Повелитель миров 2 (СИ) - Ваклан Александр

Именно из-за Тифана, тогда его отец и поставил условие с проверкой навыков Ареса, когда пройдёт три года с начала его обучения в школе Боевого Совершенства. И об этом знал только Арес. Поэтому он и не питал сильно родственных и нежных чувств к своему дяде, явившемуся теперь в монастырь Стихий решать его дальнейшую судьбу.

Получив от Великого Мастера Стихий разрешение в виде лёгкого кивка головы, Арес сдержано, без проявления каких-либо чувств и эмоций, приветствовал прибывших с проверкой родственников.

— Дядя Тифан. — Приветственно кивнув головой Полуночному генералу, юный принц, посмотрев на Кербера и Ехиду, ещё два раза кивнул головой. — Кузен. Кузина.

Когда очередь дошла до советника Орфа, Арес на несколько секунд задумался, глядя в хитрые глаза мастера Животных. Наконец, он тоже кивнул ему головой.

— Советник Орф.

Получив ответные, приветственные кивки голов гостей, сын короля оборотня посмотрел на Великого Мастера Стихий.

— Я могу идти к своей группе? У нас сейчас должны начаться занятия с наставником Оружия, и мне не хотелось бы опаздывать.

— Ступай.

Получив разрешение, юный ученик вернулся к своей группе, так больше и, не взглянув на своих родственников. Он знал, зачем они прилетели, и поэтому их визит не был для него ни радостью, ни приятной долгожданной встречей с семьёй. Впрочем, ещё до начала своего обучения в монастыре Стихий, между ним, его дядей и кузинами не было никаких дружеских и близких отношений.

Темнийское королевство, а особенно дворец короля оборотня не то место где сильно ценились родственные связи и любовь. Там ценились только сила, злоба и железная воля. Даже среди близких родственников, а верней особенно среди близких родственников ни в коем случаи нельзя было показывать даже малейшего намёка на сердечность и любовь. Ведь этого не оценят и не поймут. Сочтя проявление таких чувств за слабость.

А слабые, в Темнийском королевстве не выживали.

— Когда вы желаете приступить к проверке? — Великий Мастер Стихий внимательно посмотрел на Полуночного генерала. При этом он незаметно рассматривал советника Орфа. Именно тот сейчас самое большее из гостей Темнийского королевства беспокоил его.

Продолжая смотреть вслед своему племяннику, Тифан выложил всё на чистоту.

— Мы уже приступили к проверке, как только сошли с корабля. И к заходу солнца, мы намерены покинуть ваш монастырь. Покинуть вместе с юным принцем на борту.

— Вы так уверенны, что Арес не пройдёт проверку? — Великому Мастеру Стихий стало неприятно от такого уверенного заявления Полуночного генерала.

— Даже и не сомневаюсь в этом. — Хищно улыбнувшись, Тифан, наконец, посмотрел на главу монастыря Стихий.

Глава 6 Сын своего отца

По скучающим выражениям лиц гостей из Темнийского королевства, наблюдавших за ходом занятия группы «Наследник», было ясно, что их пока ничто не смогло впечатлить.

У стоявших недалеко от проверяющих Великого Мастера Стихий и наставника Боя, сам собой возникал вопрос: «- Или и в самом деле всё было настолько плохо, или гости просто прекрасно имитировали своё полное безразличие к происходящему на тренировочной площадке?»

Сам же наставник Боя прекрасно видел, что мальчишки выкладывались на пределе своих физических возможностей. Демонстрируя невероятные результаты и показатели для своего возраста и уровня достигнутого ими физического и энергетического развития.

Наставник Оружия не жалел никого и никогда на своих занятиях. Впрочем, это касалось и всех наставников монастыря Стихий. Жалости просто не было места в школах Боевого Совершенства. Если ты хотел постичь боевые искусства, стать самым лучшим, добиться таких высот и мастерства, что о тебе будут слагать легенды, то должен был пройти чуть ли не все круги ада. Ведь только закалённый в боли, страдании, постоянных ужасных тренировках ученик, мог добиться невероятных высот в боевых искусствах. Если, конечно, не сломается вовремя проходимого им до совершенства пути.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Пикролий, используй свой рост и атакую больше на нижнем уровне. — Делал наставления наставник Оружия, отрабатывающим бой на мечах ученикам. — Чего ты всё время вытягиваешься, в попытке достать его грудь или шею.

Молодой карлик и в самом деле снова совершил всё ту же ошибку. Потянувшись вверх, он попытался достать мечом в шею своего высокого «противника». Этим «противником» был Бивальф. На этот раз рыжеволосый мальчуган успел воспользоваться тем, что туловище вытянувшегося вверх Пикролия оказалось незащищённым, и полоснул тупым лезвием тренировочного оружия по рёбрам друга.

— Вот видишь! — Не удержался от возмущения наставник Оружия. — В настоящем бою, после такого удара, твои рёбра были бы разрублены.

Быстро отступив от своего «противника», Пикролий принял довольно низкую стойку. Сильно согнув широко расставленные ноги, он наклонился настолько вниз, что практически, буквально распластался по земле. При этом меч его был теперь полностью спрятан под туловищем и был не виден для Бивальфа.

— Чего ты ждёшь Бивальф? — Поинтересовался наставник Оружия, недовольный немного растерянным видом сына короля Южанских островов. — Атакуй, или сдавайся.

— Мне что наступить на него? — Было ясно, что Бифальф и в самом деле не мог решить, как ему правильно сейчас поступить. Применённая молодым карликом стойка «Лежачего Камня», была для него нова. И он, просто напросто не знал, как правильно сейчас себя повести.

Наставник Оружия специально на своих занятиях довольно часто разделял своих учеников и, по отдельности обучал их. Обучал подходящим именно для них стойкам и ударам, защитным и атакующим комбинациям. Обучал исходя из телосложения и физических возможностей каждого ученика.

Такой метод отдельного, персонального обучения вместе с общим, групповым обучением, приносил свои плоды и положительные результаты.

Ученикам приходилось не просто заучивать до автоматизма азы искусства боя с оружием, а учиться думать. Думать и мгновенно реагировать на возникающие, неожиданные боевые ситуации. Ведь в реальном бою противник никогда не вёл себя так, как ты этого ожидаешь и к чему привык во время своего обучения боевым искусствам.

Так что когда кто-то из учеников во время тренировочного боя выкидывал персонально выученный им сюрприз для своего «противника» (будь-то неизвестный удар, блок, стойка или целая комбинация), то «противнику» приходилось мгновенно реагировать и выкручиваться всеми возможными способами, и уже полученными навыками, из сложившегося опасного для него положения.

Наконец, решившись, Бивальф сделав шаг на встречу, ткнул, мечом вниз. Удар был нанесён максимально быстро, но не сильно. Ведь даже тренировочный меч с затупленным наконечником, при сильном ударе, мог запросто травмировать или ранить партнёра по поединку. Даже, несмотря на надетое сейчас на учениках защитное снаряжение.

Нанося удар, наследник правителя Южанских островов даже не сомневался в том, что поразит своего противника. Да и как могло быть иначе, если Пикролий ни разу после того как опустился в стойку «Лежачего Камня», не поднял головы и не посмотрел вверх. Поэтому и увидеть наносимого ему в спину удара он не мог.

Но молодой карлик мог прекрасно видеть ноги своего «противника». И, когда тот сделал шаг к нему на сближение, его меч, стремительно вылетев из-под его туловища, по широкой дуге полоснул над самой землёй. Сначала справа налево. Подбивая правую ногу Бивальфа. А затем слева направо. Сбивая теперь уже с земли левую ногу рыжеволосого мальчугана, уже через секунду грузно шмякнувшегося на спину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты проиграл Бивальф. — Констатировал печальный факт наставник Оружия. — Тебе перерубили обе ноги. И ты даже не успел этого заметить. Плохо Бивальф, плохо. От тебя я не ожидал такого.

— А я ожидала. — Зловредно улыбаясь, заметила Керберу Ехида. Причём говорила она довольно таки громко. Так что дочь Полуночного генерала могли слышать не только находившиеся рядом с ней брат, отец и советник Орф, а даже занимавшиеся на площадке ученики и стоявшие в стороне Великий Мастер Стихий и наставник Боя. — Я бы этого рыжего неповоротливого увальня, уже давно бы отправила валяться на землю.