The marriage stone - Josephine Darcy

- Умрет! - воскликнул Гарри. - О чем ты говоришь?

Северус снова запустил пальцы в свою шевелюру, которая была сегодня основательно растрепана, поскольку он не собрал волосы в хвост, как обычно.

- Если он откажется от брака, то Люциус Малфой пойдет прямо в министерство и представит жалобу в Департамент наследования родословных. Твой крестный отец потеряет свою фамилию и свое положение в качестве Главы Рода, титул немедленно перейдет к Беллатрикс Лестрандж. Как только ее назовут Главой Рода, она использует древнюю формулу магии крови, под названием «Песнь Смерти», чтобы убить Сириуса на расстоянии. Скорее всего, она убьет также всех недостойных, по её мнению, членов семьи Блэков. А если ты думаешь, что Сириус может сделать то же самое с ней, то имей в виду, что «Песнь Смерти» - это Темная Магия и калечит душу безвозвратно. В мире есть только горстка людей, способных на такое волшебство, и Беллатрикс, к сожалению, одна из них.

- Я не собирался предлагать такую вещь! - в ужасе воскликнул Гарри.

- Конечно, нет, - холодно усмехнулся Северус. - Гриффиндорец никогда бы так не поступил, верно?

- У тебя сегодня с утра плохое настроение! - закричал на него Гарри, не понимая, что здесь происходит. Почему Северус сегодня настолько резок с ним? Последнее время он не вел себя так.

Северус замер на мгновение, удивленно глядя на Гарри. Затем вздохнул и покачал головой.

- Ты прав. Извини. Я не в себе сегодня.

Немного успокоившись, Гарри снова вернулся к теме разговора.

- Я не понимаю, как это предложение может считаться почетным, если Сириус - до сих пор разыскивается министерством, как беглый преступник? Как Малфой может стать его супругом, и считать при этом свой брак благородным?

- То, что Блэк считается преступником, не отменяет его положения Главы Рода Блэков, как и не запрещает Лестранджу, Эйвери или Макнейру голосовать на выборах, хотя все они известные Пожиратели смерти. Пока они не умерли, и их титулы не перешли к их наследникам, они все еще главы очень сильных родов, их права и привилегии гарантируются магией, а не правовым статусом или этикой. Разве ты не задавался вопросом, почему у Сириуса все еще есть доступ ко всем семейным хранилищам, несмотря на то, что он находится в бегах?

На самом деле, Гарри часто задумывался, как Сириусу удавалось покупать ему такие дорогие метлы, если он не мог показаться на публике? Как он смог воспользоваться золотом из его хранилища в Гринготтсе?

- Министерство имеет право арестовать его, заключить в тюрьму и даже казнить, но пока он не сделает что-то, что нарушает честь рода Блэков, они не могут забрать у него статус Главы Рода, его зЕмли и собственность. Магические законы о родословной одни из самых древних, министерство ничего не может сделать против них.

- И будучи в бегах, он не нарушает честь рода Блэков? - с сомнением спросил Гарри.

Северус весело рассмеялся.

- Род Блэков - темномагический - даже использование непростительных заклятий не нарушает честь этой семьи.

- Сириус не является темным волшебником!

- Это не имеет значения, - отрезал Северус, и Гарри вздрогнул, ненавидя напоминание о семье своего крестного.

- Таким образом, ты утверждаешь, что он должен стать мужем Драко, потому что Ремус по закону не имеет на него никаких прав? - уточнил Гарри.

- Верно.

- Но, что если они станут парой сейчас, или соединятся, или как ты там это называешь, тогда у него появится законное право, так? - предположил Гарри.

- Нет, - ответил Северус. - Если они сделают это после предложения руки и сердца, это будет приравниваться к отказу. Блэк потеряет свой титул.

- Никогда, - покачал головой Гарри. - Этого не будет. Должно же быть что-то… - он внезапно остановился. Он вспомнил слова Ремуса. - «Мы знаем, что для каждой души, существующей в мире, есть своя душа-половинка. Если этим двум душам, так или иначе, чудом удается найти друг друга, мы знаем, что не имеем права разделить их. Сделав это, мы создадим хаос. Это может повлечь болезненные и вредные последствия, которые уничтожат, в конце концов, наш мир».

- Камень нареченных, - воскликнул он. - Мы можем использовать Камень нареченных! Решение Камня нареченных - выше предложения Малфоя!

Северус, казалось, вновь заволновался и с недоумением воззрился на него, - Что ты сказал?

- Камень нареченных, - повторил Гарри. Если мы воспользуемся им, чтобы доказать, что Сириус и Ремус предназначены друг для друга, то даже Малфой будет не в состоянии привести аргументы против этого. Окажется, что они уже принадлежат друг другу, что они были связаны еще до предложения Малфоя. Это магический артефакт - даже Малфой должен будет принять его последнее слово!

Северус уставился на него недоверчиво.

- Что же, спрашивается, заставляет тебя думать, что Камень нареченных докажет, что Люпин и Блэк принадлежат друг другу? Есть вероятность того, что второй половинкой Ремуса Люпина окажется, например, Алиса Лонгботтом!

- Не смеши! - улыбнулся Гарри, не замечая сердитого взгляда, вспыхнувшего на лице Северуса, так как был уверен в своих словах. - Если Камень мог показать тебя и меня, как пару, когда между нами ничего не было, он обязательно покажет, что Сириус и Ремус созданы друг для друга.

Гарри испуганно вскрикнул, когда Северус больно схватил его за руку и, выдернув из кресла, подтащил вплотную к себе. Он был совершенно обескуражен, увидев ярость на лице Северуса, в глазах которого словно отражался внутренний огонь.

- Между нами ничего не было?! - прорычал Северус. - Я защищал тебя всю твою жизнь, рисковал год за годом ради тебя. За последние четыре месяца я изменил свое мнение о тебе, дал тебе дом, старался обеспечить тебя всем, что ты хочешь. Я пошел сражаться за тебя, боролся за тебя! И ты утверждаешь, что между нами НИЧЕГО нет!

Он кричал и все сильнее сжимал руки Гарри. Мальчик был уверен, что останутся синяки. Но, что пугало больше всего, это то, что глаза Северуса горели не только гневом, но действительно вспыхивали желтым цветом, как глаза Ремуса Люпина, когда его волк вырывался наружу.

- Твои глаза желтые, - задохнулся Гарри, от страха боясь даже пошевелиться. Северуса укусил оборотень? Его сердце учащенно забилось от охватившей его паники.

Казалось, что нависающий над ним Северус не слышит его. Потом, когда он осознал слова Гарри, на его лице промелькнуло странное выражение. Гневный румянец внезапно сменился смертельной бледностью, ужас сковал все его черты, когда он вновь посмотрел на Гарри. Он оттолкнул от себя мальчика так резко, что тот чуть не упал.

- О, Боже! - прошептал Северус, а затем бросился к двери. Портрет пропустил его, и он исчез в освещенном факелами коридоре.