Возможность взглянуть на камеры представилась ей в этот же день. Через пару часов, когда она уже все протерла и вымыла, к ней пришла Евгения, сверкая глазами и нервно дергаясь.

– Быстрее, – прошептала она, хватая девушку за руку, – я завела охрану в дом, так что не тяни, неси им поднос. С минуты на минуту они будут на веранде, так что тебе лучше понести им еду, я им сказала, что Анжелика моет веранду, а потом принесет им поесть. Придумала дикую историю, что в доме заедает домофон, вот они и поперлись проверять, двое в дом, а один к воротам.

– А ведро?

– Я сама уберу его, бросай все и иди! Там один охранник с Анжелкой общался, он очень хочет лично спросить, как у нее дела, так что лучше вам разминуться.

Фатима не стала спорить, стянула перчатки, поставила ведро и отправилась с главной горничной вниз, где на столике возле бассейна их уже ждал большой поднос, накрытый салфеткой. Но мне понадобятся руки, подумала Фатима, тогда я не смогу прикрывать лицо. Но эту проблему она давно решила, ведь она собиралась проникнуть к охранникам, а с платком у лица сделать это было сложно в любом случае – в этом деле ей нужны были обе руки.

– Господи! – в ужасе воскликнула Евгения, глядя на поднос, – ты же не сможешь лицо закрыть! Что же теперь делать-то, а? Мне конец! Вот я дура!

– Успокойся, – снисходительно улыбнулась Фатима, доставая из кармана передника широкую медицинскую маску, купленную в той же аптеке, что и слабительное. – У меня все под контролем.

Главная горничная так комично выпучила глаза, что, если бы момент не был таким напряженным, Фатима бы посмеялась от души, но теперь она лишь холодно улыбнулась совершенно не «Карининой» улыбкой, так улыбалась только наемная убийца Фатима, и быстро, но без спешки завязала повязку. В результате ее лицо