Миражи. 18+ СЛЭШ - GVELA

– Охренеть, – увиденное заставило волосы на голове зашевелиться от ужаса. Десяток ламий, противно шипя, взяли в кольцо сражающихся мужчин. Двое из них уже замерли истуканами, парализованные ядом, и три ламии из десятка жадным взглядом ожидают их кончины, чтобы отволочь в сторону и насладиться трапезой.

«Фифа, мы можем помочь?» – мысленно сказал я, понимая, что ламий слишком много. И я как ненужный балласт, мотыляюсь на серте. И биться с этими уродливыми тварями придется ему одному.

– Мит, беги! – крикнул Зирг, отражая очередное нападение ламии и уворачиваясь от пытающийся впиться ему в спину другой твари.

– Фифа! – крикнул я, и тут же он вытащил все свои плети, я насчитал их двенадцать, и, страшно вереща, плавно двинулся к Зиргу, располовинивая замешкавшихся ламий. Но момент неожиданности, всего лишь мизерная фора. Оставшиеся шесть ламий, с теми прохлаждающимися в стороне тремя, решили напасть на нас одновременно.

Шипение, движение и попытка цапнуть Фифу за ногу. Неудачно, что меня радует. Зирг с одним из воинов отбивается от двух гадин. Пока удачно. Снова шипение, теперь они не спешат, медленно ползая вокруг нас, пытаясь отвлечь внимание от твари, подползающей снизу.

– Фифа, внизу! – кричу я, замечая ее вовремя. Взмах хлыста, и головы особо хитрой твари нет. Но это уловка, на нас с двух сторон прыгают еще две, хлысты Фифы успевают ранить их, но мы промаргиваем одну, которая впивается в холку серта. Фифа на секунду замирает, словно не веря в то, что произошло. И меня накрывает диким ужасом. Дебил! Я кретин! Полез спасать, убив единственное верное мне существо и обрекая и себя на верную смерть.

Шипящая тварь, победительницей отползла в сторону и спокойно покачиваясь на хвосте осталась выжидать, когда яд сработает.

– Нет, нет, нет… Фифа, дружище, только не ты. Держись, ты же сильный, ты же единственный, кто у меня есть, в этом чертовом мире!

Серт, пошатнулся.

– Нет!!! – мой крик перешел в вопль, и в груди что-то взорвалось, словно лопнула скорлупа, рождая новое. Сила хлынула в меня потоком, я закричал теперь от ощущения болезненной переполненности. Еще немного и меня разорвёт! Секунда, две, три, и я замолкаю. Мир словно затихает вместе со мной.

Ощущение всесилия переполняет. Достаточно просто пошевелить пальцем, и вокруг появится пламя, выжигая все вокруг, на многие километры. Стоит захотеть, и ветер развеет песок, дойдя до изначальной земли. Пьянящее чувство всемогущества, оно даже пугает. Прихожу в себя от того, что Фифа падает не в силах стоять. Мельком отмечаю, что на Зирга с его другом продолжает напирать ламия. Она все еще не теряет надежды урвать и себе кусочек.

– Ненавижу! – произношу я сквозь зубы, мутным взглядом смотря на змей.

Направление руки и пламя вырывается, окутывая противно визжащую тварь, сначала ту, что укусила серта, а затем следующую. Третья, визжа в испуге, успевает зарыться в песок. Сбежала!

Угроза миновала, но мне от этого не легче. Серт повалившись на бок, дышит все тяжелее. Проклятые ламии со своим ядом. Мне совсем не стыдно за слезы. Глаза Фифы, такие вечно хитро прищуренные и любопытные, подернуты дымкой.

– Не честно! Так не пойдет! Фифа, ты должен быть рядом. Я же только начал свой путь, а ты решил меня бросить?!

– Мит, – позвал меня северянин, положив на плечо руку. Я небрежным движением стряхнул ее и снова уткнулся носом в шерсть дорогого мне существа.

– Уйди, – тихо, но угрожающе говорю я. Я зол на Зирга, на его соплеменников, на ламий, на этот мир и на себя самого за то, что не уберег. Несчастное существо, встряло меня и вот результат. Жил бы себе, водил по пустыне своих сородичей, растил маленьких сертов, а в итоге?! Я виноват. Я должен был думать о последствиях. Защищать его!

Стук сердца все медленнее.

– Нет. Слышишь, тебе еще рано. Фифа, ты не уйдешь, я не позволю!

Что там говорили о силе, которой делиться с Истинным серт? – Закрыв глаза, стягивая в тугой комок силу, что ощутил внутри себя. Ее получилось так много, что, казалось, она сейчас вывернет все ребра наружу и разорвет мое сердце, но я упрямо продолжал собирать ее в прочный сгусток, уплотняя и накручивая еще и еще. Я торопился, понимая, что времени мало, очень мало… Жизнь Фифы отмеряется уже секундами. Он умирает… Чувствую реальную боль в ребрах, неужели неосязаемая сила действительно может так распирать?! Из уголка губ что-то потекло. Мазанул пальцами, проверить. Кровь? Плохо, значит не все так просто, как кажется. Я вытянул из себя все, что было, сформировав в огромный перламутровый шар с хаотичным движением энергии внутри него.

– Фифа, – прошептал я, сдерживая стон от болезненных ощущений. – Ты должен жить. Обязан.

И все, что я накопил, послал в грудь серта. Крича от боли, словно из меня вытягивают все жилы и раздирают внутренности. Я отдавал свою часть души, и я понимал это. Серт вздрогнул и стал подниматься вверх, окутанный ярким светом, идущим сплошной полосой из моей груди. Я не слышал, но понимал, что кричал от боли, стоя на коленях, но не препятствовал лучу, а серт парил передо мной в серебристом свете. Отдав все, что мог, и уже впадая в бессознательное состояние, я видел, как бережно опустился на песок Фифа…

***

– Фифа как? – первое, что я спросил, выплывая из черной мути беспамятства.

– Жив, – успел ответить Зирг, и снова я провалился в темноту.

***

Второй раз был более долгим. Меня накормили с ложечки мясным бульоном. Сам я двигаться был не в состоянии. Во всем теле нет нет, да кольнет где-то болезненно. И слабость… раздражает.

– Лежи, даже не пытайся подняться, у тебя вся грудная клетка раскурочена, – осторожно прижал мои руки Зирг.

– Зирг, вот возьми, – раздался за спиной мужской голос. Северянин повернулся, забрал миску с ароматной похлебкой для меня.

– Кто это? – еле ворочая языком, спросил я. Тех, кого тогда ночью спасали и потом с нами ехали, я особо не разглядывал. И по именам мы как-то не представились друг другу. Мне достаточно Зирга для общения, а так, как он разбирается со своими людьми, мне до фонаря.

– Курен – он один остался. Теск и Дирт погибли. – Мне было совершенно все равно. Слушать про погибших не хотелось, а вот серт меня волновал. Почему я его не вижу?!

– Где Фифа? – хрипло спросил я.

– Спит.

– Хочу увидеть, – попытался подняться я. Бесполезно.

– Лежи, Мит. Ты не представляешь, насколько пострадал. Твоя грудь сплошное месиво, еле сообразил, что к чему. А сердце билось. Думал все, умрешь, а ты вот, жив. Кто такое возможно? Люди не смогли бы выжить с подобной раной. Она смертельна. Серт твой спит, не беспокойся. Еще не просыпался, наверное, тоже слаб. Но живой, это точно.

– Спасибо, – пролепетал я, закрывая глаза.

***

– С новым утром, – поприветствовал меня с миской в руке улыбающийся Зирг.

– Угу, – я попытался подняться. В груди неприятно дернуло.

– Постой, я помогу, – подошел второй мужчина. И сел позади меня, как подпорка, чтобы я не мог удерживать тело в полусидящем положении, не падая.

– Кто ты? – спросил я.

– Курен, – ответил мне шатен с поразительно серыми, нет, скорее, дымчатыми глазами и приятной улыбкой. Интересно, который из видений был его? Решивший меня продать, посадить на цепь или отыметь связанным?

– Тебе необходимо поесть, – меня будут кормить с ложечки? Зирг усевшись передо мной с новой порцией бульона, замер с поднесённой ко рту ложкой. Я безропотно открыл рот и глотнул. Пока я не съел весь бульон, нянька не успокоилась.

– А где Фифа? – снова спросил я, осторожно крутя головой, полностью повернуться пока не мог, тело ломило и болело.

– Чуть в сторону посмотри, – показал пальцем Зирг. Курен отклонился, и я с облегчением увидел свернувшегося в клубочек сладко посапывающего серта.

– Так ты истинный хозяин серта? – скорее не спрашивая, а утверждая, спросил Курен.

– Да. Мне казалось вся эта история с мнимыми Истинными обыкновенной сказкой. Только когда он умирал, я почувствовал свою силу, – признался я. – Она была невероятна! Но я отдал ее, чтобы Фифа выжил. И не жалею.

– Отдал? – нахмурился Курен. – Сила расходуется? А я думал, что она у Истинных бесконечна.

– Что же нам теперь делать? – задумался Зирг.

– А что хочется? – вопросом на вопрос ответил я. – Меня например, очень волнует моя дальнейшая судьба, и ваши планы относительно меня любимого.

– Мит, тебе сейчас необходимо поправиться. Рана затянулась, что само по себе чудо, но ты еще очень слаб, – пояснил Зирг. – С твоей способностью излечения, долго не пролежишь.

– Сколько уже времени я валяюсь? – вяло поинтересовался я.

– Четыре дня.

– Прости, – неожиданно произнес над моим ухом Курен.

– За что? – опешил я.

– Я хотел тебя продать, – покаянно произнес он.