Железная Маска - Эдмунд Ладусэтт

В большой пещере несколько полуголых людей, потных и с покрасневшими лицами, двигались перед огромными печами, пышущими жаром.

Некоторые из этих странных людей засовывали в печи длинные и тяжелые стальные клещи, захватывали ими тигли, вытаскивали их из печи и переворачивали, выливая расплавленный металл в прямоугольные формы, где он остывал. Застывшие плитки металла извлекались из формочек и аккуратно складывались в штабели.

Фариболь и его ученик, широко раскрыв глаза, смотрели на кучу золотых слитков, возвышавшуюся в углу пещеры.

— После железа — золото, — улыбнувшись, проговорил де Роа. Он повернулся к человеку, который, казалось, руководил этой работой, и спросил его: — Как идут дела?

— Месье, — ответил тот, — до конца дня мы подойдем к миллиону франков. Впрочем, резервы возрастут до двадцати миллионов…

— Хорошо, но нужно, чтобы за восемь дней эта цифра удвоилась.

Приближается момент перехода к действиям, друзья мои.

Услышав эту новость, все радостно улыбнулись и с еще большим усердием принялись за работу.

— Эгзиль у себя в лаборатории? — спросил де Роа.

— Да, месье, — ответили ему.

— Скажите ему, что я ожидаю его здесь.

Спустя некоторое время перед де Роа появился худой, кривобокий и седоволосый человечек. Его худощавое лицо было прикрыто некоторым подобием стеклянной маски.

— Друг Эгзиль, как наши успехи в алхимии?.. — заговорил де Роа.

— Но сними маску, черт возьми, если хочешь, чтобы тебя поняли.

Старик поспешно снял маску и ответил:

— Извините, месье, но вы же знаете — во время работы эта предосторожность мне крайне необходима. Если в момент одного из моих опытов стекло, защищающее меня, разобьется, то я сейчас же умру… Смотрите, — добавил он, показывая два флакончика, наполненные жидкостью.

— Я нашел формулы, которые искал. Одной капли содержимого вот этого первого пузырька достаточно, чтобы вызвать мгновенную смерть.

Что касается второго пузырька, то здесь яд действует медленно, но тоже смертельно. При его воздействии кровь медленно распадается и по прошествии более или менее длительного времени — это зависит от дозы — у еще живого человека мясо начинает отделяться от костей. Похороненный труп жертвы в довольно короткое время превращается в скелет.

Только и всего.

Фариболь и Мистуфлет вздрогнули от ужаса. Де Роа с улыбкой обратился к ним:

— Здесь заканчивается знакомство с моими друзьями. Не бойтесь. Как вы видите, у меня три друга: железо, то есть оружие, с помощью которого я могу противостоять любым нападкам и угрозам; дальше идет золото, позволяющее покупать благосклонность, союзы и даже совесть; и на третьем месте стоит яд, помогающий освобождаться от тех, кого не достигает железо и кого не купишь за золото… Кроме того, яд отомстит за меня, если я погибну в борьбе за права настоящего короля Франции, за которого вы тоже готовы пожертвовать своими жизнями.

Сказав это, де Роа отвернулся и продолжил беседу с Эгзилем.

— ТЫсяча чертей! — тихо, чтобы не услышали посторонние, обратился Фариболь к своему другу. — Что ты скажешь на это, Мистуфлет? Несомненно, эти люди были бы очень полезны, но мне не нравится их дружба с теми, кто готов пойти на преступление для достижения своей цели, хотя цель заключается в служении такому справедливому делу, за которое мы сражаемся.

— Боже мой! — воскликнул Мистуфлет. — Я думаю, эти люди и не собираются сажать на трон монсеньера Людовика. Они пытаются осуществить свои собственные честолюбивые замыслы.

— Черт побери, Мистуфлет! Хорошо сказано! Я уже несколько раз замечал, что ты думаешь так же, как и я… А теперь посмотрим, удастся ли нам встретиться с мадемуазель Ивонной, а там будем уповать только на бога, чтобы спасти монсеньера Людовика.

— Да, да, пусть бог нам поможет…

В этот момент раздался продолжительный свист, привлекший внимание де Роа.

И почти тотчас в дверях показался энергичный молодой человек, вооруженный двумя пистолетами и шпагой.

— Как прошла твоя вылазка в лес? — спросил де Роа.

— Не так хорошо, месье, как я желал бы. Удалось захватить одну молодую женщину, но не того, кто ее сопровождал… Это был карлик — горбун, дьявол… Прокл-тие! Он убежал от нас…

— Это был Ньяфо! — в один голос воскликнули оба друга.

— Ты уверен, Лотремон, — спросил де Роа, — что этот тип не проследил за вами? Не раскрыл бы он наш тайник!

— Никоим образом! Он не осмелится! Если бы видели, месье, как мы его гоняли!..

— Гм… Не знаю, не знаю, — обеспокоенно ответил де Роа. — Хотел бы я ошибиться в своих предчувствиях!

— Предлагаю допросить его подругу, — сказал молодой человек.

— Ага! Давайте ее сюда… Да хорошенько караульте, этот карлик страшный враг. Я дрожу от мысли, что он нас раскроет.

Лотремон вышел и через некоторое время вернулся, поддерживая бледную девушку. Она была в полубессознательном состоянии.

— Ивонна! — воскликнули Фариболь и Мистуфлет и бросились к ней.

Узнав своих друзей, девушка улыбнулась, страхи ее рассеялись. Но она была не в состоянии много говорить. Ее верные друзья добились разрешения ухаживать за ней, и когда все успокоились, она смогла искренне и под большим секретом все поведать им. Она рассказала обо всем, что произошло, и очень обрадовала обоих мужчин, сообщив им место, куда увезли монсеньера Людовика. Ньяфо, чрезмерно уверовав в самого себя, очень много болтал и это благоприятствовало защитникам несчастного пленника.

— Завтра же уходим отсюда, — сказал Фариболь, — будем держаться поближе к монсеньеру Людовику… Бог поможет нам, а мы, в свою очередь, поможем ему.

Глава XI. СВАДЬБА В БАСТИЛИИ

Находясь от страха в полубессознательном состоянии, Сюзанна де Бреван без всякого сопротивления позволила королевским мушкетерам и господину де Кавуа увезти себя. Она очнулась только на рассвете, когда карета остановилась у входа в зловещую крепость. Девушка испуганно воскликнула:

— Боже мой! Бастилия!

— Да, мадемуазель, — ответил Кавуа. — Его Величество решил, что при дворе слишком опасно для такой красивой девушки, как вы, и предложил вам убежище в этом надежном месте.

Дворянин, несомненно занимавший очень важный пост в этой мрачной крепости, вышел им навстречу.

— Мой дорогой Бэсме… — начал де Кавуа.

— Ты привез эту девушку? — прервал его дворянин.

— Я привез ее, да. Но она дрожит и плачет… Не будь слишком суровым, друг мой, прошу тебя.

— Мадемуазель, — перебил его Бэсме, подойдя к девушке, — позвольте подать вам руку, — и добавил, обращаясь к Кавуа: — Твоя миссия здесь закончилась. Несмотря на большое удовольствие видеть тебя, я вынужден запретить тебе следовать за нами.

— Как? Что это значит?

Это значит, что ты должен уехать отсюда. И еще я хочу посоветовать тебе, чтобы ты держал в большом секрете это дело, если не хочешь попасть в Бастилию другим способом, а не как приглашенный.

Проговорив это, он покинул остолбеневшего господина де Кавуа и

проводил Сюзанну в комнату, в которой прохаживались, поджидая ее, трое мужчин.

Сюзанна окинула взглядом одного, другого и вскрикнула от страха, опознав Сен-Мара и Росаржа — людей, похитивших ее и пытавшихся убить господина де ла Барре.

Сен Мар и его товарищ ехидно улыбнулись, услышав крик девушки.

Почему меня привели сюда? — тихо проговорила Сюзанна — Что вы хотите от меня?

— Я хочу сказать вам, — вмещался третий, — что король был так добр и так вас ценит, что взялся лично найти вам мужа.

— Как? — дрожащим голосом проговорила Сюзанна. — Кто же он?

— Он стоит перед вами, — ответил мужчина, указав на заклятого врага монсеньера Людовика.

— Господин де Сен-Мар! — воскликнула девушка, отступая назад; лицо ее выражало изумление и отвращение. — Нет! Никогда!

— Я маркиз де Луви, — представился незнакомец. — Король поручил мне как можно скорее покончить с этой церемонией. Свадьбу отпразднуем сейчас же… Мадемуазель де Бреван, будьте любезны опереться о мою руку.

Сюзанна отошла к стене и категорически отказалась подчиниться. Тогда, по знаку де Луви. Росарж и Сен-Мар схватили ее под руки, да так грубо, что девушка снова потеряла сознание, и предшествуемые господином де Луви, освещавшим путь факелом, двое мужчин с легким телом Сюзанны стали спускаться по винтовой лестнице в подземелье. По сторонам в стенах виднелись двери, перед которыми дежурили надзиратели.

Наконец они прошли последний лестничный марш. Бэсме открыл тяжелую железную дверь и отступил, пропуская вперед свою грустную свиту.

Зал, куда они вошли, слабо освещался лампадой и был обтянут черной тканью. По стенам были развешаны различные орудия пыток: топоры, кинжалы, цепи, клещи, клинья, дубинки… В углу два лохматых и полуголых человека разогревали на жаровне своих дьявольские приспособления. Отсвет, падавший от жаровни, окрашивал все окружавшие предметы в кроваво-красный цвет. В центре мрачной комнаты на слегка наклонном столе лежал крепко привязанный мужчина. Ноги его высунулись за край стола.