Любовь и криминал - Владимир Семенович Калинин

— Марк, какие вопросы. Давай спой нам песню про Наташку. — Широким жестом руки Наталья указала Марку на музыкальный инструмент.

Марк постучал по клавишам, уловил мелодию, настроился и запел:

Наташка, Наташка,

Ей-богу, не вру,

Ты словно ромашка

Стоишь на ветру.

Давно я заметил —

С весны до весны

Все ветры на свете

В тебя влюблены.

Разлука нахлынет

Холодной волной,

Везде твоё имя

Горит надо мной.

Дорог не измеришь

По снегу, по льду,

Но, веришь, не веришь,

К тебе я приду.

Наташка, Наташка,

Чужая жена…

Налей мне, Наташка,

Стаканчик вина.

Мне будет приятно,

Но только прости —

Пора мне обратно,

Пора мне идти.

Дороги, рассветы,

Косой горизонт,

Последнее лето

Промчалось грозой.

Мне тяжко, мне тяжко,

Ей-богу, не вру…

Ну что ж ты, Наташка,

Стоишь на ветру?

— Браво! Хорошая песенка. Ещё одна женская судьба. Сколько их таких на земле? Отдохнули, а теперь танцевать. Вечер ещё не окончен, — чётко заявила Наталья.

Во время старинного танго «Брызги шампанского», прижимая к себе разгорячённое тело Натальи, Сизый подумал: «Она выпила много вина с возбудителем, и эта смесь, скорее всего, сделала своё дело». Такой вывод придал ему смелости. Он решил действовать напролом.

— Наташа, вы хотели бы сейчас заняться сексом? — сказал он ей на ухо, ещё крепче прижимая к себе.

— Что, прямо здесь? — неожиданно ответила она.

— Наверно, лучше в спальне?

— Пошли, — слегка хриплым голосом предложила Наталья.

Она, покачивая широкими бёдрами, повела его за руку к лестнице на второй этаж.

Сизый успел оглянуться и, увидев смотрящую на него Розу, подал ей условленный знак. Та кивнула ему в ответ, что означало: всё сделаю, как договорились.

Музыка продолжала звучать. Марк и Роза танцевали.

— Марк, приглуши звук. Нам надо по-тихому вовремя подняться к ним в спальню и тебя голого около них в самый интересный момент сфоткать. Понял? Иди разденься до трусов, — приказала она.

Сизый в приливе страсти не помнил, как он и Наталья сбросили одежду и обнажённые упали на широкую кровать. Жаркие поцелуи, объятия — и вот он между её ног. Попал сразу в горячую и скользкую цель. Лёгкие вздохи, и кровать ритмично заскрипела. За дверью уже стояли голый Марк и Роза с фотоаппаратом.

— Снимай трусы и подходи бесшумно к их головам. О, да ты уже возбудился. Лучше встань около её головы или лица. Я постараюсь сделать несколько снимков. Понял? Давай. Вперёд, — прошептала Роза.

Марк выполнил её приказание. Когда Роза щёлкнула фотоаппаратом, Наталья приоткрыла глаза. Роза ещё раз щёлкнула затвором. Наталья отвернула голову и продолжала получать удовольствие. Марк замешкался, но Роза схватила его за руку и зашипела:

— Пошли быстро отсюда. Ты никак задумал здесь остаться? Сейчас внизу со мной разрядишься. Там в кабинете её отца есть шикарный диван.

Наталья уснула крепким сном. Сизый спал чутким сном зэка. Где-то под утро он проснулся, встал с кровати, поднял с ковра брюки и натянул их на голое тело. Осторожно прокрался вниз. Нашёл там фотоаппарат и просмотрел снимки. Все три получились чётко. Лицо Натальи на одном снимке было с закрытыми глазами, выражающее неподдельную страсть. На втором с открытыми глазами, зафиксировалось немного встревоженное выражение лица. Он вынул из фотоаппарата чип со снимками и спрятал его в карман брюк. В фотоаппарат вставил чистый чип. После чего поднялся к Наталье. Она спала, тихо посапывая. Он залез к ней под одеяло и обнял, поцеловал в шею. Она повернулась к нему:

— Ты куда ходил?

— Вниз в туалет.

— Здесь рядом есть ванная и туалет.

— Я забыл. Кроме того, не хотел тебя будить.

Она крепко его обняла, и они слились в затяжном поцелуе, который перешёл во взаимные ласки. После бурного взрыва страсти их тела обессилили. Даже в прохладной комнате они вспотели и лежали в объятиях друг друга. Он чувствовал, как быстро бьётся её сердце. Дыхание постепенно восстановилось. Они легли на бок лицом друг к другу. Ей нравилось смотреть в глаза новому любовнику, определяя, испытывает ли он удовольствие от близости с ней. Она считала, что для женщины главное знать, была ли она желанной для мужчины, с которым состояла в близости. Вдруг он увидел слёзы на её щеках.

— Ты чего это?

— Знаешь, не пойму, как я опустилась так низко. Мы с тобой только вчера познакомились — и сразу в постель. Слабая я стала. — Она всхлипнула.

— Ничего плохого в этом нет. Тебе и мне было приятно.

— Да, это так. Я понимаю, что со мной произошла минутная слабость. Но почему я не смогла сдержаться? Почему Роза фотографировала нас?

— Это не страшно. Она никому не покажет снимки. Я заберу у неё фотоаппарат.

Сизый посмотрел на часы. Шесть тридцать. Надо ехать в Москву. Там ещё одна делюга — он не забывал о предстоящем налёте.

— Чего смотришь на часы? Тебе надо ехать?

— Да. На работу надо.

— Иди тогда в ванную, прими душ. Я приготовлю завтрак. Тебя яичница с копчёной грудинкой устроит?

— Конечно, устроит. Слушай, как отсюда выбраться в Москву?

— Сейчас кто-нибудь обязательно поедет, могут тебя прихватить. На выходе из посёлка есть доска с расписанием автобусов на Москву. Они через каждые сорок минут отходят. Успеешь доехать.

Он пошёл принимать душ. Она накинула халат и спустилась вниз готовить традиционную для мужика еду. Вскоре на аппетитный запах жареной особой копчёной грудинки спустился на первый этаж Сизый.

— Какие ароматы. — Он обнял Наталью и поцеловал в губы.

— Не мешай, — шутливо отталкивала его Наталья, — лучше фотоаппарат почисти.

— Есть. Выполняю приказание.

Сизый пошёл в комнату, где спали Роза и Марк. Быстро вернулся с фотоаппаратом и стал с ним производить какие-то манипуляции. Затем начал фотографировать Наталью около плиты. Один раз со сковородой в руке, другой раз с чайником. Потом ещё несколько снимков. Она пыталась увернуться:

— Не надо меня фотографировать. Я непричёсанная и некрасивая.

— Не правда. Ты в любом виде хороша. Особенно в обнажённом.

— Что за шум, а драки нет? — В проходе на кухню появился Марк.

— Вы зачем с Розой подглядывали и фотографировали нас? — грозно спросила Наталья.

— Мы хотели подшутить. Давайте посмотрим, что получилось.

— На, смотри. — Сизый протянул фотоаппарат Марку.

— Не надо! — закричала Наталья и перехватила фотоаппарат. — Георгий, покажите мне, что там они сняли.

— Пожалуйста. — Сизый подошёл к