'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Воины Селадонны все это время сидели под балконом вместе с Утесом и ждали удобного случая, чтобы наброситься на владыку. Когда они залезли на балкон, у авентерцев чуть не началась истерика, но Энния угомонила их парой резких слов.

Пока Селадонна объясняла, что голову владыки нужно отрезать и закопать куда-нибудь поглубже, Лун пошел искать раненого мальчика. Он нашел его в большой гостиной с цветастым мозаичным полом. Мальчик лежал на диване, а вокруг него стояли земные обитатели. Один мужчина прикладывал тряпку к кровавым царапинам на шее ребенка, а женщина, взволнованная, сидела рядом на корточках.

– Он в порядке? – спросил Лун. Мальчик заморгал, поднял на него глаза, а затем выпучил их. На протяжении всего напряженного разговора с владыкой он смотрел на Луна и, видимо, узнал его и в другом облике.

Мужчина – наверное целитель – неприязненно окинул Луна взглядом и ответил:

– Это зависит от того, есть ли на твоих когтях отрава.

Лун стиснул зубы и сдержался, чтобы не зашипеть. Как же было приятно узнать, что мир земных обитателей ничуть не изменился.

– Нет, но даже если бы и была – ранил его не я.

Женщина с жаром сказала:

– Они предложили себя в обмен на моего сына. Никто из вас этого не сделал.

Лун решил, что благодарность авентерцев нравится ему еще меньше их неприязни, и ушел на балкон.

Тело Ивадея все так же лежало на полу, но кто-то набросил на него одеяло. Судя по очертаниям, голова еще была на месте. Хаврам разговаривал с Селадонной и Утесом, а Энния стояла рядом. Другие земные обитатели собрались поодаль, но один из них подошел к Хавраму. Это был молодой мужчина в столь же богатых одеяниях. Похоже, они о чем-то спорили.

Натянутым как струна голосом Хаврам говорил:

– Ливан – наш архимагистр. И он никогда не слышал о столь варварском обычае.

– Ливан никогда не слышал о Сквернах. – Селадонна была напряжена, ее шипы дрожали, и она с трудом удерживала их уложенными. Вид у нее был еще более гневный, чем во время стычки с владыкой. – Так что его мнение о том, как лучше избавляться от их останков, ничего не стоит.

– Что? – спросил Лун у Утеса.

Праотец устало ответил на языке раксура:

– Это их чародей; он пришел рассказать остальным, что во всем виноваты мы.

– Что? – повторил Лун.

– Наверное, сейчас вам лучше уйти, – сказала Энния Селадонне. – Потом, когда мы все обсудим…

– Просто уходите, – прервал ее Хаврам. – И прекратите втягивать нас в ваши дрязги.

Утес раздраженно вздохнул. Он перевел взгляд с Селадонны на Луна и спросил:

– Вы двое достаточно насмотрелись? Довольны? Можем улетать?

Лун был только рад убраться подальше от этого города. Он уже устал от Эннии, от ее попыток притвориться, будто все в порядке, и от непроходимого упрямства Хаврама.

В горле Селадонны заклокотал рык.

– Да, можем лететь. – Она подошла к Ивадею, сорвала с него одеяло, уперлась ногой в грудь и одним движением оторвала ему голову. Выпрямившись, она сказала Эннии и Хавраму:

– Скверны придут. Я лишь надеюсь, что хоть кто-нибудь из вашего города выживет.

Спрыгнув с балкона, они полетели прочь, навстречу ветру.

* * *

Селадонна повела их через плато. Когда город и летучие пузыри скрылись из виду, они подлетели к небесному острову. Тот был маленьким, всего несколько сотен шагов в длину и ширину, и почти полностью зарос растрепанной от ветра зеленью. На нем стояло старое развалившееся строение, от которого остались лишь увитые лианами стены без крыши. Да и одной наружной стены уже не было – на ее месте вниз уходил отвесный обрыв, куда и свалилась часть строения, когда остров раскололся надвое. Лун подумал, знают ли авентерцы о каменной породе, которая залегает в сердце таких островов и удерживает их в воздухе благодаря сосредоточенной в ней магии. Он решил, что вряд ли, иначе они бы не стали путешествовать на неуклюжих пузырях.

Раксура приземлились, и воины занялись поисками сухих дров для незатейливого кострища, сложенного у одной из наружных стен. Судя по всему, Селадонна уже останавливалась здесь, когда летала в город в прошлый раз. Один из воинов сказал Луну:

– На другом острове есть развалины получше, но там полно летучих змей.

Лун рассеянно кивнул и лишь затем сообразил, что воин извинялся перед ним за отсутствие удобств. Луну приходилось спать в местах и похуже, но ему всегда было интересно почувствовать себя настоящим консортом.

Когда воины разожгли костер, Селадонна отправила их на равнину, чтобы закопать голову владыки и поохотиться. Затем она села рядом с Луном и Утесом у очага. Королева выглядела уставшей, подавленной и взволнованной. Она церемонным тоном сказала Луну:

– Спасибо, что настоял на том, чтобы снова наведаться в город. Не прилети мы сюда, никогда не узнали бы… обо всем.

Лун пожал плечами, чувствуя себя неловко. Он не был доволен тем, как все прошло. Ему казалось, что он мог говорить убедительнее или дать больше примеров того, как Скверны охотились на земных обитателей. Переговоры начались так хорошо, и Лун даже глазом не успел моргнуть, прежде чем все пошло наперекосяк. «Впрочем, как обычно». Но теперь они уже ничего не могли с этим поделать.

– Ты была права, не стоило мне первым лезть за владыкой. Нужно было пустить тебя вперед. Он бы не догадался, что я нападу сзади.

Селадонна отмахнулась.

– Ты не виноват. И в следующий раз мы такую ошибку не допустим. – Она помедлила. – Так странно – драться со Скверном вместе с консортом.

Луну хотелось поговорить о более важных вещах.

– Если Малахита и ее воины перебили всех владык из той стаи, что напала на восточную колонию…

Селадонна подтвердила:

– Точно перебили. Все владыки погибли, и они наверняка думали, что Малахита убьет и полукровок. Другая стая Сквернов никак не могла узнать, что она забрала их с собой на запад. – Затем она мрачно закончила: – Кто-то рассказал об этом Сквернам уже после. Кто-то из нашего двора.

– И кто бы это мог быть? – сказал Утес.

Селадонна твердо посмотрела ему в глаза.

– Это точно сделали не полукровки. Если бы кто-то из них услышал в голове голоса Сквернов, они бы нам сказали.

– Может, они ничего и не слышали, – заметил Лун. – Нам известно, что владыки делятся воспоминаниями с родственными стаями, но мы не знаем, как это происходит. Кроме того, между владыками и полукровками эта связь может работать иначе. Возможно, когда стая подобралась ближе, владыки почуяли полукровок, а те их – нет.

Селадонна нахмуривалась, обдумывая его