Без помощи вашей - Роман Суржиков

Выходя, мастеровые выглядят озадачено. Похоже, им предстоит сумасшедшим темпом исправлять свои ошибки до приезда эмиссара… А Корона вновь получает выигрыш: строительство пойдет либо быстро, либо дешево.

…Вот священник с горсткой прихожан – все горожане Лоувилля. Кладут к ногам владыки серебряный светильник в форме спирали.

– Ваше величество, нижайше просим разрешения на сбор средств и строительство церкви Праматери Янмэй в нашем городе.

– А отчего ваш городской епископ не дал такого разрешения?

– Изволите видеть, он принадлежит к Праотеческой ветви, и… – священник умолкает.

Адриан улыбается краем рта.

– Корона постановляет: выделить средства для возведения храма Янмэй Милосердной в Лоувилле. Корона просит приорат Праматеринской ветви направить в Лоувилль святую мать, которая станет патронессой нового храма.

Тем самым, – думает Мира, – Корона подрывает влияние Церкви Праотцов, ненавидящей реформы, и усиливает Праматеринскую ветвь, лояльную к императору.

Церемониймейстер стучал посохом, новые и новые просители входили в залу, выпучивали глаза, били поклоны, рассыпались в неуклюжем красноречии. Мира слушала и наслаждалась. Когда Бекка рассказала ей об открытых посещениях в императорском дворце, Мира не могла понять, зачем Адриан идет на столь бессмысленный риск. Теперь ясно понимала: то был способ услышать о жизни Империи напрямую – не через секретарей, лордов, советников, а прямо из уст народа. А также – способ повлиять на жизнь государства непосредственно, собственными руками исправить и улучшить. Пусть это мелкие вопросы… но за субботу Адриан успеет решить тридцать, сорок таких вопросов. Каждую неделю – сорок маленьких дел на пользу Империи. Пожалуй, это немало. Возможно, это весит больше, чем выигранная война или раскрытый заговор.

…Вот входят мещане: двое мужчин, двое женщин. Лица мрачные и напряженные, даже сияющая роскошь залы лишь на миг озаряет их удивлением. Этот вопрос будет непростым.

– Ваше величество, город Ниар оцеплен имперскими войсками из-за сизого мора. У каждого из нас остались родные в Ниаре… не даст ли ваше величество позволения вывезти их? Мы не просим о тех, кто захворал. Но если лекари осмотрят человека и признают здоровым, то не позволите ли ему оставить город?..

Адриан не спрашивает секретаря, но медлит с ответом, и Мира думает: а что бы я решила на его месте? Проверить горожан, позволить здоровым покинуть котел, в котором бушует хворь? Однако в первые дни сизый мор незаметен на теле. Внешне здоровый человек все же может нести в себе сизую смерть. Тогда пусть остаются в оцеплении? Это костер, он продолжит пылать, пока не выгорит дотла. Город вымрет, тогда мор уймется. У тех, кто остался в Ниаре, не будет шансов выжить. Смогла бы я принять такое решение?..

– Корона не позволит никому покинуть город, – медленно произносит Адриан. – Это создало бы угрозу распространения мора. Корона заверяет, что в оцепленном Ниаре принимаются все меры, чтобы спасти наибольшее число людей. Организована доставка продовольствия и воды. Отменены все работы, кроме медицинских и санитарных. Горожанам предписано не покидать своих домов, не общаться друг с другом, не посещать храмы и собрания. Запрещены богослужения и похоронные процессии. Опасность заражения тем самым снижена, насколько возможно. Если ваши родные здоровы и следуют указаниям Короны, у них есть все шансы остаться в живых.

Ниарцы уходят, опустив глаза. Слова Адриана лишь немного утешили их. Однако Мира оценила в полной мере: император не счел зазорным отчитаться перед простолюдинами! И он знал, как обстоят дела, без подсказки секретаря.

…Входит четверка крестьян, все как один держат в руках соломенные шляпы. За них говорит священник, крестьяне молча стоят рядом, почтительно склонив головы. Они жалуются на произвол своего лорда. Барон без конца поднимает подати, обирает крестьян до нитки, жестоко наказывает за малейшее недовольство. Не гнушается даже портить деревенских девушек или отдавать их своим сквайрам. Крестьяне просят его величество лишь о справедливости, ни о чем другом.

Снова сложное дело. Как бы ты поступила, Минерва? Накажи барона – и он придет в бешенство, сторицей отыграется на крестьянах, которые посмели жаловаться владыке. Спусти безнаказанно – лорд почувствует свободу и вовсе забудет о законах. Вели землеправителю разобраться – тот, наверняка, закроет глаза на преступления своего вассала.

– Корона благодарит барона за верную службу, – произносит владыка, и крестьяне потрясенно раскрывают рты. – Корона приглашает лорда принять участие в осеннем дворцовом балу с тем, чтобы он был лично представлен Короне.

Мира улыбается. Крестьяне уходят в обиде и недоумении. Они еще не поняли… ничего, поймут по дороге домой. Когда барон получит такую весть, то мигом подобреет. Затем он надолго уедет, оставив крестьян в покое. Император же сможет составить свое мнение об этом человеке и судить, опираясь на слова обеих сторон, а не только одной.

Мира чувствовала себя так, словно у нее на глазах решаются головоломки. Бывают загадки на внимательность или смекалку, на знание арифметики или мироустройства, здесь же представлялись головоломки иного рода: на умение править людьми. По книгам может показаться, что хороший правитель только и делает, что водит в бой войска, казнит преступников и осыпает золотом героев. Но это ложь. Подлинное искусство правителя – в умении решать вопросы. Каждый день – десятки и сотни вопросов. Мелкие и большие, простые и сложные, но каждый должен получить ответ, и каждый ответ должен нести благо Империи. Можно видеть в этом рутину, а можно рассмотреть талант. Дивную способность владыки всегда, в любой ситуации дать правильный ответ!

– Ваше величество, я – мастер-механик искровой гильдии. Работаю по части водоносной машинерии: делаю насосы и водяные котлы.

Этот человек одет по столичной моде, но прищуренные глаза и черные усы выдают уроженца Запада. Он говорит, что хорошо зарабатывает в Фаунтерре, работая на водяную гильдию. Лакированные туфли и новенький сюртук подтверждает это. Он говорит, что хочет вернуться в родную землю – Рейс, – и там продолжить свое дело.

– Ваше величество, в столице довольно искровых мастеров, а в Рейсе – днем с огнем… Я там нужнее, ваше величество.

Однако водяная гильдия Фаунтерры не желает отпускать умелого мастера. Потому он явился с прошением к Адриану.

Ну, Минерва, вот тебе новая задачка. Судьба одного ремесленника мало значит для Империи, однако это – вопрос принципа. Земля Короны рвется вперед, создавая новые и новые чудеса машинерии. Мастера со всей страны тянутся сюда. Окраины, вроде Рейса, безнадежно отстают. Что бы ты выбрала? Удерживать талантливых людей в столице, тем самым наращивать отрыв и превосходство Короны над провинциями? Это путь к безопасности. Или позволять мастерам разъезжаться в родные земли, неся туда знания? Это путь к развитию всего государства, но и к опасному усилению окраин.

Я сделала бы ставку на развитие, – успевает решить Мира прежде, чем Адриан начинает говорить:

– Корона не удерживает вас в столице. Более того, Корона обязывает вас, мастер, вернуться в Рейс, создать искро-водяную гильдию и взять в обучение не менее десяти подмастерьев. За каждого мастера, которого вы обучите в Рейсе, Корона выплатит вам по десяти золотых эфесов.

Тогда Мира впервые подумала: любопытно, заметил ли он меня? Адриан не смотрит на балкон, у него и времени нет присматриваться – просители идут плотной чередой. Но все же, а вдруг заметил? Что он подумал, увидев меня? Понял ли, что я пытаюсь чему-то у него научиться? А если понял, улыбнулся ли этому, или счел дурной блажью? Подумал ли, подобно приарху: девица учится править – что за чушь! Девица должна уметь быть женой, ничего больше от нее не требуется…

Нет, не мог! Адриан не может ценить слепую покорность! Наверное, он обрадовался бы, если бы знал, что я понимаю его. Ведь так мало есть людей, кто его понимает! Индюки и собачки, манипуляторы и льстецы – вот кто его окружает. Либо те, кто слепо идет за ним, восхваляя до небес, либо те, кто вовсе отказываются принять его цели и всеми силами противятся. Как же мало у него умных союзников! Тех, кто понимает и искренне разделяет его взгляды!

Церемониймейстер стукнул посохом, и Мира одернула себя. А с чего ты взяла, что понимаешь Адриана? Откуда вдруг такая самонадеянность? Из того лишь, что тебе повезло вовремя засмеяться на балу?.. Почему решила, что он заметил тебя, а если и заметил, то какое ему до тебя дело?! Знай свое место, глупая северная пигалица. Скромный секретарь – вот подходящая для тебя компания. Не смей даже мечтать! Каждый взгляд Адриана, каждая капля внимания кропотливо учтена, взвешена и отдана людям, много более сильным и достойным, чем ты. Что ты вообще здесь делаешь, а, Минерва?