Аутсайдер - Оливия Каннинг

Итан отправился в ванную, но вскоре вернулся к ним в постель, прижавшись к противоположной стороне Трея. Две его возлюбленных держались за руки на его животе, заставляя его улыбаться. Секс, которым они занимались, был непревзойденным по своей интенсивности и удовольствию, но что действительно заставляло Трея чувствовать себя полноценным, так это любовь и уважение, которые они испытывали друг к другу. Предстоящий и совершенно законный брак Трея с Рейган был всего лишь иллюзией, чтобы скрыть гораздо более прекрасные отношения, происходящие за закрытыми дверями. Он не сомневался, что любовь, которую он испытывал к этим двум людям, была сильнее любого негатива, который другие могли бы бросить в их сторону. К черту ненавистников. Если у них были проблемы с его чувствами к этим двум очень разным людям, то это была их проблема, а не его. Он всегда был любовником. Любовь всегда была одной из важнейших составляющих того, кем он был, а теперь он был вдвойне любящим. Наконец-то, он почувствовал себя цельным и отказывался меняться ради кого бы то ни было. Никто и никогда не мог отнять у него то, кем он был.

Трей удовлетворенно расслабился и задремал.

Глава 37

Рейган потянула за белую ткань атласной юбки своего свадебного платья. Белый? Ха! Свадьба? Глоток!

— Ты действительно собираешься надеть армейские ботинки со своим свадебным платьем? — спросила ее Тони, застегивая ожерелье из жемчуга на шее Рейган.

Рейган посмотрела на свое отражение в зеркале и не узнала себя. Ее волосы были уложены короткими шелковистыми локонами вокруг сверкающей тиары в виде вуали. Ее макияж был тяжелым, но со вкусом подобранным и придавал ей гораздо более элегантный вид, чем она себя чувствовала. И на ней был жемчуг, черт возьми. Жемчуг! Единственной вещью на ее теле, которая казалась отдаленно нормальной, были армейские ботинки, спрятанные под ярдами и ярдами атласа.

— Да, — сказала Рейган, удивленная тем, что такое обычное слово могло слететь с уст царственно выглядящей женщины в зеркале.

— Ты нервничаешь? — сказала Тони, дергая за кусочек ткани здесь, за отрезок тюля там.

Рейган надула щеки.

— Я не уверена. Я чувствую, что меня сейчас вырвет, значит ли это, что я нервничаю? — Или это означало, что она была напугана? Или, может быть, что ее сосиска на завтрак была испорчена. Не похоже было, что она на самом деле была испорчена, когда заставила себя съесть.

Раздался тихий стук в дверь, и Рейган подпрыгнула. Ее отец просунул голову внутрь, его глаза затуманились при первом взгляде на невесту.

— Время пришло, — сказал он с запинкой в голосе.

Время? Уже? Рейган глубоко вздохнула, потом еще раз и напомнила себе, что церемония была в первую очередь для галочки. Она не отказывалась от Итана только потому, что выходила замуж за Трея. В глубине души она уже была замужем за ними обоими. Эта свадьба была только для соблюдения законности и общественного восприятия, и... Она проглотила тошнотворное чувство, подступившее к горлу.

— Они начали. Ты готова? — спросил папа, протягивая руку в ее направлении.

Она взяла ее, сморщила нос, когда поняла, насколько влажной была ее ладонь, отпустила его руку, чтобы вытереть ее о свое нетронутое платье, а затем снова взяла его за руку.

— Ты прекрасно выглядишь, тигр, — сказал папа, ведя ее в холл.

— Спасибо. — Она похлопала по лацкану его серого смокинга. — Ты и сам выглядишь довольно щеголевато, папочка-О.

Рейган мельком заметила красную юбку, принадлежавшую одной из ее свадебных служанок, прежде чем двойные двери, ведущие в часовню, закрылись. Она пыталась дышать сквозь тревогу, пока они ждали, когда начнется свадебный марш и откроются двери часовни.

Приглушенная музыка свадебной процессии закончилась в часовне, и знакомые звуки свадебного марша зазвучали на органе. Или, по крайней мере, записи одного из них. Рейган закрыла глаза, вот и все, мысленно встряхнулась, вот и все, и сделала первый шаг рядом с отцом. О Боже, вот и все.

Часовня была битком набита репортерами. Рейган заставила себя отвлечься от камер и сосредоточиться на мужчинах, которых она любила. Трей ободряюще улыбнулся ей. Ее сердце затрепетало от того, как красиво он выглядел. Как знакомо и любяще. Она могла это сделать. Ее взгляд переместился на Итана, стоявшего рядом с Треем в качестве его шафера, за исключением того, что это был не Итан. Это был Брайан. Она закрыла глаза и снова открыла их, надеясь избавиться от галлюцинации, но образ не дрогнул. Мужчина, стоявший рядом с Треем, не был Итаном. Брайан и Дар были там с Треем, как и ожидалось, но Итана не было.

Никакого Итана.

Ее взгляд переместился на ее сторону кафедры. Ее друзья, приехавшие из Калифорнии, Джейми и Саммер, а также жена Брайана, Мирна, встали на ее сторону, как им было сказано. Итана все еще нет. Она оглядела первые ряды, выискивая знакомые лица, но ни одно из них не принадлежало тому, кого ей больше всего хотелось увидеть.

Внезапно она оказалась перед Треем, и ее отец отдавал ее, и все, о чем она могла думать, было: Где он? Он обещал, что будет там.

— Все в порядке, — сказал Трей, одарив ее ободряющей улыбкой. — Не забывай дышать.

— Где Итан? — прошептала она.

— Он пошел за кольцами.

— Кольца? — Они так спешили попасть в часовню после того, как провели утро, приходя в себя после занятий любовью, что, должно быть, забыли кольца.

Трей кивнул, быстро моргая.

— Он так и не вернулся.

Они долго смотрели друг на друга. Священник продолжал болтать на заднем плане, но Рейган ничего из этого не слышала. Не совсем.

Итана не было.

Это могло означать только одно.

Он не был согласен с этим. Он никогда не был согласен с этим. Она выходила замуж за одного мужчину, которого любила, за счет другого.

— Я не могу этого сделать, — сказала она, не уверенная, что действительно произнесла это вслух, пока одинокая слеза не скатилась по щеке Трея, и он закрыл глаза.

Его руки крепче сжали ее, но ей удалось высвободить их.

— Я люблю тебя, Трей, — сказала она, касаясь его теплой щеки. Она почти ожидала, что он отпрянет от нее, но вместо этого он наклонился к ее ладони. — Ты мне веришь?

Он слегка кивнул. И один из них дрожал.

— Прости. Я не могу выйти за тебя замуж. Не так. — Она повернулась, ища путь к отступлению. Двойные двери в задней части часовни манили к себе. Она едва заметила вспышки фотоаппаратов, когда обеими руками подобрала свою