Северные морские пути России - Коллектив авторов

российской Арктики в очень подходящий период радикальных экономических реформ, то есть слома рутинизации, расшатывания основ прежнего индустриального уклада и беспрецедентных возможностей для экспериментирования с новыми, ранее не задействованными видами добычной деятельности в российской Арктике: добыча и производство СПГ, переработка нефтяного и газового конденсата, газохимия и производство полимеров и др.

С конца нулевых годов НоваТЭК приступил к реализации новых СПГ-проектов, которые дали первую продукцию в декабре 2017 г., тем самым радикально изменив всю производственно-логистическую систему российской Арктики и СМП. Запуск СПГ-проектов повлек революционное переформатирование работы системы арктических портов (СПГ-порт Сабетта обеспечивает сейчас более 65% общего объема грузоперевозок по СМП, для сравнения – норникелевская Дудинка – менее 5%), создание и развитие центра строительства крупнотоннажных морских сооружений по производству, хранению и отгрузке сжиженного природного газа (завод заводов для СПГ-производства, размещенный в Белокаменке в Кольском заливе), проект создания нового бункеровочного порта для судов на СПГ и одновременное проектирование судов ледового класса разного функционального назначения и размерности, ледоколов, на СПГ.

Новый якорный ресурс российской Арктики не только обеспечивает на порядок более высокую загрузку СМП, но и вовлекает в свой фарватер – как сопряженные – судостроительство, коммунальное хозяйство отдаленных сел и поселков Арктики, портовое хозяйство и др. Он обладает более высоким синергетическим потенциалом в комплексировании с другими отраслями арктической экономики – по сравнению, например, с рудным концентратом «Норильского никеля». (Единый Норильский промышленный район создавался как единый хозяйственный комплекс не на особых системоформирующих свойствах норильской руды, а на признании эффективности комплексной локализованной организации производительных сил вокруг ядра комбината.) Можно ожидать, что и институты СМП также будут «подверстываться» под этот суперресурс нового технологического уклада российской Арктики – как ранее они трансформировались для удобства «Норильского никеля», а еще ранее – Игарского лесокомбината.

Указ Президента РФ № 204 от мая 2018 г. определил для 2024 г. планку в 80 млн тонн перевозок по Северному морскому пути. В этом объеме СПГ обеспечивает 41 млн тонн, то есть более половины, а если обещанные угольные объемы в 20 млн тонн не будут обеспечены, тогда СПГ даст две трети общего объема перевозок по трассе СМП375.

Выход на принципиально новые показатели работы СМП (от советских 6,5 до 100 млн тонн в перспективе 2030‐х гг.), ввиду превращения СМП в новую опорную инфраструктуру нового технологического уклада, отражает не только беспрецедентную роль СПГ как якорного ресурса российской Арктики, но также и тот факт, что все новые проекты, как в добыче углеводородов, так и минерально-сырьевых, угольных ресурсов, получая от СПГ-проектов сигнал о современных передовых практиках, о новых приемах, всей организации освоения природных ресурсов Арктики в духе нового технологического уклада, уже ориентируются исключительно на морскую логистику, то есть на загрузку СМП.

Российские ресурсные компании, работающие в Арктике, теперь все имеют связи с морской Арктикой, с морехозяйственной деятельностью. Но интенсивность этих связей, которую можно условно оценить по частоте морских рейсов (в том числе и с ледокольной проводкой) и масштабам морской транспортировки добытого в Арктике природного сырья, – разная. Чемпионами «мористости» выступают НоваТЭК и «Газпромнефть», за ними следуют «Норильский никель» и «Лукойл».

Новая «платформенная» проектная философия

Описанный выше «якорный проект», с одной стороны, безупречно воплощает новую философию хозяйства новой технологической эпохи; с другой – задает передовые практики, которые охотно тиражируются другими хозяйствующими субъектами в Арктике, планку производительности и эффективности, которая становится для них всех новым стандартом хозяйственной деятельности на следующие десятилетия. Для Арктики (и в этом состоит ее отличие от давно освоенных и плотно заселенных городских территорий) не менее важно, что этот якорный проект задает форматы нового размещения производительных сил на микроуровне – системы расселения, организации производственной площадки, объектов производственной инфраструктуры (транспорт, энергетика) и др.

Общими чертами новой философии хозяйства в российской Арктике, как было отмечено выше, являются водные/воздушные среды, космическая автономность, мобильность (маневренность) и гибкость.

Приоритет опоры на водную среду предельно воплощен в следующем проекте НоваТЭКа – Арктик СПГ2: здесь сам завод по сжижению находится в акватории Обской губы – СПГ-завод представляет собой плавучую гравитационную платформу, изготовленную удаленно в Белокаменке, в Кольском заливе и прибуксированную сюда, к месторождению Утреннее (Салмановское) в Тазовском районе ЯНАО (расстояние буксировки 1900 км). Встык с заводской платформой по сжижению газа располагаются сеть вахтовых «городков» для каждой категории работников – инженеров, рабочих, обслуживающего персонала. Полная автономность обеспечивается за счет плотного локализованного комплексирования добычи, переработки376, вахтового поселка, аэродрома, электростанции и морского порта (все объекты находятся практически рядом)377. Проект Ямал-СПГ в своей технологии строительства (строительные работы велись параллельно, а не последовательно, как в индустриальное время, – сразу в нескольких местах) и эксплуатации, пространственном размещении корпоративных производительных сил стал образцом для подражания многих других обсуждаемых и реализуемых гринфилд-проектов российской Арктики: например, проекта освоения Павловского цинково-свинцового месторождения на Новой Земле горнорудным дивизионом корпорации «Росатом».

Ключевая особенность таких проектов нового типа – это платформенные решения как новый принцип пространственной организации и размещения производительных сил в российской Арктике. Эти принципы включают четкое отграничение хозяйственного пространства нового освоения, с нередким приданием ему особого юридического статуса; императивы предельной компактности в размещении новых добычных, перерабатывающих и социально-бытовых объектов. И, конечно, эта схема обеспечивает минимизацию негативного экологического воздействия проекта.

Платформенные решения обеспечивают предельное сокращение сроков строительства за счет одновременной работы на тыловых и форпостных базах и на самóм добычном проекте. Например, для Арктик СПГ2 80% работ по созданию плавучего СПГ-завода выполнено в центре строительства крупнотоннажных морских сооружений в Мурманской области, в селе Белокаменка378. Одновременно со строительством СПГ-завода в Белокаменке (который потом был транспортирован к месту добычи в ЯНАО) в Кольском заливе шло обустройство месторождения в бухте Утренняя на Ямале. Для ускорения сроков строительства и ввода в эксплуатацию использовались готовые модульные конструкции, которые в максимально короткие сроки собирались на самóм объекте непосредственно рядом с местом добычи. Предполагается, что после завершения срока эксплуатации инфраструктурные модули могут быть использованы повторно на других проектах.

Разработчики платформенных решений для освоения арктических ресурсных проектов акцентируют внимание на возможности малолюдных схем ввиду применения роботизированных добычных комплексов и беспилотных грузовиков и другой техники, дистанционного единого управления от добычи до отгрузки за счет использования интеллектуальных телекоммуникационных систем, использование плавучей обогатительной фабрики на гравитационной платформе и жилых плавучих модулей для размещения вахтовиков379.

Общая особенность новых проектов в том, что они не требуют постоянного присутствия ледоколов. И завоз производственных платформ, и вывоз произведенной продукции осуществляется судами усиленного ледового класса с