Стёртые буквы - Елена Первушина

Эпиграф к «Делу о наследстве» из стихотворного сборника петербургской поэтессы и прозаика Натальи Галкиной «Открытка из Хлынова». Если вам по душе магический реализм с петербургским колоритом, от всей души советую вам ее романы «Архипелаг Святого Петра» и «Вилла Рено», а также сборник рассказов «Хатшепсут».

Эпиграф к «Зеленым воротам» — финальная фраза из искрометно-смешного романа Г. К. Честертона «Наполеон Нотингхильский» (это почти что единственная серьезная фраза на весь роман). К сожалению, она есть не во всех переводах.

Отрывки из романа Киури — переработанные тексты из повестей Н. М. Карамзина «Бедная Лиза» и «Наталья, боярская дочь».

Эпиграф к «Стертым буквам» — строчка из стихотворения Бориса Пастернака «Давай ронять слова».

В текст этой части (глава 6) «вписана» скрытая цитата из «Веселых молодцов» Р. Л. Стивенсона — одной из самых страшных и неожиданных историй, какую мне только приходилось читать.

Рассказ Ксанты в главе 24 — это пересказ истории Батской Ткачихи из «Кентерберийских рассказов» Д. Чосера.

Песенка про мельника из главы 30 — довольно распространенная в средневековье баллада, существовавшая во множестве вариантов. Один из них можно найти даже в черновиках А.С. Пушкина: «Воротился ночью мельник».

Нравы и обычаи болотных людей заимствованы из образа жизни многих современных «первобытных» племен. Но в наибольшей мере «предками» болотных людей являются два народа: сахалинские нивхи (у меня была возможность воспользоваться интереснейшей монографией С. Крейповича «Нивхгу») и байга — одно из внекастовых племен Индии, действительно практикующее мотыжное земледелие и являющееся своего рода «экологическим патрулем» центральной Индии.

Отдельные детали заимствованы из обихода никобарцев (понятие «тухет», «особые» свиньи и, кстати, чудесное спасение от потопа — оно действительно имело место во время печально известного декабрьского цунами 2004 года), ирула (охота на змей), сиамцев (брак девочки с солнцем), апатани (серьги в носу) и горных арапешей (забота брата о семье сестры, предпочтение заимствованной культуры, мягкое, но неуклонное вытеснение более активных и предприимчивых членов общества). О горных арапешах можно прочитать в монографии Маргарет Мид «Пол и характер» или «Мужское и ж, енское». О байга, никобарцах и ирула я узнала из документального сериала AIM-Television «Мудрость племен».

Легенда об олене и женщине — переработанное предание о Мян-даш Кольских саамов (Сборник «Саамские сказки»). В оригинале, разумеется, нет никаких артунов. Прирученные стеллеровы коровы — это, к сожалению, тоже чистая фантазия.

«Баллада о Флоре и Филиде», играющая такую важную роль в эпилоге, — подлинная средневековая баллада, сочиненная одним из вагантов (странствующих студентов) и переведенная Львом Гинзбургом.

И, наконец, сам рассказ был навеян статьей одного французского историка, опубликованном в одном из сборников по истории Средневековья. Автор проанализировал список дарений, которые делали родители студентам Сорбонны. Разумеется, наибольшее количество дарений делалось сыновьям аристократии — при этом они получали дома, земельные наделы, мельницы, дорогую посуду, драгоценности и т. д. Однако некоторые подарки были сделаны людьми совсем небогатыми — мелким сельским духовенством и даже крестьянами. Причем, большинство таких даров от малозажиточных родителей детям сопровождались припиской: «Чтобы он мог продолжать обучение и получить ученое звание.

Огромное спасибо Наталье Крамаренко и Игорю Бабанину. Первая, будучи профессиональным юристом, а в прошлом — следователем, объяснила мне, как правильно вести себя на месте преступления (и большое спасибо ей за сцену с перевязкой руки в 4-й части, без нее финал смотрелся гораздо хуже). Второй — эколог и яхтсмен — очень доброжелательно правил мои фантазии на тему морехождения.