Колдовские камни - Веда Талагаева

– Орн, ты спишь? – послышался свистящий шепот в тишине.

– Спал, – с сожалением вздохнул безобразный демон, подходя к зеркалу изнутри.

– А теперь вот явился пред ваши очи, Безжалостнейшая госпожа. Что это за место? – добавил он с удивлением, взглянув на обстановку комнаты, где стояло зеркало.

– Гостиница «Перо Феникса» на Главной дороге, в трех милях к западу от Темноборья, – усмехнулась его хозяйка, – Ее владелец решил, что я какая-нибудь обнищавшая графиня, таскающая за собой остатки фамильной роскоши – это проклятое зеркало.

– Апартаменты, конечно, так себе, – поморщился Орн. – Но все же лучше, чем халупа в Темноборье. А почему так темно?

– Ночь, – ответила хозяйка, села в кресло в самом темном углу комнаты и полностью погрузилась в тень. – Мое любимое время суток. Постояльцев здесь немного, и все они сейчас спят. Пора посмотреть, чего я достигла, пребывая в своем лесном уединении. Скоро придут мои посланники.

– А может, я тоже спать пойду? – состроив брезгливую гримасу, спросил демон. – Вы и без меня со всем справитесь, Могущественнейшая госпожа. Я не большой поклонник этих юрких личностей, которые сейчас здесь появятся.

– Я тебя не отпускала, Орн, – холодно отрезала его собеседница. – Ты мне еще понадобишься. Сиди и жди, пока я не закончу дела с моими гонцами. Уже недолго осталось – они идут.

Она властно махнула рукой, и масляная лампа на столе зажглась, слабо осветив комнату. Сначала вокруг было очень тихо. Потом издалека донесся слабый звук, похожий на шуршание. Звук все нарастал и стал, наконец, похож на поскребывание когтей о дощатый пол. Орн за зеркалом поежился.

На стенах замелькали тени, стали расти, приобретая очертания расплывчатых фигур, и в комнате одно за другим появились существа в серых балахонах. Низко кланяясь, они клали что-то на стол перед хозяйкой зеркала и исчезали, словно проваливались сквозь землю. После их ухода издали долетал не то писк, не то шипение.

Шесть серых существ одно за другим положили на стол свои подношения и испарились, седьмое же поклонилось и виновато зашипело, робко сгорбившись у стола.

– То есть, как ты не принес его? – гневным шепотом воскликнула темная фигура в углу. – Что значит, ты не смог взять камень? Как это понимать?

Существо в сером балахоне запищало, видимо оправдываясь.

– Хватит! – оборвала его хозяйка зеркала. – Меня не интересуют оправдания труса, который ослушался приказа. Я найду того, кто справится с заданием лучше тебя!

Она простерла руку над ослушником, холодный синий луч сверкнул на ее худой ладони и очертил контуры серого балахона. Нерадивый слуга мгновенно уменьшился в размерах так сильно, что оказался жалким темным комочком на полу. Темноту прорезала яркая вспышка, и комок исчез с жалобным писком.

– Болван, – темная фигура брезгливо отряхнула руки. – Придется послать кого-то поизворотливее.

– Надо же, как не повезло бедняге! – притворно вздохнул Орн, глядя на облачко сизого дыма, тающее среди комнаты. – А вдруг он и правда не смог взять камень, о Суровейшая госпожа? Сдается мне, это шуточки Гвендаля. Он был большой забавник. Пока сидел в зеркале у меня в плену, рассказал столько разных историй. Например, о девочке, которая во сне путешествовала за зеркало. Там жили карты, шахматные фигуры, грифоны и черепахи, и все они были живые и болтали всякий вздор. Жаль, что вы не оставили Чародея мне. С ним было весело.

– Ты болтаешь вздор хуже всякой черепахи, – проворчала его госпожа, поднимаясь с кресла. – Лучше давай посмотрим, что нам принесли более преданные слуги, чем этот неудачник.

Она подошла к столу и пересчитала лежавшие там горкой кожаные мешочки.

– Шесть! – взволнованно выдохнула госпожа, закончив подсчет. – Не хватает только одного. Ну-ка, поглядим.

Один за другим открывая мешочки, она извлекла наружу камни. Камни были одного размера, схожей формы и различались лишь цветом.

– Желтый есть, – довольно усмехнулась госпожа, глядя на свет лампы сквозь полупрозрачный камень, похожий на янтарь. – Арбогаст из Тальпура всегда был трусоват. Не согласился принять мою сторону, но камень все же отдал. Есть оранжевый. Хранился у семьи деревенского мельника в Кальдруне. Если бы сельские неучи только знали, что это за камень! Лазурный тоже здесь. Агата, Чародейка из Ланора не хотела с ним расставаться. Жаль, что такой талантливой волшебнице пришлось покинуть нас во цвете лет. Вот и темно-синий. Библиотекарь из славного города Нитара заподозрил что-то и даже деньгами не прельстился. Ну что ж, одним библиотекарем стало меньше. Лиловый, пожалуй, самый красивый. А вот Робур из Армаиса выглядел не так красиво, когда его навестили мои верные оборотни. Не понимаю, чего эти чародеи так упрямы? Я открыла перед ними выгодные перспективы, а они предпочли нажить себе неприятности.

– Вам же лучше, Единовластнейшая госпожа, – льстиво промурлыкал Орн. – Весь Дивный Край теперь достанется вам одной.

– Он в любом случае достанется мне одной! – непререкаемым тоном отрезала госпожа, потом порывисто нагнулась к столу и поднесла к глазам красный камень. – Подделка! В Аструме настоящий камень где-то спрятали, а поддельный держат на виду. Подсунули моему серому слуге обманку. А еще порядочные чародеи, наставники молодежи! Ладно же, проучу я вас. Есть у меня надежный агент, который достанет мне красный камень, как бы вы его ни скрывали.

– А как же теперь быть с зеленым? – спросил Орн. – С тем, который покойный не смог принести?

– Не зли меня, Орн! – госпожа хлопнула ладонью по столу. – Я прекрасно знаю, что пока не хватает хотя бы одного колдовского камня, даже я буду бессильна что-либо сделать. Достать красный камень – лишь вопрос времени, но вот зеленый меня по-настоящему тревожит. Я велю своим серым слугам везде искать зеленый камень и без него не возвращаться.

– Это пакости Гвендаля, – убежденно заявил Орн. – Он знал, что вы замышляете, Хитроумнейшая госпожа. Поэтому первым нашел камень, заколдовал его и спрятал.

– А ты так и не смог ничего из него выжать! – со злостью заметила госпожа, на секунду призадумалась, потом вздрогнула, охваченная подозрением. – А вдруг не Гвендаль спрятал зеленый камень? Если это Агенор строит мне козни? Рыжая эльфийка донесла ему обо всем, что с ней приключилось, и хитрый старик что-то заподозрил. Я хочу сейчас же видеть, что происходит в Ильрагарде, во дворце!

Орн угодливо поклонился.

– В Ильрагарде, пожалуйста, – сказал он. – Во дворце – нельзя. Вы же знаете, что тридцать чародеев своим колдовством выставили в покоях дворца непреодолимую защиту от темной магии. Вы пока слишком слабы, Нежнейшая госпожа, чтобы ее превозмочь. А уж я тем более не могу этого сделать. Можно показать вам дворец снаружи, если желаете.

– Желаю, – кивнула госпожа. – А сам иди сюда, – она хлопнула в ладоши и повелительно крикнула: – Демон, выйди из зеркала в мир людей!

Подчиняясь ее магическому зову, Орн послушно шагнул вперед. Зеркало всколыхнулось, словно вода, и выпустило его наружу.

– Не люблю я этого, – недовольно проговорил демон, опасливо оглядывая комнату и зябко вздрагивая, как будто от холода. – Но для вас, Дражайшая госпожа…

Орн взобрался на стол с ногами, устроился поудобнее и щелкнул когтистыми пальцами. Тень пробежала по зеркалу, и в квадрате зеркальной рамы возникла объятая сумерками долина, город в излучине реки и дворец с золотыми куполами на обрывистом берегу.

Ветерок крутил флюгера-драконы на крышах дворца, на длинном мосту, ведущем к воротам города, горели фонари. Вдоль высоких дворцовых стен проехал отряд конной стражи в кольчужных доспехах, с копьями.

– Во дворце-то не спят, – с подозрением прошипела госпожа, указав на светящиеся окна одного из покое., – Что, интересно, не дает им уснуть?

– Так и мы не спим. Время-то еще детское, – с придурковатым видом заметил Орн.

– Не строй из себя шута! – разозлилась госпожа. – А это еще кто?

Ворота дворца открылись, и на мост выехала позолоченная повозка. В ней у окна сидел черноволосый мальчик лет двенадцати-тринадцати.

– Это, кажется, племянник Гвендаля, – присмотревшись к мальчику, ответил Орн.

– Я видел у Чародея его портрет. На странной гладкой бумаге, лицо в точности как живое. Да, это точно он – Элиа. Тот самый Рассказчик, который пишет о приключениях Белого рыцаря.

– Он? – госпожа презрительно фыркнула. – Я так и думала, что такие книги может писать разве что глупый ребенок! Он мне не нравится.

Она погрузилась в угрюмое молчание, сверля повозку взглядом из-под низко надвинутого капюшона.

– Мальчишка мне не нравится, – повторила госпожа глухим от неприязни голосом, – потому, что я не знаю, что он из себя представляет, как он здесь оказался и зачем приехал во дворец. И эти добренькие голубые глазки! От людей с такими глазами можно всего ожидать.