Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков

– Там только женщины и дети, – Кивнул Дарлис.

– Много? – Спросил я.

– Где-то двадцать человек вместе с детьми.

Дверь «амбара» открылась и из нее вышла Вероника. Окинув деревню удовлетворённым взглядом, она направилась к нам:

– Я так понимаю, договориться не удалось?

– Нет, – Кратко ответил я.

– О, у тебя уже малыш! Знаешь кто отец?

Я был удивлен, что Вероника в подобном тоне болтает с Санрайз, или она каким-то образом догадалась, что я вернулся?

– Мы вытащили его из горящего дома, пускай кто-нибудь из местных присмотрит за ним.

Теперь мы все вместе вошли в дом пленных. Внутри я ощутил себя фашистским захватчиком, хотя на деле, видимо в очередной раз мы были освободителями. В тускло освещенном помещении, заставленном каким-то инвентарем, набилась толпа перепуганных женщин. На нас вылупились сразу две дюжины пар глаз. В основном молодые девушки, но попалась и пара пацанов среди детей. Матери как всегда прижимали к себе хнычущих ребятишек, и ждали, пока мы либо объявим их спасенными, либо начнем изуверствовать хуже прежних бандитов. В толпе крестьян я обнаружил Джеймса, который подобно доброму самаритянину лечил одного из мальчишек магией.

– Вы поговорили с ними? – Спросил я Веронику.

– Я сказала, что местные напали на нас и мы их перебили, – Пожала плечами Вероника, – Вон та с рыжими волосами у них за главную.

Я подошел к указанной девушке, гордо задравшей нос и показал ей ребенка:

– Мы вытащили его из горящего дома.

К моему облегчению, девушка молча приняла ребенка на руки, тут же резко спросив:

– Кто вы?!

– Мы просто путники, двигаемся к Скирату.

Девушка нахмурилась, словно думала будто я вру, затем спросила:

– Люди Гильхума действительно мертвы? Мы можем выйти?

Я жестом указал на дверь, отступив в сторону и едва не выпалив «да, пиз…йте отсюда, если хотите», но выразился иначе:

– Гильхум и его брат убиты, кроме вас здесь никого не осталось. Вы свободны.

Рыжая повернулась к остальным женщинам внезапно расцветая улыбкой. Остальные тут же подхватили ее, будто кривые зеркала.

– Вы посланы самой Благодатью! – Выпалила одна, средних лет мадам, прижимавшая к себе сразу двоих детей.

– Да уж, куда нас только эта Благодать не посылала, – Отозвалась Вероника, – А мы все идем и идем.

Когда до местные переварили весть об освобождении, они все кинулись к нам с благодарностями. В общем гомоне я улавливал обрывки их несчастных судеб. Они действительно были беженцами, а некоторые даже беженцами из Скирата. Вызнав, что мы отправляемся туда, они на перебой взялись расписывать ужасы, которые нас ждут на перевале.

– Едва в город пришел король Нартагойн, как паладин Скормуз велел всем нам покинуть Скират и искать спасение на юге.

– Паладин? – Нахмурился Андрей.

Паладин, это конечно интересно, но меня больше интересовал Нартагойн и его армия. Раз уж выпала такая оказия, стоило узнать про обстановку в Скирате и стоит ли нам туда соваться самим или все-таки, вопреки решению Санрайз, дождаться герцога.

Люди поуспокоились и отыскав удобное местечко в амбаре, мы оказались в окружении особенно словоохотливых и сведущих женщин, которые происходили из Скирата. Рыжая девушка по имени Лийсар тоже оказалась жительницей города героев и теперь охотно делилась с нами известной ей информацией:

– Король и паладин планировали атаку на Разлом, ждали союзников, но никто не пришел…

Мы с друзьями переглянулись. Никто не решился объявить, что мы и есть те самые союзники, которых ждал Нартагойн.

– Король еще жив? – Спросил я.

– Когда мы уходили он был жив, но теперь…, – Лийсар покачала головой, – Скират был осажден монстрами, но под руководством паладина Скормуза держался.

Как я понял, паладин Скормуз был кем-то вроде губернатора Скирата, а сам город, на подобие Гондора, из последних сил сдерживал наседающих монстров в Пустошах.

– Только раз ряды воинства дрогнули и тысячи тварей прорвались через перевал сюда. Мы бы погибли, если бы в этот момент не подоспел король Нартагойн. Вместе с паладином они удержали новую волну монстров, но те, что просочились, бесчинствуют по всем окрестностям.

Еще одна девушка оживилась, спросив:

– Мы слышали, что монстры добрались до самого Мисталира, это правда?

– Да, – Ответил я, – Но сюда мы добрались почти без приключений.

Оказалось, что в поисках нового пристанища, беженцы из Скирата набредали на разорённые монстрами деревни, находили там таких же обездоленных и объединившись в толпу, шли дальше.

– Где-то на полпути сюда к нам присоединились братья Дин: Гильхум и Тейл, – Рассказывала Лийсар, – Они заманили нас в Лоторог, небольшую лесопилку западнее отсюда, где обосновалась их банда. Там перебили почти всех мужчин, а нас погнали дальше как скот. Стариков просто бросили, а тех, кого мы пытались тащить за собой в итоге убили.

С каждым словом я грузился все больше, осознавая, что теперь эту толпу опекать придется нам. По выражению лица Вероники, я догадался, что ее эта перспектива тоже не радует. Нам бы не помешала толпа воинов, но вместо нее мы получили толпу баб с детьми.

– Мы вас не бросим, – Все же высказался я, окинув взглядом друзей, – Но и взять с собой не можем. Едва ли вы желаете вернуться в Скират.

– О нет! – Покачали головой все бабы сразу.

– За нами идет небольшая армия герцога Слидгарта, – Продолжил я, – Мы вроде передового отряда. Если дойдете до моста через Глессу, скорее всего встретитесь с ним…

– А если…, – Начал было Пиксель, но Вероника пихнула его локтем.

Я догадывался, какой вопрос крутился на языке Сереги. Мы не могли сильно оторваться от Серебряной гвардии, хотя конных у них почти не было и тем не менее, оглядываясь назад, мы по-прежнему не видели Слидгарта с компанией. Вполне могло оказаться, что Слидгарт все же плюнул на приказ короля и послал Санрайз к черту, повернув к Эглидею. Для верности, я решил все же дать шанс Слидгарту нагнать нас, предложив:

– Мы уже давно в пути и хотели бы передохнуть.

– Братья заставили нас прислуживать, мы знаем где их припасы и где вы сможете отдохнуть, – Тут же засуетилась Лийсар.

– Значит мы до утра останемся с вами и возможно дождемся герцога.

Эти слова я произнес, посмотрев на своих спутников, на случай, если моя идея не придется им