Колхозное строительство 1 - Андрей Готлибович Шопперт

В кабинете Кабанова опять пили кофе. Остальных товарищей Анатолий Яковлевич не пригласил, сидели вдвоём.

— Отправлю-ка я завтра главного инженера и главного механика на кирпичный завод. Пусть посмотрят там всё хорошенько. Если всё, что ты, Пётр Миронович, рассказал, и вправду сработает — оно того будет стоить. Брус сломается, вся бронировка мельницы высыплется, и потом сотни тысяч рублей на ремонт. Можно десяток погрузчиков купить им. Не расскажешь, откуда эти знания? — Кабанов достал бутылку коньяка и набулькал в стаканы на треть.

— Как-нибудь расскажу. Не сегодня. Да и пора мне, дети дома ждут, — уже стемнело, и рабочий день закончился.

Дома действительно ждали дети. Утром он привёз к себе Машеньку (Вику Цыганову).

Событие девятое

На субботу у Петра было запланировано очень и очень важное мероприятие: у него была встреча с Аркадием Михайловичем Веряскиным. Подполковник пришёл на встречу в парадном мундире с медалями, значком депутата и ромбиком института. В лихие девяностые Штелле полтора года проработал, вернее, проработает, в милиции. Потом снова вернётся в металлургию. Сейчас он смутно вспоминал биографию начальника милиции Краснотурьинска. Воевал, был ранен под Сталинградом и комиссован. Пошёл работать в милицию. Несколько лет гонял по Прибалтике лесных братьев — и вот уже семнадцать лет служит в этом городе, из них пять в должности начальника горотдела.

Очень нужно найти в нём единомышленника. Первым начал разговор сам подполковник.

— Не нравятся тебе собачки?

— Не нравятся. Два дня подряд нападали на меня при выходе из дома — но не поэтому не нравятся. Я взрослый мужик, отпинаюсь, может, и убегу, а ребёнок? Ладно ещё, покусают просто — наделают уколов, и потом будет, скажем, пацан хвастать друзьям шрамами на ноге или руке. А если девочка напугается и заикой станет? А если малыша за лицо укусят, и тот уродом на всю жизнь останется? Как мы будем потом матерям в глаза смотреть? Мы ведь обязаны им мирную и безопасную жизнь обеспечить!

Подполковник свёл брови и после непродолжительного молчания проговорил:

— Да, мне тоже такие собаки не нравятся. Опасаюсь только, как бы люди случайно при отстреле не пострадали, ну и жестокость бы не воспитать в детях. Что ж, если взрослым можно, то и им можно бить и убивать собак и кошек? А потом с собак и на людей перейдут?

— Вот поэтому желательно, чтобы эта акция была последней.

— Предлагаешь всех собак в городе истребить? — усмехнулся Веряскин.

— Порядок навести, — не принял шутливого тона Пётр.

— А поподробнее?

— В Кодексе есть статьи, запрещающие выгуливать собак без поводков и намордников. Сколько составлено протоколов за прошлый месяц? Подожди, Аркадий Михайлович, не отвечай. Дослушай. В той же статье предписано убирать за собаками дерьмо. Сколько выписано штрафов? И опять не отвечай пока. Газеты я тут за прошлый год прочитал — есть статья о том, как в подъезде собака набросилась на мужчину и порвала ему пальто — единственное. Хозяин той собаки оштрафован, выплатил пострадавшему за пальто, да плюс за моральный ущерб? И снова погоди отвечать. Ещё ведь есть статьи в Уголовном Кодексе о недопущении шума в ночное время. А обоссанный снег у подъездов? Нравится? А не скажешь, откуда берутся бездомные собаки? Надоело хозяину с ними валандаться — завёз подальше от дома и бросил. Или щенков к подъезду подкинул, а неразумные старушки и детишки их выкормили. Ну, вот спустил на тебя всех собак. Извини, накипело. Теперь слушаю.

— Да правильно всё. Только у участковых времени и на людей-то не хватает, не до собак, — подполковник достал блокнотик, записал в него пару слов и спрятал во внутренний карман, — Проведём мы пару рейдов.

— Вот в чём наша беда, Аркадий Михайлович. Мы всё наскоками решаем. Всего мало, всего не хватает. Вот ты же воевал — Сталинград защищал! А что бы было, если бы время от времени наскакивали на фрицев, не подготовив и тщательно не спланировав наступления? Давай на минуту представим, что собаки — враги. А люди, которые их заводят в квартирах, пособники врагов. Они ведь не думают об окружающих, не думают об этих самых собаках, которым плохо в квартирах — не квартирное ведь животное собака. Эти пособники только о себе думают. Вот нам и надо подготовить и тщательно спланировать наступление на врагов и их пособников. Раз и навсегда избавиться и от собак, и от дураков, кои этих собак заводят.

— Жёстко. Но собаки ведь и в частных домах живут. В большинстве своём там, оттуда и сбегают в основном, — успокоительно поднял руку Веряскин, остужая разошедшегося Тишкова.

— Там необходимо всех хозяев заставить собак зарегистрировать, и в случае исчезновения какой-то — покарать так, чтобы мало не показалось. В городе же перед тем, как завести собаку, необходимо получить согласие всех жильцов подъезда, что они не против какашек у подъезда, мочи. Не против лая по ночам и рано утром, не против воя в дневное время, когда хозяина нет дома. Именно эти слова и должны быть написаны в бланке, когда будущий хозяин собаки пойдёт уговаривать соседей.

— Нда, на самом деле — целый план наступательной операции. Кто только всем этим заниматься будет?

— На горисполкоме поставим вопрос и примем Положение о содержании домашних животных в городе Краснотурьинск. Обяжем всех хозяев собак регистрироваться и делать прививки у ветеринаров. Понятно, что основная работа ляжет на участковых. В вечернее время им на помощь выделим дружинников. Через газету попросим граждан сообщать о нарушении нашего Положения и Уголовного Кодекса соседями. Организуем в той же газете серию статей о том, как собаки нападали на людей, как дети пострадали. Сразу найдётся немало потерпевших.

— Хорошо, Пётр Миронович, согласен я с тобой. Порядок в городе наводить надо. Может, ты подскажешь ещё, и что с преступностью мне делать? — развёл руками подполковник.

— Обязательно подскажу — вот для этого и пригласил. Собачки — это так, блажь моя, — Пётр достал из верхнего ящика стола план по борьбе с преступностью. Весь вечер почти на него убил.

— Давай начнём с кухонных «боксёров».

— Это — не самая большая беда, если честно, — мотнул головой Веряскин.

— А я вот думаю — как раз наоборот. Именно в таких семьях и вырастают будущие преступники. Пьяный отец бьёт мать и детей, потом эти дети отыгрываются на тех, кто слабее их, на одноклассниках. Отец курит дома, и сын, чтобы выглядеть взрослее, тоже начинает курить — а для этого деньги нужны. Он отбирает их у младших школьников. Дальше — больше, вот и вырастили