Бесплатный сыр для второй мышки - Татьяна Игоревна Луганцева

тебя пострадал. Даже ни секунды не раздумывал, – всхлипнула Ася.

– Тебе жалко? Иди, помогай! Я не хирург. Давно сама не лечу, я – руководительница. И потом, я зубной врач. Вряд ли я Артёму помогу, только мешать буду.

– Неблагодарная ты, – вздохнула Ася. – А еще клятву Гиппократа давала. Не забыла? Такую клятвочку, выражающую основополагающие морально-этические принципы поведения врача.

– Да ну тебя… – Яна вдруг как будто что-то вспомнила. Она повела плечами, сунула руку в декольте и… вытащила вилку.

Ася вытаращила на нее глаза.

– Янка, это что? – спросила она. – Ты так и таскаешь острую вилку?

– А что делать? Это, Аська, холодное оружие. Сама знаешь присказку: пусть враг, не оценивший вилки, лежит закопанный в могилке.

– Ну, ты даешь!

– А что делать? Хоть какая-то, а защита. Только я об этой вилке совсем забыла.

– Я тебя понимаю, забудешь тут… Но все-таки ты молодец, Янка!

– А ты сомневалась?

И подруги весело засмеялись.

Глава пятая

Владлен Вениаминович повесил дома на стену большой календарь и вычёркивал крестиками дни, которые ему оставались до пенсии. Вернее, календарь-то он повесил на Новый год, но вот крестики начал ставить с апреля, понимая, что август – последний месяц его работы в должности старшего участкового. Участковым он проработал много лет. Пришел на службу в полицию человеком взрослым, начальству задницу не лизал, да особо и не пытался лезть на рожон. Но был настойчив и умён, поэтому по службе продвинулся. Уходить на пенсию Владлен Вениаминович готовился в должности майора. Человек он был одинокий, жил в частном, самом обычном доме, не шиковал, но на пенсию себе скопил. И уход на заслуженный отдых майор ждал с нетерпением. Он уже представлял, как будет просыпаться, когда захочет, не реагировать на круглосуточные телефонные звонки. Ходить на охоту и на особо любимую рыбалку. Сидеть с удочкой на бережку в полном единении с природой и больше не мучиться вопросом – кто украл побитый молью ковёр, который повесили проветриться на улице? Не нужно будет успокаивать разбушевавшегося алкоголика, давно терроризирующего семью, не толдычить в сотый раз бабе Клаве, что варить и продавать самогон без оформления документа на индивидуальное предпринимательство не совсем законное дело… Как далеко от него будут все эти проблемы!..

Но пока Владлен Вениаминович еще находился на службе.

Утром ему позвонила бдительная соседка Артёма и рассказала о его ночных визитёрах. Участковый решил проверить донесение тётки с неусыпным оком и направился в ветеринарную клинику.

Он отворил калитку, и его взору открылась замечательная картина «культурного отдыха». Во дворе под старой яблоней вокруг стола сидела уже очень «тёплая» компания. Владельца клиники Артёма и ресторатора-бизнесмена Данилу Гордеева он знал, а вот очень эффектных дам – нет. Женщины были не местные, явно приезжие. С первого взгляда участкового поразила изящная, очень эффектная голубоглазая блондинка в каком-то удивительном наряде. Лиф платья держался на медицинских бинтах, которые были продеты прямо в дырки и завязаны на ее худеньких плечах бантиками. Вторая дама со всклокоченными волосами сидела, подперев щёку рукой, и что-то печально негромко напевала, склонившись к блондинке. Мужчины о чем-то жарко спорили. Рядом с ними отдавал последний жар мангал, а на столе стояли бутылки и громоздились на тарелках шашлыки и овощи.

Участковый подошёл к праздничному столу.

– Добрый день, граждане, – сказал он. – По какому случаю с утра праздничек?

– О, здравствуйте, Владлен Вениаминович! Проходите, садитесь!.. – обрадовался Артём. – Наш участковый! Яна, Ася… Вы к нам по какому вопросу?

– Я по поводу профилактической работы с населением по вопросам правопорядка.

– А что не так, Владлен Вениаминович? Да вы садитесь к нам, пожалуйста! Данила, подвинься.

Гордеев подвинулся, и участковый сел рядом с ним на скамейку.

– Вы завтракали? Вкусный шашлычок! – положил гостю на тарелку мяса и овощей ветеринар. – Выпьете? Или на службе?

– Не, я на службе, – заверил его Владлен Вениаминович. – Зашел, чтобы провести информационно-разъяснительную работу о правах и обязанностях граждан в сфере правопорядка.

– Это я уже понял, – сказал Артём. – С правопорядком у нас вроде проблем не было. Так что – по рюмашечке?

– А-а… – махнул рукой участковый. – Наливай! Только чуть-чуть…

– Я понимаю, – сказал Артём, наполняя рюмку участкового.

Они выпили и закусили, и снова выпили.

Яна в это солнечное утро чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Наконец-то она смогла поесть, и поесть очень вкусно. Хотя в данной ситуации ей любая еда показалась бы верхом совершенства.

– Интересные вы люди!.. – задумчиво проговорил участковый, тыкая вилкой в жареный кусочек мяса. – Любопытные…

– И чем же мы такие интересные? Владлен Вениаминович, не ходите вокруг да около. На меня кто-то стуканул? – спросил Данила.

– Как сказать… Не скрою – был сигнал. Решил проверить. Просто обидно стало, что меня здесь ни во что не ставят. Охранник порядка, а узнаю всё последним. Про пожар у тебя в ресторане, например…

– Несчастный случай.

– Есть пострадавшие, – продолжил перечислять неприятности участковый.

– Это мелочи, – заверила его Яна за себя и за Данилу.

– Зачем мелочами тревожить занятого человека? – сказал Данила.

– Затем драка в баре при гостинице… Опять ожог. Теперь от кипятка.

– Скажите еще, что обжегся добропорядочный человек… – хмыкнул Данила.

– Ножевое ранение, которое вы тут зашивали… Ты-то, Артём, не будешь утверждать, что не ножевое? – обратился к ветеринару участковый.

– Не знаю… Так можно и стеклом порезаться… – пожал плечами Артём.

– Скажи еще, газонокосилкой неудачно побрился… А ведь я могу и вас привлечь к ответственности. На каком основании лечишь людей? Предъяви диплом и сертификат с правом заниматься такой деятельностью. Ты ведь ветеринар, не забыл? Можно ведь и по всей строгости проверить – и по пожарной безопасности, и по санитарно-эпидемиологическому профилю…

– Вы же не такой, Владлен Вениаминович, – заискивающе улыбнулся Артём.

– Такой я, не такой… Откуда знаете? Устроили тут! Нельзя было подождать немного, пока я на пенсию уйду? Ведь это с появлением вот этого человеческого фактора… – ткнул он пальцем в сторону подруг. – Все эти страсти-мордасти начались.

Яна хлопнула длинными ресницами.

– Вы нас в чем-то обвиняете? Разве мы провинились? У вас же бардак – не приведи господи! Не поесть нормально, не номер снять – всё проблема. А отсюда и беспорядки. Вот сняли бы мы с подругой нормально номер – спали бы тихо-мирно. А ведь что получилось… Вышибли нас на улицу, вот и начались приключения…

– Я гляжу, вы и на язычок-то острая. С Тузом так разговаривать не надо было, – покачал головой Владлен Вениаминович.

– Вы серьезно? – ахнула Яна. – С Тузом? А он со мной не очень-то и разговаривал! Грозил изнасиловать. Это нормально? И это вы, представитель власти, говорите? По-вашему, это не преступление? Сейчас не девяностые, могли бы и укоротить эту вашу бандитскую группировку. Что вы с ними цацкаетесь, позвольте спросить? Как его, кстати, имя отчество?

– Кого? Туза? А вам зачем?

– Для ясности.

– Владимир Никитич Пушкин, – с безучастным выражением лица ответил участковый. – Но добрые сказки он вам не расскажет, не надейтесь.

– Вы, Владлен Вениаминович,