Грозовые Земли - Джон Робертс

В роскошной каюте рабы снимали с Пашара доспехи. Шаззад присела на диван среди подушек и приняла из рук слуги бокал с вином. Пашар также пригубил напиток. Принцесса знала, что лекарь добавляет в вино лекарственные травы, которые должны предотвратить болезни, свойственные преклонному возрасту.

Она всегда опасалась, что это зелье может пагубно воздействовать на рассудок короля.

— Ну, дочь моя, что ты думаешь о наших союзниках? — с довольным видом поинтересовался Пашар.

— Мне они показались весьма… живописными. Интересно, они и впрямь каннибалы, как болтают в Касине? Мне показалось неловко спросить об этом напрямую.

— До меня также доходили разные слухи, — отозвался король, усаживаясь рядом с дочерью на диван. — Но омайцы, наверняка, говорят то же самое и о нас. И все же я пристально следил за теми блюдами, что подавали на банкете… Как бы то ни было, сюда их привели более серьезные намерения. Что ты думаешь об их гигантских кораблях?

— Они весьма внушительны и выглядят угрожающе. Но на них нет таранов.

— В самом деле?

— Неужто ты не заметил? Я, конечно, не знаток, но ясно вижу, что эти монстры не предназначены для морских сражений. Я полагала, что мы двинемся на север, чтобы напасть на суда Гассема, и попытаемся вынудить его воевать с нами на море.

— Да, это входит в наш план, — осторожно ответил король.

— Но на самом деле, ты намерен осадить город, не так ли? Ты собираешься войти в бухту Флории и взять приступом крепостные стены? — спросила принцесса.

— Именно это я и сделаю, — кивнул Пашар. — Если разведка покажет, что причалы и гавань хорошо охраняются, мы используем штурмовые возможности чиванских кораблей. Стены Флории, что выходят к морю, довольно низкие. Плавучие крепости чиванцев помогут нам одолеть их.

Шаззад была взволнована. Впервые король был с ней так откровенен.

— Отец, но почему ты не хочешь подождать, пока прибудет короля Гейла? Имея превосходство как на суше, так и в море, ты смог бы наголову разгромить Гассема. Зачем же штурмовать город сейчас?

Пашар со снисходительной усмешкой удостоил дочь терпеливого объяснения:

— Дитя мое, в письме король Гейл сообщил, что спешит нам на помощь с большим войском. Не знаю, правда ли это, но если да, то его армия будет вынуждена пересечь Зону — неизведанную и крайне опасную территорию. Кто знает, что с ним может там случиться? Даже если ему удастся миновать Запретные Земли, сохранив большую часть своих людей и кабо, все равно он может появиться слишком поздно. Если он прибудет вовремя и приведет крупные силы, мы с радостью примем его помощь, но я не могу всерьез на это рассчитывать.

— А что если Гассем отразит все наши атаки? Если он одержит новую победу и закрепится на материке?

Король пренебрежительно махнул рукой.

— Однажды Гассем поразил меня. Мы ожидали увидеть орду дикарей, а перед нами предстала довольно организованная армия. Но то было на суше. На море же Невва господствует до сих пор. Сухопутные войска можно подготовить к бою всего за пару недель, но нужна целая вечность для создания флота. И потребуется не один десяток лет, чтобы должным образом научиться воевать на море.

— Однажды мы уже недооценили противника и проиграли сражение, — заметила принцесса.

— Довольно, дочь моя, — резко оборвал ее король. — Транспортные корабли доставят войска для взятия причалов и крепостных стен. Такой атаки Гассему не выдержать.

Шаззад пришла в бешенство. Король, вместо того, чтобы посоветоваться с ней, вновь внял нелепым советам своих царедворцев.

— Послушай, отец, Гассем и его воины — кочевники-дикари. Город им ни к чему. Если ты одержишь победу, они просто сбегут по суше и захватят любой из соседних городов. Что нам делать тогда? Гнаться за ними на кораблях по земле?

— Замолчи! — прорычал король. — Довольно с меня твоих дерзких речей! Возвращайся к себе на корабль. Я согласен, что ты заслужила право видеть, как мы уничтожим орду Гассема. Ты проделала немалую работу, чтобы привести флот в порядок, но никто, даже родная дочь, не смеет противиться моей воле!

Шаззад склонилась перед отцом в покорном поклоне. Сейчас она была бессильна что-либо изменить, но возвращаться в столицу ей не хотелось.

— Прошу простить меня, отец. Я желаю лишь верно служить тебе и тревожусь о твоем благе. Мне не по душе, когда ты рискуешь собой больше, чем требуется. Поверь, что лишь поэтому я говорила с тобой так резко.

— Я прощаю тебя, — смягчившись, проронил Пашар. — Но не тревожься: мы как следует продумали свою стратегию. Ты увидишь, как легко мне будет одолеть Гассема.

Бормоча себе под нос худшие ругательства, Шаззад вернулась на «Лунную Искру» и велела немой рабыне снять с нее парадное одеяние.

— У меня недоброе предчувствие, Мина. Отец намерен ринуться в бой в уверенности, что Гассем станет воевать именно так, как того желает король Пашар. Он убежден, что Гассем незнаком с тактикой ведения морского боя, однако, дикарь ведь захватил портовый город, и там наверняка нашлось немало предателей, готовых послужить новому хозяину.

Девочка помогла госпоже умыться. Но прежде чем Шаззад начала переодеваться, в дверь постучал капитан.

— Принцесса, к вам люди с корабля чиванцев.

Она поднялась на палубу. У самого борта покачивалась на волнах длинная лодка, нос которой был украшен изваянием трехглавого змея. Помимо гребцов и рулевого, там стояли десять женщин-воительниц.

— Взгляни на моих новых телохранителей, — представила их Шаззад капитану. — Наши новые союзники дали мне эту свиту.

— Но где же нам их разместить? — почесал в затылке капитан.

— Они готовы спать даже на палубе. Говорят, эти женщины гордятся своей стойкостью, с какой переносят любые невзгоды.

Матросы в изумлении наблюдали за тем, как воительницы, сильные и гибкие, точно кошки, взбираются на борт судна.

— Подойди ко мне, Кровавая Секира, — на южном наречии велела Шаззад.

Тем временем женщины осматривались по сторонам, не скрывая своего презрения к пялившимся на них мужчинам. Воительница обернулась на голос Шаззад. От нее резко пахло потом.

— Я вижу, Кровавая Секира, что у тебя больше всех шрамов, так что ты будешь отныне начальником стражи. Согласна?

— Да.

— Отлично. Будешь отвечать за своих подруг. Отныне обращайтесь ко мне «принцесса» или «хозяйка», или «госпожа». Объясни это всем остальным.

— Наши обычаи запрещают…

— Ваши обычаи мне известны. А сейчас позволь поведать тебе о наших. Я уступаю тебе физической силой, но зато мне служат крепкие мужчины. И если кто вознамерится обидеть меня, то преступника распинают на кресте. Он может прожить еще четыре или пять дней после этого, дабы раскаяться в своем преступлении. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Едва ли ваш король станет портить отношения между нашими державами, даже если я велю казнить любую из вас… Или всех десятерых.