Август Хромер - Сергей Жилин

Девушка разделила пышущий жаром омлет на две половины и разложила по тарелкам. Поставив на стол наш ужин, девушка присела напротив меня. А коты и кошки уже насытились, довольно облизываясь. Пышная Момо же жадно вылизала миску, погрузив в неё плоскую мордочку. Вскоре благодарные питомцы бросились тереться об ноги Салли, но и мне досталось внимание от Корсара и Арлекина.

Под столом словно загудел маленький паровозик – так громогласно замурлыкали довольные животные.

Мой первый кусок яичного блюда Салли проводила напряжённо. Когда я прожевал и проглотил, она задала вполне ожидаемый вопрос:

– Ну, как?

– Сойдёт.

– Просто я не умею готовить, – смущёно уставилась в свою тарелку Салли.

– Нет времени учиться? – догадался я.

– Вроде того. Слишком занята работой. Посвящаю ей до пятнадцати-шестнадцати часов в день.

– И тебе это нравится?

– Первые лет пять нравилось, а сейчас устаю уже, – скривилась Салли.

– Возьми после этого дела перерыв, пару месяцев никакими делами не занимайся, – посоветовал я, продолжив налегать на омлет.

– Эх, вы с Истером говорите одно и то же…

– А он тебе много чего говорит? – пробубнил я, спрятав еду за щеку.

– Да уж немало…

– Что, например?

– Например, он рассказал мне, кем является на самом деле, – вздохнув, выложила Салли.

Я аж застыл с вилкой в руке. Истериан настолько доверяет Салли, что рассказал ей свою сокровенную тайну. Удивительные вещи, обычно полукровка очень стесняется своей природы, боится её и презирает. Речи не шло, чтобы начал рассказывать об этом даже самому близкому человеку – это как мои воспоминания об Ордене, о Франце, потому что это слишком личное.

Истериан рассказывает девушкам всё только в одном случае… одну минуточку…

– Вы с ним уже были близки? – напрямую спросил я.

– Когда тебя всю ночь продержали в отделении Сантиба, – смущённо призналась покрасневшая девушка (хотя какая она теперь девушка?), – Я приехала поздно домой, увидела письмо от Истера, в котором было сказано, что ты попал в камеру, я тут же приехала к вам, мы решили, что до утра ничего делать не следует, а потом… это было по обоюдному согласию.

– Знаешь, предполагал, что этим кончится.

– Ты не сердишься?

– А с чего я должен сердится на вашу личную жизнь? – искренне удивился я, – Я Истеру никакой не отец, он волен поступать так, как считает правильным. А он ведь не дурак, знает, как именно будет правильным.

– Он замечательный, – смущённо улыбнулась Салли.

– Да, но и очень непростой человек. Придётся над ним много поработать. Я старался – не получалось…

Кудрявая девушка задорно рассмеялась, восхищённая такой простой и мягкой реакцией с моей стороны. Странно, они что, думали, я стану перечить их отношениям, буду им мешать? Глупо. С чего бы? Или я выгляжу таким жутким тираном? Я просто строгий иоаннит, которому хочется чтобы в его личном пространстве всё было так, как он хочет, но в чужое я лезть не смею.

А вот один запрет с товарища, похоже, придётся снять… Всего для одной девушки, не больше…

Закончив с трапезой, девушка вдруг поднялась, собрала грязную посуду и заявила:

– Мне пора в отделение, вернусь утром.

– Ты же прошлую ночь не спала, – с сомнением проворчал я, – Как ты без сна собираешься продержаться?

– А я спала сегодня, – невозмутимо ответила улыбчивая Салли, – Тебе моё письмо доставили часам к девяти утра, а встречу я назначила на восемь. Как ты думаешь, зачем мне понадобилось столько времени? Я успела неплохо выспаться.

Угу, значит я прослонялся по городу, который теперь уже совершенно не рад меня видеть, лишь потому, что девушке захотелось вздремнуть. Жестокий поступок с её стороны…

– Ладно, до завтра! – крикнула на прощание Салли, накинула длинный плащ с капюшоном и вышла на улицу под дождь.

Вопрос: что делать до утра в чужом доме? Такой вариант, как просто лечь спать и промотать время вперёд не сработает. Что ещё? Будем осматривать достопримечательности? Попробуем…

Насколько я понял, мне для посещения отводится только кухня, прихожая и гостиная, а вот в личную комнату детектива соваться лучше не стоит. Истериан на моё бы месте стал говорить о вещах страшной секретности за неброской дверью, о великих ценностях и страшных тайнах, способных изменить ход истории. Любопытство вашего покорного слуги, однако ж, гораздо менее развито, а вот логика, пожалуй, выше уровнем – за этой дверью не может быть ничего, кроме простой комнаты с кроватью, со столом, со шкафами.

А что в гостиной? При повторном осмотре выяснилось, что самые интересные детали я уже успел зафиксировать. Сразу видно – вторая квартира, да ещё и тайная. Хотя, судя по наличию здесь кошек и дрозда, в ней она живёт даже больше, чем в первой. С дроздом я, кстати, ещё не успел ознакомиться.

Небольшая птичка, с ровным коричневым окрасом перьев спины и крыльев и пёстрой грудью. Голова с коротким прямым клювом с любопытством метается из стороны в сторону, чтобы чёрные бусины глаз могли рассмотреть меня со всех сторон. В его крупной клетке целая система жёрдочек, по которым пернатый может скакать, как душе заблагорассудится, а кормушки и поилка полны – живётся Его Величеству неплохо.

Валамор Второй Непреклонный, на мой взгляд, довольно неудачное имя для певчего дрозда. Для такого крохи можно было бы придумать какое угодно имя, но назвать в честь жестокого короля древности…

Король Валамор Второй из рода Суи-Феленоров взошёл на престол после того, как верные ему люди тайно убили двух его старших братьев. Валамору тогда было что-то около семнадцати. В его правление в стране установилась железная дисциплина, неповиновение быстро пресекалось огнём и мечом. В принятии решений жестокий король не полагался ни на кого из советников, не слушал мнения подданных и часто принимал самые необоснованные и несправедливые решения. Люди роптали, ненавидели Валамора, но топор палача вновь внушал любовь к правителю. Всякие попытки достучаться до короля разбивались, как волны о скалы. Будучи уверенным только в своих поступках и словах, он твёрдо и целенаправленно вёл страну в никуда. Распространённым было его прозвище Слепец, но в истории он остался как Непреклонный.

К слову сказать, погиб Валамор от рук наших братьев. Ему вдруг взбрело в голову, что на территории его страны живут не защитники людей, а шарлатаны и колдуны, вытягивающие деньги из простых граждан. Жажда добраться и до наших честно заработанных денег заставила его выдвинуть против наших предков целую армию, но больше половины солдат так и не сдвинулись с места, страшась вступать в бой с иоаннитами. В той резне выжили только они, остальных разметали по полю боя. В хрониках сказано про троих погибших с нашей стороны.