Все страхи ночи (СИ) - Целищев Даниил Васильевич "Daniil_Cel"

Журналист отпрянул. Ему опять стало страшно. Ощущение безопасности разом пропало. Одно дело пространно разговаривать про взрывные устройства и целях их использования. Другое дело – стоять возле механизма, готового в любой момент сравнять с землей все в округе.

- Успокойся, - сказал в полумраке Андрей, словно заметил тревогу Журналиста. – Она не активирована. Не рванет. Да и принцип действия у нее не взрывной. Она как бы наоборот затягивает в себя на квантовом уровне.

- То есть, вы попытаетесь этой штукой затянуть портал? – спросил Журналист, не отрывая взгляда от устройства. – Ее испытывали раньше?

- Испытывали, но на локальных черных дырах. То есть, специально их создавали, а потом активировали эти штуки.

У Журналиста заколотило в виске.

- И они срабатывали?

- В половине испытаний.

Журналист еще раз посмотрел на устройство, мирно лежащее на полу. Теперь перед ним была не машина, несущая смерть, а каприз ученых, имеющий шанс, сработать в ответственный момент, равный один к двум.

- А где гарантия, что это сработает сейчас в Коньково? – спросил он.

- В том и дело, что это экспериментальная разработка, - ответил Андрей. – И нам приказано ее испытать в боевых условиях.

- А если она не сработает? Даже не так, - Журналист замотал головой. – Что если эта штука сработает не так, как задумано, например, превратит Коньково вместе с лесами и полями в черную дыру?

- Наша эвакуация – задача второстепенная, - тихо сказал Андрей

- А твои бойцы внизу знают об этом? Они знают на что идут?

Капитан опустил глаза.

- Комбинезон, что ты донашиваешь за капитаном Исуповым, имел потайной карман с ключом, для запуска устройства. Но для предосторожности, мало ли у носителя ключа поедет крыша, активация происходит двумя ключами. Второй был у полковника. Теперь у него их два.

- Надо сказать твоим солдатам, что они могут не вернуться, и запросить поддержку, как ты просил у полковника!

Андрей схватил Журналиста за воротник.

- Нельзя нарушать приказа, понимаешь? Может, это единственный шанс у нас – узнать, получится или нет! А бойцы, хоть ребята крепкие, но могут сейчас запаниковать и весь план провалить. Ты этого хочешь?

Тот не знал, что ответить. Но капитан, словно задумавшись, отпустил его, и посмотрел на устройство.

- Но с другой стороны – ты прав. Нас слишком мало, чтобы успешно добраться до точки, и заложить заряд. Я это чувствую, но приказа нарушить не могу.

- Где находится место для установки заряда?

- На комбинате. Точнее – внутри него.

- И откуда у вас такая точность в цели?

- Это секретная информация.

- Нет, уж! – закричал Журналист. – Я с вами иду на верную смерть, против своей воли, а ты со мной продолжаешь в секреты играть? Почему решили, что портал именно там?

Андрей, тоже хотел было что-то закричать в ответ, даже подался вперед. Но, или из осторожности, чтобы командир не услышал, или в силу офицерской гордости, сдержался и промолчал. Вместо этого, он открыл дверь из комнаты с устройством, и кивнул Журналисту на выход. Осознавая, что сейчас, возможно, приоткроется еще одна тайна, тот последовал за Андреем. Они оба вышли в коридор. Андрей открыл дверь в соседнюю комнату, и кивком указал Журналисту на вход. Тот, набрав воздуха, готовясь к очередному открытию, зашел в комнату.

В помещении было совсем темно, так как полностью отсутствовали источники освещения. Журналисту показалось странным, что даже лампы, которыми местами был увешан Дом культуры, не было. Тусклый свет от выхода был загорожен вошедшим Андреем. Что-то защелкало. Пошатнувшееся от событий в Коньково, воображение Журналиста, налило мысли тревогой. Его завели в темную комнату, и щелкнули каким-то механизмом. На секунду, ему показалось, что это был звук предохранителя от оружия. Своими расспросами, он не смог пройти проверку на доверие, и от него решили избавиться. Возник страх за свою жизнь, и сейчас, Журналист уже не паниковал. Он четко чувствовал, что будет бороться за свое выживание.

Едва, он подсел на ногах, чтобы рывком сбить с ног Андрея, в качестве своего палача, как зажегся свет. В руках капитана оказался карманный фонарь. У Журналиста сразу отлегла вся агрессия. Ему показалось, что от стресса он стал законченным параноиком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В это время Андрей светил в угол комнаты.

- Смотри туда, - сказал он. – Узнаешь кого-нибудь?

Журналист пригляделся. В углу комнаты, на полу сидели трое. Двое мужчин и женщина. Один был в клетчатой рубашке и рабочих штанах, с подтяжками. Из нагрудных карманов торчали мелкие гаечные ключи и отвертка. Голова была опущена, но Журналисту показались знакомыми черты лица. Он немного пригнулся, чтобы лучше его разглядеть, и узнал в мужчине, завсегдатая из кафе, который сказал, что работает в автосервисе. На секунду, мелькнула мысль, что он мертв. Это была первая мысль в голове у Журналиста. От профессиональных бойцов можно было ожидать чего угодно. Грудь у автомеханика медленно поднималась и опускалась. Он дышал, значит, был жив. Но никакой реакции на свет фонаря и на приближение Журналиста, он не проявил. Механик просто смотрел себе на колени, и медленно моргал глазами.

Журналист перевел взгляд на женщину. В свете фонарика, она казалась ему тоже очень знакомой. Светлые волосы, высокий рост, белая ветровка.

- Алена! – то ли от удивления, то ли от радости, что она до сих пор жива, вскрикнул Журналист. – Вы живы!

Ноль реакции.

Она была в таком же апатичном состоянии, что и механик. Он вспомнил ее вчерашнюю – сильная женщина с уверенным взглядом. Сейчас на нее было жалко смотреть. Распустившиеся волосы падали на глаза, он был уверен, такие же неподвижные, как и у механика. Большой палец ее правой руки нервно дергался в воздухе, словно нажимал какую-то невидимую кнопку.

Рядом сидел бармен. Жилетка его была испачкана землей, а на лице были видны кровоподтеки. Его глаза неподвижно смотрели перед собой.

Все трое были словно в трансе, ни на что не реагировали. Журналисту сначала показалось, что это – последствия шока. Все-таки, не каждый день можно стать свидетелем вторжения иных форм жизни. Но их держали в комнате с выключенным светом, не дав места, чтобы присесть, а просто на полу. У Журналиста промелькнула мысль, что они не спасенные, а скорее, пленники, задержанные, как и он сам для допроса. Андрей не просто так привел его сюда. Поэтому, Журналист посмотрел в его сторону, на свет фонарика.

- Что с ними? – спросил он.

Фонарь продолжал светить неподвижно, словно Журналист обращался куда-то в пустоту.

- Они, похоже, были под сильным излучением, - немного помолчав, ответил голос. – Слишком сильным. Сейчас, у них что-то наподобие психологического шока.

- Их облучили эти существа из портала?

- Нет, не они. Коньково.

Журналист не знал, как отреагировать на такой странный ответ, поэтому не стал ничего комментировать. Он решил, что Андрей закончит мысль.

- Дело в том, что про этот населенный пункт мы все прекрасно знаем, - продолжил капитан. – Это один из стратегических объектов, подчиненный нашему ведомству.

- Что в нем такого стратегического? – спросил Журналист. – Шахты с ракетами?

- Нет. Люди. Здесь находится научный комплекс по изучению воздействия на человека психотронного излучения?

- Чего? – не поверил Журналист. – В этом захолустье?

- Да. Так проще хранить секреты.

Журналист посмотрел на трех сидящих людей с абсолютным безразличием ко всему. К гуляющим по улицам городка тварям, выглядящим, словно, произведения художников – сюрреалистов. К бойцам спецотряда, стремящихся закрыть проход между мирами с помощью экспериментальной бомбы. Даже к собственной жизни. Тут до Журналиста стало доходить, что имел в виду Андрей под изучением.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Так вы над людьми эксперименты проводите? Без их ведома, разрешения? Просто облучаете своими установками, и записываете показатели в тетрадочку? Молодцы! – с издевкой сказал Журналист. – А я думал, что такое скотство только в наших газетах печатают, чтобы тираж поднять. Знаю – сам сочинял подобную паранойю. Теперь, оказывается, это был не такой уж и бред.