Пламенный вихрь - Бренда Джойс

Нарочито медленно он повернул ее руку ладонью вверх. Сторм смутилась. Кровь стучала в ее ушах. Он поднял ее ладонь, не отрывая своих темных глаз от ее глаз, потом прижался к ней губами в теплом, длительном поцелуе. Она тихо ахнула.

Он отпустил ее.

- Вы выглядите великолепно. - Он улыбался, в уголках глаз появились крошечные морщинки. - Едем?

И не успело ее лицо принять бунтарское выражение, как он взял ее под руку, еще раз быстро взглянув на нее. Ее лицо заливал прелестный румянец. Что так притягивало его к ней? Просто еще одна женщина, даже почти ребенок, но он был бы чертовским лжецом, если бы стал притворяться, что не увлечен ею. Эта мысль смущала его, И так было всякий раз, когда он видел ее, с самой первой встречи: его тянуло к ней почти помимо его воли. Она была единственной из известных ему женщин, на которую не действовало его обаяние, которая, похоже, недолюбливала его, и это раздражало его и укрепляло решимость завоевать ее.

И... что-то еще. Ему вовсе не нравилось то, что он ощущал в ее присутствии: беспокойство, потребность. Именно потребность.

В его мозгу промелькнул а картина из детства. Несчастный маленький мальчик преданными, как у щенка, глазами смотрит, как мимо без единого слова проплывает его красивая мать, даже не замечая его присутствия. Выражение надежды на лице мальчика сменяется непроницаемой маской.

Бретт почувствовал, как тяжело, болезненно забилось сердце. Он крепче сжал руку Сторм.

"Я уже не тот мальчик, - мрачно подумал он, - и будь я проклят, если стану беспокоиться о том что думает обо мне эта женщина".

Они вышли из дома. Конюх уже подвел ее жеребца и удерживал его на некотором расстоянии от лошади Бретта: животным хотелось сразиться.

Бретт подошел с ней к вороному. Она приняла от конюха поводья, поблагодарив его, но не успела вставить ногу в стремя, как Бретт обхватил ее за талию и усадил в седло. Он ничего не мог с собой поделать. Может, он и не был джентльменом от рождения, но теперь он стал им.

Ее взгляд метал молнии.

- Спасибо, я и сама могу сесть в седло. В ответ он улыбнулся:

- Я не мог удержаться.

- В другой раз постарайтесь, - выпалила она.

Он изящно вскочил на своего серого, и они двинулись по дорожке, придерживая жеребцов, шедших беспокойным, гарцующим шагом. По выражению лица Сторм он видел, что она не очень-то стремится ехать с ним и все еще сердится. Собственные непонятные ощущения он постарался не выказывать.

- Как вам понравился вчерашний ленч? - спросил он, надеясь найти безобидную тему.

- Очень впечатляюще, - едва слышно пробормотала она. Но удовольствие, которое Бретт ощутил при этих словах, было кратковременным. - Вы просто воспользовались ситуацией, Бретт. Вы прекрасно знаете, что, если бы не Марси, я никогда не согласилась бы поехать с вами. - Она свирепо посмотрела на него: - В чем дело? Что за игру вы ведете? Он холодно приподнял бровь:

- Уверяю вас, для одинокого мужчины совершенно естественно искать общества прелестной, ничем не связанной леди. - Комплимент вырвался у него совершенно непроизвольно.

Мгновение она смотрела на него, плотно сжав губы, с недоверием и гневом во взгляде, потом со вздохом сказала:

- Пожалуй, после всего, что Фарлейны для меня сделали, мне придется простить вас.

- Я думал, вы уже простили.

- Вы же знаете, что нет! - вспыхнула она.

Он невольно улыбнулся. Какая страстная женщина, снова подумал он, внезапно осознав, что в постели она будет вести себя как дикая кошка. Ему стало интересно, удалось ли Рандольфу поцеловать ее в саду у Фарлейнов,

От этой неведомо откуда взявшейся мысли он нахмурился, но отбросил ее и заставил себя продолжить разговор.

- Вы все еще сердитесь, что я рассказал Полу, как вы ездили одна?

- Да! Вас это не касалось.

- Я снова поступил бы так же, - серьезно сказал он. Он смотрел ей в глаза, не давая ей возможности отвести взгляд. Потом он улыбнулся, восхищенный ее упрямством, пылом и красотой, - Это просто опасно, Сторм, нежно добавил он.

Похоже, его тон смутил ее, и она торопливо отвела взгляд. Поцеловал ли ее Рандольф? - снова с раздражением подумал он. Он хотел поцеловать ее первым. Станет ли она сопротивляться или растает? Он почти рассмеялся. Конечно, будет сопротивляться. Ему повезет, если при такой попытке он не получит синяк под глаз.

- Вы еще сердитесь? - В его голосе появилась новая, дрожащая нотка.

Они ехали по дорожке, ведущей к берегу. Она отпустила поводья и несколько мгновений не отвечала, потом сказала:

- Пожалуй нет.

Она глубоко вздохнула, словно ей потребовалось огромное усилие, чтобы преодолеть гнев.

- Спасибо, Сторм. - Он усмехнулся: - В следующий раз буду знать, что одним извинением не отделаться.

- Просто больше не вмешивайтесь, Бретт, - предупредила она. - Вы мне не отец.

- Совершенно верно, - с готовностью согласился он.

- Как у этого серого насчет быстроты? - спросила она, презрительно вскинув голову.

Бретт ухмыльнулся еще шире:

- Прилично.

- Хорошо. Докуда поскачем? До изгиба берега, годится?

- Годится, - сказал Бретт, стараясь не рассмеяться. Может, дать ей выиграть?

- Готовы?

- Готов.

- Пошли! - выкрикнула Сторм, и оба жеребца одновременно рванулись вперед.

Расстояние было всего около полутора миль, и Бретт удерживал своего серого на полкорпуса позади вороного. Оба коня бежали старательно, с пылким врожденным желанием. Бретта восхитила манера езды Сторм: она ехала свободно и бесстрашно. Когда они проскакали около мили, черный жеребец начал удлинять свой шаг, и ошеломленный Бретт понял, что до этого Сторм его придерживала. Он погнал серого вперед, и сильное животное поравнялось с вороным. Они скакали голова к голове, нос к носу.

Шляпа Сторм съехала на спину, и голова осталась непокрытой. Бросив на Бретта возбужденный, дикий взгляд танцующих синих глаз, она громко, заливисто засмеялась и еще ниже склонилась к шее коня, так что ее лицо скрылось в черной гриве. Вороной рванулся вперед. Бретт пришпорил серого, но ему все же не удалось сократить дистанцию. С победным воплем Сторм пересекла финишную линию на полкорпуса впереди Бретта.

Она натянула поводья. Вороной, не желая прекращать скачку, замотал головой в знак протеста. Бретт, не сводя глаз со Сторм, похлопывал ладонью серого, нетерпеливо перебиравшего ногами в стремлении бежать дальше. Вокруг лица Сторм развевались выбившиеся из косы пряди. Раскрасневшаяся и ликующая, она сидела прямо и гордо и выглядела немыслимо великолепно. Он никогда не встречал женщины, которая ездила бы верхом подобно ей - так быстро, так бесстрашно. Внезапно он понял, что сейчас она в своей стихии.

- Вы победили, - с насмешливым поклоном признал он. - И произвели на меня огромное впечатление.

- Это был нечестный выигрыш, - воскликнула Сторм, подводя вороного ближе. - Черт побери, ведь я намного легче вас! Вы отстали совсем ненамного! Я знаю, что Демон быстрее, но из-за этой разницы в весе мы должны были выиграть больше чем полкорпуса.

Он засмеялся.

- Нет, правда. В следующий раз возьмем расстояние побольше, и я привяжу к седлу что-нибудь тяжелое, чтобы условия были равными. Что вы на это скажете?

Он все еще улыбался.

- Как я могу не согласиться?

- Хорошо, - сказала она, соскальзывая с лошади. - Нам лучше поводить их немного.

Бретт присоединился к ней. Теперь, когда их беспокойная энергия была растрачена, жеребцы поладили быстрее, и понадобилось не больше минуты, чтобы убедиться, что они не собираются ни драться, ни кусаться. Они подошли ближе к воде, где песок был плотнее, и молча зашагали бок обок.

- Вы неплохо ездите, - наконец нехотя признала Сторм.

Бретт изогнул бровь:

- Разве мои способности ездить верхом подвергались сомнению?

Она наградила его полуулыбкой:

- Я думала, что ваш серый - только для красоты, как и ваша одежда.

- Понятно, - раздосадованно проговорил он. Очевидно, она о нем не слишком высокого мнения. Всех женщин, которых он встречал до сих пор, непреодолимо тянуло к нему, они восхищались его внешностью, его успехом. Почему на нее все это не действует?

- Откуда вы, Бретт? Наверное, из какого-нибудь старого рода калифорнио?

Он взглянул на нее, пытаясь определить, действительно ли ей интересно, или она просто хочет поддержать разговор.

- Да. Хотя я родился в Мазатлане. Мой отец креол.

- Что такое "креол"?

- Мексиканец, который может проследить свое безупречное происхождение до самой Испании.

- А, своего рода аристократия.

- Да.

- Так я и знала, - пробормотала она. - А теперь он американец?

- Он предпочитает называть себя калифорнио.

- У него есть ранчо? Почему вы здесь, а не там? Он не мог не заметить ее пренебрежительного тона, и губы его плотно сжались.

- Я приехал сюда в сорок девятом, чтобы сделать себе состояние, кратко ответил он. - Наследник - мой брат.