Далекий шанс (СИ) - Денис Щелкунов

Глава 4

Я сидел на телеге и смотрел на обочину. Вид мерно проходящих мимо меня деревьев усыплял сознание и наводил на мысли о вечном. Уже третий день я еду на этой треклятой телеге, а до ближайшего трактира ещё сутки пути. Все тело ломит от постоянной тряски и даже мои наноботы ничего не могут с этим поделать.

Караван, на котором я еду пришёл в деревню неделю назад. Состоял он из двенадцати телег, тридцати человек, двадцать из которых были охраной. Охраной служили довольно хорошо укомплектованные мечники, по виду которых можно было, смело сказать, что с какой стороны держать меч они точно знают. В состав каравана входил так же один маг, со специализацией воздуха. Главой же, был тучный мужчина с измученным лицом по имени Жолес. Было видно, как достали его все эти караваны, все эти путешествия и все эти деревеньки.

На следующий день после того, как караван прибыл в деревню Никон пошёл договариваться обо мне. Жолес сначала проявил интерес в увеличении состава каравана, но когда узнал, что мечом я пользоваться вообще не умею, а луком довольно посредственно, сразу передумал. Никону и старосте, которого попросила Алевтина, потом долго пришлось убеждать этого упрямца. Сошлись на том, что в караван меня примут, но с платой в одну серебряную монету. Так как денег у меня своих не наблюдалось, Никон с Алевтиной скинулись пополам. Когда я спросил большая сумма это или нет, меня просветили, что крестьянин зарабатывает столько за пол года, а на постоялом дворе можно жить на один серебряный целый месяц с полным пансионом. Получалось так, что караванщик за три недели путешествия заломил просто непомерную сумму и видя, что деваться мне некуда, сбивать её никак не собирался.

— Я вам и так одолжение делаю. Зачем мне эта обуза? Хоть бы боец был, какой или маг, а то, ни то ни сё. Следить за ним теперь, что ничего не учудил. — отвечал Жолес, на любые попытки выторговать скидку.

Узнав размер суммы, которую пришлось отдать моим друзьям, я клятвенно пообещал себе, что обязательно верну им все это сторицей.

Также и я пытался найти точки соприкосновения с магом. Имя его было Ирний, и он обладал дипломом об окончании школы магии. К сожалению, разговор с ним я начал сразу не так, как стоило бы. Познакомившись с ним и поговорив немного о его специализации, я спросил, почему он не поступил в Академию. На этот вопрос маг отреагировал резко, сказав, что это не моё дело. Позднее Алевтина мне сказала, что задавать такой вопрос магам, не поступившим в Академию, не принято и считается грубым. Жаль, что я не догадался спросить об этом раньше, хотя мог бы сам догадаться, что подобную тему лучше упустить. Маг после этого случая общался со мной сухо и не охотно. О том, чтобы попросить его немого поучить меня магии, при таком отношении, не могло быть и речи.

Караван простоял в деревне четыре дня, в течение которых люди отдыхали после долгой дороги и торговали. Никон, отдал мне свой лук, который был получше чем мой и где то нашёл мне простенький меч. На вопрос, не купил ли он его и сколько я ему теперь всего должен, вместе с тем серебряным за караван. Никон отмалчивался и говорил, что это в старых запасах завалялось. Подозреваю, что он его всё‑таки купил, потому как не могу припомнить, чтобы у меня было раньше нечто подобное. Меч он сказал не доставать, и особо на него не рассчитывать. Так как пользоваться я им не умею, лучше в случае чего мне сидеть в телегах и не отсвечивать. Этот меч, только для ситуации, когда выхода, кроме как воспользоваться им больше не будет.

Когда караван уже собирался отходить, я пожал руку Никону, обнял Алевтину с Миуки и запрыгнул на телегу. Расставаться было тяжело. За то время, что я успел провести в этой деревне, я успел сильно привязаться к этим людям. А ведь каждому из них я ещё и жизнью обязан. Удаляясь от приютившей меня деревни, я сидел и смотрел на три фигуры, которые махали мне в след.

Тревога! — внезапно прервал мои воспоминания крик, который быстро прервался хрипом. Их леса по краям дороги посыпались стрелы. К чести охранников никто не растерялся, воины, уже прикрываясь щитами, выстраивали строй навстречу нападающим. Из леса выбегали люди криками и улюлюканьем. Все они были одеты, в какие‑то обноски, а вооружены топорами и виллами. Охранники каравана строем сохраняя строй пошли на встречу нападавшим. То, что дальше я увидел, ещё долго снилось мне с кошмарах. Людей словно свиней на бойне, резали, кромсали, рубили. Кровь брызгала во все стороны, а крики и стоны оглушали меня. Покрытые кровью лица, полыхающие безумием глаза, все это заставляло меня ещё сильнее вживаться в стену телеги, на которой я прятался.

Бойня продлилась недолго, уже через каких‑то пять минут, которые мне показались вечностью, в стане нападающих не осталось никого живого.

Когда я понял, что все закончилось, и попытался встать из телеги, моя голова закружилась, и едва не вывалившись за край телеги, я оставил весь свой завтрак на земле.

Меня рвало долго, а лишь мимолётный взгляд на трупы, заставлял меня бледнеть и покрываться холодным потом.

— Хотели массой задавить. — отчитывался глава охраны Жолесу. — Видимо совсем оголодали раз решили напасть на королевский обоз.

— Сколько их всего было? — оглядев кучу мёртвых тел, спросил глава каравана.

— Мои люди насчитали семьдесят восемь человек.

— Потери среди наших есть?

— Двое убитых, четверо тяжело и семеро легкораненых. Разбойники рассчитывали первыми залпами из луков снести большую часть охраны, а остальных задавить массой. Только они не учли наличие у нас амулетов. Поэтому вместо израненных остатков охраны, нападавших встретил слитный строй полностью готовых воинов. Жаль, что в той мясорубке, что нам устроили, заряда амулетов хватило не всем, и мы потеряли двоих.

— Как думаете, откуда такое количество разбойников в одной банде?

— Да сам удивился, раньше никогда не видел такого количества, видимо кто‑то сумел объединить несколько банд в одну. К сожалению, думаю, главарь в нападении не участвовал, и узнать, кто тут такой шустрый завёлся, не получится.

— Хорошо и то, что отбились от такой толпы без особых потерь. Мы отъедем на некоторое расстояние от бойни, так сделаем привал да завтра и позаботимся о раненых. Но не теряйте бдительности, возможно недобитки попробуют как‑нибудь напакостить нам ночью.

После того, как караван отъехал от места побоища и встал на стоянку. Я предложил свою помощь в лечении раненых, маг, что с нами был, не обладал талантом к магии жизни, а меня, смею надеяться, Алевтина неплохо натаскала в знахарстве. Шок, который я испытал после столкновения, уже начал сходить, и раны солдат уже не заставляли меня бледнеть. Помогая Алевтине, я неоднократно видел разные не особо лицеприятные вещи, но здесь, видя такое количество истерзанных людей разом, вся моя выдержка дала сбой.