Второй шанс - Алекс Джиллиан

Люди начали расходиться около восьми вечера. Майкл стоически выдержал соболезнования последнего гостя, облегченно закрывая за ним дверь. В гостиной остались трое. Майкл, Кристина и ее подруга Лиза. Он сам не понимал, почему не ушел полчаса назад вместе с Сюзанной и ее супругом. Было бы так просто сбежать. Следующая встреча состоялась бы только на оглашении завещания. И она снова бы исчезла из его жизни, вернув его спокойное существование.

Они стояли на разных концах гостиной, но даже такое внушительное расстояние не спасало Кристину от влияния на нее его присутствия. Все нервы сжались в комок. Лиза без слов читала ее мысли. Ее ободряющий взгляд успокаивал. Кристина ждала, что он скажет что-то на прощание и уйдет, дав ей, наконец, спрятаться в свой неуязвимый кокон. Ее раздражало его существование в этом доме. В этом мире. Она ненавидела его. Но это чувство было совсем другим, не как вначале. Вместе с ним она чувствовала невероятную усталость. Ее ненависть ничего не изменит, не исправит и не накажет его. Убить его у нее не хватит сил, а иначе он не сможет заплатить за то, что сотворил с ее жизнью. Оставалось только терпеть свое бессилие…. Она ждала. Майкл не уходил. Облокотившись на дверь, он смотрел на нее немигающим, спокойным взглядом. Сдержанное холодное лицо не выражало никаких чувств. Почему он медлит? Зачем мучает ее? Она не могла смотреть на него так долго. Весь ужас прошлого обрушился на нее. Никогда она не научится, не думать о том, что он сделал, глядя в его синие льдистые глаза. В Лондоне ей почти удавалось забыться. Почти. Но теперь все страхи, вся боль с новой силой ожили в ее сердце от одного только взгляда на это жесткое красивое лицо. Неужели она когда-то любила его? Теперь это было трудно даже представить. Только слепая дурочка могла так сглупить.

Несколько минут они просто изучали друг друга через комнату.

— Я пойду. — Неожиданно прервала тишину Лиза. Кристина бросила на нее испуганный взгляд. Нет, Лиза нет, — кричали ее глаза. Не бросай меня. Но Озерова неумолимо посмотрела на нее. — Так нужно. — Тихо сказала она. — Вам нужно поговорить.

— Зачем? — недоумевала Кристина. Лиза передернула плечами, вперив тяжелый взгляд на Майкла Риса.

— Обидишь ее. Убью. — Будничным тоном произнесла она. И Майкл понял, что она не лукавит. Развернувшись, Лиза пошла к лестнице.

— Не понимаю, о чем нам говорить. — Кристина высказала вслух его мыли. Майкл склонил голову в знак согласия. Он снова окинул ее взглядом. Напряженная струна, приготовившаяся к прыжку пантера, опустошенная и усталая, взрослая, чужая. Что он может сказать ей?

— Мне жаль. — Пробормотал он.

— Я это уже слышала. — Холодно оборвала его Кристина, вцепившись в рукава платья. — Твой отец был чудесным человеком.

— Да, но я не о том. — Осторожно сказал Майкл. Она не отвела взгляда, и в нем не промелькнуло ничего, чтобы выдало ее истинные чувства.

— Я знаю. — Вздернув подбородок, сказала она. — Не поздновато ли для сожалений?

— Нет. Не думаю. — Сбивчиво ответил он, чувствуя себя крайне нелепо. Что, черт побери, он пытается сказать? Дирак, беги, пока не поздно.

— Ты, вообще, редко думаешь. — Усмехнулась Кристина, подходя к дивану, отодвинутому к стене и села в него.

— Крис, послушай….

— Нет. — Яростно воскликнула она. Глаза ее метали молнии. — Я не Крис тебе. И я не буду слушать. Не хочу. Чтобы ты не сказал, мне совершенно не нужно. Восемь лет назад твои сожаления возможно бы смягчили меня, но не сейчас.

— Ненавидишь меня? — спокойно спросил он.

— А ты как думаешь? Майкл, давай прекратим ломать комедию. Нам обоим известно, что ты за человек. Если бы я могла бы пережить судебное разбирательство, я бы посадила и тебя и твоих дружков. Но ты, как всегда, вышел сухим из воды. Если бы я могла вернуться и убить тебя, то сделала бы это, не колеблясь. В отличие от тебя, я обладаю моральными устоями. И я верю в Бога. Верила. Убийство не сделало бы меня счастливее, а ты бы все равно ничего не понял. Мы оба не хотели этой встречи. Но обстоятельства столкнули нас. И, как цивилизованные люди, мы будем притворяться, что относимся друг к другу сносно. Я не стану биться в истериках и нападать на тебя, если нам придется еще раз столкнуться. Я могу заставить себя общаться с тобой на людях, но сейчас нет смысла притворяться.

Высказавшись, Кристина умолкла. Майкл смотрел на нее какое-то время, не зная, что ответить. Нужно бы принять то, что она предлагает.

— Кристина, я был под наркотиком, я не понимал, что делаю. — Выдохнул он. Конечно, это не оправдывало его, но он должен был сказать.

— Я знаю. — Кивнула она, глядя прямо ему в глаза. — Но до …. До того, как все произошло…. Целый год. Ты не был под наркотиком, Майкл. Все, что произошло, было лишь печальным эпилогом твоего отношения ко мне. Я нисколько не отрицаю своей вины.

— Твоей вины? — лицо его вытянулось.

— Да. Если бы не моя глупость, не моя наивность. — Она отвернулась. — Я не хочу все это бередить. Все слишком тяжело. Если тебе нужно искупление, то ты напрасно стараешься, хоть я и мало верю в твое раскаянье.

— Напрасно. — Покачал головой Майкл. — Я очень сожалею. Мое прошлое поведение не поддается пониманию. Я не прошу простить меня, потому что знаю, что это невозможно.

— Да, Майкл. Невозможно. — Согласилась она, тяжело вздохнув, и посмотрела на него без ненависти. — Столько лет прошло. Я почти забыла.

Он внимательно смотрел в пустые холодные глаза. Она лгала. Это было очевидно.

— Ладно. — Майкл оторвался от двери. — Я пойду. Что ты будешь делать?

— В плане? — не сразу поняла Кристина.

— Останешься в Москве до оглашения завещания? — пояснил Майкл. Молодая женщина, сдвинув брови, недобро посмотрела в его сторону.

— Не терпится избавиться от меня? — не удержалась от издевки Кристина, но тут же взяла себя в руки. — Я останусь до девятого дня, а потом улечу в Лондон. Мне не обязательно присутствовать на оглашении завещания. Мне ничего от тебя не нужно.

— Не от меня. Кристина. — Сухо напомнил Майкл. — Такова была воля отца. Ты же не откажешь ему в последней просьбе?

— А у меня есть выбор?

— Выбор всегда есть. — Выдохнул Рис с какой-то непонятной грустью. — Делай, как считаешь нужным.

— Ты ни возражаешь, если я побуду в этом доме до конца недели? Или мне переехать в гостиницу?

Она успела заметить, как напряглись его челюсти, прежде чем отвела глаза. Она была совершенно сбита с толку поведением человека, разбившего ее сердце, превратившего ее жизнь в кромешный ад. Неужели у него есть совесть? Ему действительно жаль? Только какой прок ей от его сожалений? Ей не вернуть восемь долгих лет своей утраченной юности, бессонных ночей, и убитого ребенка.