Адаптация (СИ) - "Kvadrat"

Охранник, к моей огромной радости, не заметивший совершаемых мной действий, вернулся в лагерь. Где-то через час он распинал одного из спящих, поднял его на ноги и сам завалился на боковую. Я продолжал следить за ними, лениво жуя мясо. На вкус оно не было похоже ни на говядину, ни на свинину, жевалось не без усилий, но все равно оставалось сытным. Теплый ветер крайне резко и сильно колыхал кроны деревьев. Где-то вдалеке ухали совы. Кусты шевелились от мелких зверей, живущих у их корней. А звездное небо и яркий месяц освещали этот приятный глазу пейзаж и изящно, мелкими мазками, завершали его. Таким образом я и провел всю ночь, наблюдая за пересменками и съев половину «найденного» вяленого мяса.

Глава 6 — Долгожданное событие (2)

Новый день и новый рассвет я встретил в не самом добром расположении духа — после столь насыщенного дня, как вчера, было бы здорово выспаться нормально, а не поддаться дреме всего лишь на полчасика. Хоть я и стал чувствовать себя моложе лет так на десять, да и выглядеть примерно на тот же возраст — но мозг мне все равно говорит, мол, надо спать нормально, а не устраивать вот эти все ночные бдения, в твой-то тридцатник. Усталость ощущалась только психологическая, а физически я будто не устал от слова совсем. Даже спина не задеревенела от неудобной позы, к моему искреннему удивлению.

Ближе к восьми утра, если верить на удивление все еще живым часам, лагерь начал просыпаться. Пленники тоже пришли в себя, но на них никто не обращал особого внимания после вчерашней битвы. Скорее всего, их вообще решили заморить голодом, дабы они окончательно ослабли и не пытались вырваться из плена, так как вчерашним вечером их тоже никто не кормил. При этом один из лагерных, пока пленники были без сознания, перемотал их раны какой-то тканью. Может это охотники за головами, которые поймали преступников и должны привести их живыми? По-моему, даже такое предположение вполне может оказаться истинным.

Спустя полчаса сборов они всей гурьбой двинулись в путь. Я решил пропустить их вперед. Обследовать стоянку для меня было важнее — вдруг что осталось? И только потом я сяду им на хвост. Благо, что новообретенные острый слух и зрение явно должны облегчить мне задачу по выходу на их след.

В лагере осталось приличное количество мусора в виде костей, окровавленной ткани, обломков стрел. Немного поискав, я приметил брошенные припасы: вяленое мясо, фрукты, что отдаленно напоминали яблоки. Единственное но — этой снеди было преступно мало. Но еда была не самой важной моей находкой. Короткий лук с колчаном и стрелами — вот чему я действительно обрадовался. Не знаю, почему они оставили это добро висеть на ветке дерева, но я совершенно не против такого подгона.

Мда, выглядеть я стал, конечно, максимально нелепо. Колчан на спине под рюкзаком, рядом с ним же примостилось копье. Рюкзак прижимает их к спине. Его я застегнул на груди стандартными защелками. Лук на плече, висящий на тетиве. Несчастный гоблинский шлем на голове. Хорошо что здесь нет зеркал — боюсь, в таком случае, меня могла настигнуть смерть от смеха.

Я поправил на себе всю экипировку, стараясь сделать так, чтобы она не сковывала мои движения. Конечно, я также не забыл спрятать найденные мясные ломтики и фрукты в рюкзак. Убедившись, что все сидит идеально, я решил — моя подготовка завершена и пошел вдогонку за головорезами.

***

Я преследовал их по оставленным следам, словно настоящий егерь и следопыт, не упуская ни единого помятого листика и смятой их ногами травинки. Виртуозно осматривая каждую захудалую, еле заметную впадинку, слышу малейшие изменения в потревоженной мелодии леса. Словно деревья ведут со мной разговор и направляют по верной дороге. Я ощущаю все инородные запахи, коих не было в других местах и которые оставили эти мерзкие хобб… головорезы, я имею в виду головорезов! Ладно, что-то я слишком вошел в роль эльфа из всем известного произведения. На самом деле с такими просеками и не надо быть следопытом — слишком уж много всего указывает на правильный путь. Эти товарищи, в буквальном смысле, протоптали новую, широкую и свободную полосу — только слепой бы не заметил пройденный ими путь!

Просто чапать по проторенной дорожке мне быстро наскучило и я решил совершить марш-бросок и нагнать свою гоп-компанию. Местность была холмистой. Когда я их все-таки настиг, то понял, что скрыться от преследуемых мной людей можно было или в деревьях, на некотором расстоянии, или в рослой траве. Иначе, из-за разницы наших высот, меня было бы слишком легко заметить. Они же расслабленно шли, о чем-то говорили, громко смеялись и по ним было заметно, что, в принципе, для них это достаточно легкая и веселая прогулка. Как минимум в тылу разведчиков не было, и никто не опасался за нападение сзади.

Их тип построения был таков — пленники находились в середине, словно в клетке, а конвоиры, окружившие их, шли в форме овала. Шире построение сделать было сложно из-за деревьев и ям, что встречаются на всем пути. Если пленные начинали падать — их пинали, били руками и, так или иначе, заставляли подняться и продолжить движение. Мне кажется, что, даже если они — преступники, это как-то слишком, не по-человечески как-то. С другой стороны, а что может знать о понятии «слишком» человек, который в этом новом, чудном, чертовом фэнтези мире полнейший новичок? Ладно, главное, чтобы они вывели меня к городу, ух я там заживу!

За четыре часа, потраченные в складчину на осмотр лагерь и следование за конвоирами, они прошли километров так двадцать. Интересно, что же конвоиры так далеко забыли — действительно охотились за преступниками, какие у них были цели? Теперь они остановились и пнули пленных с такой силой, что те повалились наземь. Кто-то из охотников сел на громилу, видимо, не желая пачкать и без того грязную одежду. Решили устроить привал, что ли? Не рано ли? Прошли же всего ничего!

Уже по выработавшейся за это время привычке я залез на дерево, с которого я имел возможность следить за ними и слышать все разговоры. Раз уж я не могу понимать их язык, то сейчас самое время начать изучать его! Я, словно маленький ребенок, буду слушать непонятный лепет и пытаться вычленить из предложений слова, а затем соотносить с предметом разговора. Ну раз уж дети как-то так и учат язык — чем я хуже? У меня же, черт возьми, есть эта бесполезная система!

На самом деле я не сильно и отличался от ребенка, познающего мир. Более того, я уже начал забывать даже русский язык. Мои умные беседы самого с собой не сильно помогали, но вот записи в дневник хоть как-то, да спасали ситуацию. Кстати, давно я их не вел. Ну ничего, как только выберусь из леса, у меня появится возможность осмыслить все события как следует и записать их в дневник, параллельно потягивая пиво. Или эль. Надеюсь, в этом мире есть алкоголь.

Кто-то из головорезов начал кричать, а остальные, словно ослы, заржали и отвлекли меня от моих раздумий. Я решил приступить к воплощению в жизнь своего плана и начал внимательно их слушать, стараясь подмечать все повторяющиеся слова. Задача была неординарная, но интересная.

Где-то через час отдыха они решили двигаться дальше. На наручных часах было начало второго. Не уверен относительно конвоиров и конвоируемых, а я провел это время достаточно продуктивно — выучил значения некоторых слов и стал догадываться, о чем они говорят. Ну, как минимум я на это надеялся.

В русской транскрипции я аккуратно написал в дневнике: меч — чозоверт, лук — цвипонеги. Ох, как же сложно будет изучать язык этого мира — он сложнее немецкого по произношению. И это я еще не знаю, как на их языке копье! Надеюсь, я что-то не так понял, услышал или разобрал. Если весь язык такой, то для меня будет лучшим вариантом притворяться глухонемым все мое путешествие.

[Воу, изучение нового — тяжкий труд! Даже не верится, что Вы решили взяться за это дело! Вы получили следующие характеристики: память +2]

«Хренова система опять издевается. Да еще и голова раскалывается от недосыпа. Даже нет желания с тобой препираться, саркастичная система. Черт, как же я устал…»