Каролина: между дождем и градом - Сандра Бушар

— И все же, — как-то странно выдохнул Эрик с напускной скорбью, — тут нет твоих сестер. Почему же? Места вполне достаточно.

В тот момент у меня по спине впервые прошел холодок, будто внутренняя «Я» понимала намного больше, чем успевал осознавать испуганный мозг.

— Им надо учиться, — пожав плечами, с трудом натянула вымученную улыбку.

— Правда? — две пары глаз вгрызлись в меня, не выпуская из внимания. — Расскажи.

Облизнув пересохшие губы, я всерьез хотела подорваться и убежать, но на нервной почве торопливо пробормотала себе под нос:

— Например, Соня в Германии, а…

Дядя Эрик вытянул руку вперед, отрезав:

— Стоп. Поподробнее.

Второй раз меня сковало нехорошее предчувствие, более явное. Сердцебиение ускорилось, а тошнота подкралась к горлу.

— Почему вас интересует именно Соня? — голос вышел слишком испуганный, полный паники. Блондин рассмеялся, хотя глаза оставались таким же ледяными айсбергами. Вскочив на ноги, я буквально подбежала к камину, грея ладони: — Ей шестнадцать, а вам… Сколько? Шестьдесят? Семьдесят?

И пусть я не видела лица мужчины, он до хруста сжал кулаки, холодно выплюнув:

— Мне сорок восемь, Каролина.

— Не смейте к ней лезть! — повернувшись к мужчине, я уже не была привычной испуганной девочкой. Когда речь заходила о сестрах, внутри просыпалась иная личность, способная загрызть любого, причиняющего вред близким.

— Напомни-ка мне, дорогая, — поднявшись с места, Эрик подошел вплотную. И пусть он был поджарым и не таким широкоплечим, как Владимир, но все равно выше на целую голову. Буквально вдавливая в землю авторитетом, — я похож на человека, спрашивающего чье-то мнение? Или, — он саркастично рассмеялся, пугающе надменно, — ты похожа на человека, чье мнение хоть что-то значит?

Настроение упало на самое дно за секунду. Эрик был прав. Все, чем располагала я, — это призрачные амбиции. Образование, влияние, авторитет, — всего этого не было. Я — лишь часы на руке Марка Орлова. Его новая статусная часть гардероба.

Опустив взгляд, я зажмурилась от боли и бессилия. Словно тот тигр в клетке, не имеющий голоса.

— Вкусные были отбивные на свадьбе, — будто читая мои мысли, выплюнул блондин. — Жаль, что ничего нового мы так и не попробовали, зато… Новое узнали, правда же?

Я украдкой посмотрела в голубые глаза и увидела там самый настоящий интерес. Не любовный, больше человеческий:

— То, что мой друг очень падок на капризы одной миленькой мордашки. Что в тебе такого особенного, Каролина?

— ЭРИК! — рев, самый настоящий рык, раздался громом по комнате. Вызывая спазм внутри, настоящий животный ужас. Казалось, стены задрожали, даже блондин испуганно отшагнул назад, все еще расслабленно улыбаясь. Владимир застыл в дверях с дипломатом, сегодня на нем была белая рубаха и черные джинсы. Волосы буквально стояли дыбом, а лицо казалось опасно вытянуто, словно оскал. Его ноздри раздувались, кадык дергался, а вена на виске пульсировала, когда он недовольно осматривал мое платье, как будто его и вовсе не было, а я встречала гостя голой. Палец резко указал в сторону выхода, а после него последовал громкий, не терпящий возражения приказ: — Каролина, в свою комнату! Эрик, черт тебя дери, сядь и объясни, что ты делаешь тут в мое отсутствие!

Я выбежала оттуда, сверкая пятками, страх с облегчением смешались воедино. Дверь в гостиную была захлопнута так резко, что ваза с розами, стоящая на тумбе при входе, с грохотом разбилась, образовывая лужу.

В спальне я не могла найти себе места, вымеряя шагами комнату из угла в угол. Никогда в жизни я и представить не могла, что буду так нетерпеливо поглядывать на дверь в ожидании старшего Орлова. И когда он вошел, без единого стука, будто имея на это право, я буквально подскочила к нему.

— Прошу, — застонала я, задыхаясь от нервозности, — скажите, что Эрик не тронет Соню!

Владимир удивленно поднял брови, мол: «Почему ты так по поводу этого переживаешь?»

— Он не тронет ее, — уверенно заверил меня мужчина спустя нескончаемую паузу, со вздохом облегчения я буквально выпустила дух из тела. Но не успела улыбка появиться на губах, как Орлов закончил фразу, — до ее восемнадцати.

Сердце разбилось, земля под ногами дрогнула. Облизав пересохшие губы, я искала в глаза Орлова намеки на шутку, хоть это и было глупо:

— Что?..

— Твоя сестра оказалась очень предприимчивой, Каролина, — насмешливо фыркнул Владимир. Вся его мимика говорила о том, что Соня сделала это специально, — приманила к себе внимание Эрика. Но я знала свою сестру, она никогда бы так не поступила, поэтому догадки Владимира взбесили, наполняя гневом. — Теперь Эрик заинтересован не на шутку. Никогда его таким не видел.

— За два года он потеряет интерес, — прошептала себе под нос, успокаивая, — естественно.

— Сомневаюсь, девочка. Именно это сделало Эрика тем, кто он есть на сегодняшний день, — умение ловить золотую рыбку и вовремя ее подсекать, — выпалил мужчина, хищно обнажая зубы. Он проследовал на диван, разваливаясь на нем, как полноправный хозяин. Многозначительно похлопав по месту рядом, продолжил: — Ему нужна жена, Каролина. Возможность некого косвенного родства с нашей семьей, девственность, красота, молодость и дерзкая натура, — все это очень подходит ему. Эрик выбрал Соню. Теперь она его.

Сжав кулаки, я посмотрела на Владимира волком:

— Что значит «она его»?!

— Значит, — впился в меня черными глазами Владимир, — теперь он ставит ее на жесткий контроль. Все расходы на нем. Естественно, сохранность невинности тоже.

— Соня не вещь! — взорвалась я, из глаз брызнули слезы. — Она сама решит.

— Теперь это не мое дело. И не твое, — четко, громко и многозначительно втемяшил мне в голову Владимир.

Отчаянье окатило меня, как алкоголь. Опьяняя, доводя до полуобморочного состояния. Прикрыв глаза руками, я упала на диван рядом с мужчиной, даже не осознавая этого. Теплая ладонью скользнула по щеке, стирая слезы и вызывая дрожь.