Изумрудные ночи - Вирджиния Браун

— Я с удовольствием пойду с вами на танцы.

Ночь была прохладной, и Бетани надела свитер. Центральная площадь, заполненная шумной толпой, была ярко освещена светом фонарей и факелов. В толпе Бетани с удивлением заметила немало европейских лиц.

— Это боливийцы или чилийцы, — пояснил Бентуорт. — На здешнюю ярмарку собираются со всей Южной Америки. Многих привлекают поделки индейцев.

— Понятно. Хотя мне кажется, это место не самое удобное для ярмарки.

— Во времена инков Уанкайо был важным городом на пути от Кито к Куско. Раньше здесь была столица Перу, и именно в Уанкайо был подписан закон об отмене рабства в этой стране.

— Я и не знала, что у этого города такая богатая и древняя история! — воскликнула Бетани. — Как замечательно, что мы оказались тут!

— Да, но, мисс Брейсфилд, сейчас следует думать о том, что для нас этот город — просто короткая остановка на пути к славе и богатству. — Бентуорт ловко провел Бетани через толпу к нескольким столикам, накрытым прямо на воздухе. — Скоро мы будем вспоминать о нем только как еще об одном этапе на пути к великому!

Бентуорту приходилось почти кричать, чтобы перекрыть звуки громкой музыки, исполняемой небольшой группой слепых музыкантов в ярких полосатых пончо. Мелодия, которую создавали гитары и барабаны, дополнялась смехом и гомоном толпы. Бетани пришлось почти вплотную приблизиться к Бентуорту, чтобы слышать его слова. Неожиданно она заметила Трейса Тейлора, стоявшего всего в нескольких шагах от них. Проводник держал в руке стакан и, не отрываясь, смотрел на Бетани. На его губах застыла насмешливая улыбка, от которой Бетани вдруг стало неловко.

Она рассердилась на себя за это так некстати возникшее чувство. Почему она должна стесняться того, что находится в компании Бентуорта? Разве Трейс не мог пойти вместе с ними?

— Кажется, я вижу свободный столик! — прокричал Бентуорт и потащил Бетани вперед.

Усевшись на плетеный стул, Бетани широко улыбнулась своему спутнику:

— Это замечательно, мистер Бентуорт.

— Прошу вас, называйте меня Спенсером. Думаю, мы можем общаться менее формально?

— Ну, наверное, да, — нехотя согласилась Бетани, поежившись под внимательным взглядом его бледно-голубых глаз. — Правда, мы не слишком хорошо знаем друг друга. Но я очень ценю то, что вы делаете для моего отца. Он много лет мечтал об этой экспедиции, и теперь благодаря вам, мистер Бент…

— Спенсер, — поправил он. — Знаете, мисс Брейсфилд, — он наклонился почти к самому ее лицу, — я нахожу вас очень привлекательной особой.

— Благодарю вас. — Голос Бетани прозвучал напряженно; она поторопилась сменить тему и попросила его заказать кофе, — Вечером стало прохладно, — пояснила она, — и мне бы хотелось немного согреться.

— К вашим услугам, дорогая. — Мистер Бентуорт поднялся, но потом, немного поколебавшись, снова наклонился к ней и добавил: — Приношу свои извинения, если мои слова показались вам несколько преждевременными, но я сказал вам правду.

Бетани кивнула и ответила ему улыбкой, однако комплимент оставил в ее душе неприятный осадок. Бентуорт казался ей слишком обтекаемым, неискренним и корыстным. С Трейсом Тейлором она чувствовала себя намного спокойнее, хотя и слышала от него не комплименты, а оскорбления.

Пока Бентуорт пробирался к стойке бара, Бетани оглядывала пеструю толпу, заполнившую площадь. На женщинах были яркие кофты и пышные юбки, мужчины носили такие же яркие пончо из шерсти ламы. Бетани прислушивалась к разноязычному говору; большинство наречий ей было совершенно незнакомо. Вдруг рядом с ней раздался знакомый голос:

— Он придет не скоро, поэтому я решил составить вам компанию, — сказал Трейс, усаживаясь на стул Бентуорта.

— Я не приглашала вас присесть, — холодно заявила Бетани, но Трейс лишь пожал плечами.

— Не знал, что вы с Бентуортом так близки, — продолжил он, словно не слыша ее слов. — У вас это недавно или вы уже встречались раньше?

— Мистер Тейлор, это совершенно не ваше дело, но Спенсер Бентуорт давно сотрудничает с моим отцом, и вам это прекрасно известно!

— Что вы говорите! — притворно удивился Трейс, не обращая внимания на сердитый блеск ее глаз.

— Да, именно так.

— Как мило.

— Как грубо!

— Послушайте. — Трейс приблизился к Бетани, чтобы иметь возможность говорить не слишком громко. — Дело в том, что мне необходимо знать, что именно происходит, раз уж я во всем этом участвую. Это даст нам возможность избежать неприятностей в будущем.

— Совершенно не понимаю, о чем вы говорите! — Его темные глаза превратились в подозрительные щелочки.

— Не понимаете? А мне кажется, что это не так. — Сердце Бетани бешено заколотилось, в горле пересохло. О каких неприятностях он говорит? Что у него на уме?

— Знаете, — произнес Трейс, — мне интересно, как далеко способен зайти Бентуорт.

— В чем? — спросила Бетани, и голос ее задрожал. Тейлор взял ее руку в свою широкую ладонь, игнорируя попытки Бетани высвободиться, и принялся нежно поглаживать ее пальцы.

— Мистер Тейлор, немедленно прекратите это! — прошипела Бетани, но он лишь рассмеялся. — Если вы пытаетесь соперничать с мистером Бентуортом, то делаете это крайне неловко!

— Я соперничаю с Бентуортом? — Трейс покачал головой. — Не знаю, воспринимать это как шутку или как оскорбление. Я просто хочу под надетыми вами доспехами разглядеть женщину.

Бетани едва не задохнулась от возмущения, но Трейс уже отпустил ее руку и поднялся из-за столика.

— Возвращается ваш кавалер, так что я удаляюсь. — Он наклонился и прошептал ей на ухо: — Держите свое сердце в узде, мисс Брейсфилд.

Последняя фраза Трейса насторожила Бетани. Держать сердце в узде? Что он хотел этим сказать? Неужели он подумал, что она и Бентуорт… О, это настолько невероятно, что об этом не стоит и думать!

Но семена сомнения, посеянные Трейсом в душе Бетани, дали быстрые всходы. Теперь она искала скрытый смысл в каждом слове, сказанном ей Бентуортом. Если она и раньше сомневалась в искренности этого человека, то теперь, после намеков Тейлора, эти сомнения быстро перерастали в уверенность.

Ночью она никак не могла заснуть. Ворочаясь с боку на бок, Бетани не могла понять, то ли это следствие трудного восхождения, то ли тревожных мыслей. В открытое окно доносились отзвуки веселья, что окончательно отгоняло сон.

Наконец она поднялась с кровати и вышла на балкон в надежде, что прохладный воздух успокоит ее. Опершись на витые металлические перила, Бетани устремила взгляд на улицу, которая была почти пуста; смех и музыка звучали на площади. Город выглядел весьма экзотично и представлял собой причудливую смесь старого и нового, впрочем, как и все другие города Перу, загадочной и противоречивой страны.