Том 1. Стихотворения - Василий Жуковский

Стихи на новый, 1800 год*

Из недра вечности рожденный,Парит к нам юный сын веков;Сотканна из зарей порфираСтруится на плечах его;Лучи главу его венчают,Простерт о чреслах Зодиак,В его деснице зрится чаша,Где скрыты жребии судьбы,Из коей вечными струямиБлаженство и беды́ текут.

Летит — пред ним часы, минутыЛиются быстрою струей;Сопутницы, его подруги,Несут вселенной благодать:Зима в своей короне льдя́ной,В сотка́нной ризе из снегов,Весна с цветочными коврами,С плодами Осень для древес,С снопами Лето золотымиИ благотворной теплотой.

Летит — во сретенье вселеннаЕму благословенья шлет;Желанья, робкие надеждыНесутся сонмами к нему;К нему стремится глас хвалебный,К нему летит слеза и вздох;Монарх с блестящего престолаИ нищий с бедного одраК нему возводят взор молящий,Благодеяний ждут его…

Лети, сын вечности желанный,Лети и по следам своимЦветы блаженства вожделенныИ кротку радость насаждай…Пускай полет твой благодатный,Как зе́фир, землю освежит;Любовь, согласие священноВо всей вселенной утвердит.

К Тибуллу на прошедший век*

Он совершил свое теченьеИ в бездне вечности исчез…Могилы пепел, разрушенье,Пучина бедствий, крови, слез —Вот путь его и обелиски!

Тибулл! все под луною тленно!Давно ль на хо́лме сем стоялСтолетний дуб, густой, надменный,И дол ветвями осенял?Ударил гром — и дуб повержен!

Давно ли и любимец славыНародов жребием играл,Вселенной подавал уставыИ небо к распре вызывал?Дохнула смерть — что он? — горсть пыли.

Тибулл! нам в мире жить не вечно:Вся наша жизнь — лишь только миг.Как молнья, время скоротечно! —На быстрых крылиях своихОно летит, и все с ним гибнет.

Едва на дневный свет мы взглянем,Едва себя мы ощутимИ жизнью радоваться станем:Уже в сырой земле лежим,Уж мы добыча разрушенья!

Тибулл! нельзя, чтобы природаЛишь для червей нас создала;Чтоб мы, проживши два, три года,Прешед сквозь мрачны дебри зла,С лица земли, как тени, скрылись!

На что винить богов напрасно?Себя мы можем пережить:Любя добро и мудрость страстно,Стремясь друзьями миру быть, —Мы живы в самом гробе будем!..

Мир*

Проснись, пифийского поэта* древня лира,Вещательница дел геройских, брани, мира!Проснись — и новый звук от струн твоих издайИ сладкою своей игрою нас пленяй —   Исполни дух святым восторгом!

Как лира дивная небесного Орфея,Гремишь ли битвы ты — наперсники АреяБерутся за мечи и взорами грозят;Их бурные кони́ ярятся и кипят,   Крутя свои волнисты гривы.

Поешь ли тишину — гром Зевса потухает;Орел, у ног его сидящий, засыпает,Вздымая медленно пернатый свой хребет;Ужасный Марс свой меч убийственный кладет   И кротость в сердце ощущает.

Проснись! и мир воспой блаженный, благодатный;Пусть он слетит с небес, как некий бог крылатый,Вечнозеленою оливою махнет,Брань страшную с лица вселенной изженет   И примирит земные роды!

Где он — там вечное веселье обитает,Там человечество свободно процветает,Питаясь щедростью природы и богов;Там звук не слышится невольничьих оков   И слезы горести не льются.

Там нивы жатвою покрыты золотою;Там в селах царствует довольство с тишиною;Спокойно грады там в поля бросают тень;Там счастье навсегда свою воздвигло сень:   Оно лишь с миром сопряженно.

Там мирно старец дней закатом веселится,Могилы на краю — неволи не страшится;Ступя ногою в гроб — он смотрит со слезой,Унылой, горестной, на путь скончанный свой   И жить еще — еще желает!

Там воин, лишь в полях сражаться приученный,Смягчается — и меч, к убийству изощренный,В отеческом дому под миртами кладет;Блаженство тишины и дружбы познает,   Союз с природой обновляет.

Там музы чистые, увенчанны оливой,Веселым пением возносят дни счастливы;Их лиры стройные согласнее звучат;Они спокойствие, не страшну брань гласят,   Святую добродетель славят!

Слети, блаженный мир! — вселенная взывает —Туда, где бранные знамена развевают;Где мертв природы глас и где ее сыныНа персях матери сражаются, как львы;   Где братья братьев поражают.

О страх!.. Как яростно друг на́ друга стремятся!Кони́ в пыли, в поту свирепствуют, ярятсяИ топчут всадников, поверженных во прах;Оружия гремят, кровь льется на мечах,   И стоны к небесам восходят.

Тот сердца не имел, от камня тот родился,Кто первый с бешенством на брата устремился…Скажите, кто перун безумцу в руки далИ жизни моея владыкою назвал,   Над коей я и сам не властен?

А слава?.. Нет! Ее злодей лишь в брани ищет;Лишь он в стенаниях победны гимны слышит.В кровавых грудах тел трофеи чести зрит;Потомство извергу проклятие гласит,   И лавр его, поблекши, тлеет.

А твой всегда цветет, о росс великосердый,В пример земным родам судьбой превознесенный!Но время удержать орлиный твой полет;Колосс незыблем твой, он вечно не падет;   Чего ж еще желать осталось?

Ты славы путь протек Алкидовой стопою,Полсвета покорил могучею рукою;Тебе возможно все, ни в чем препоны нет:Но стой, росс! опочий — се новый век грядет!   Он мирт, не лавр тебе приносит.

Возьми сей мирт, возьми и снова будь героем, —Героем в тишине, не в кроволитном бое.Будь мира гражданин, венец лавровый свойОмой сердечною, чувствительной слезой,   Тобою падшим посвященной!

Брось палицу свою и щит необоримый,Преобрази во плуг свой меч несокрушимый;Пусть роет он поля отчизны твоея;Прямая слава в ней, лишь в ней ищи ея;   Лишь в ней ее обресть ты можешь.

На персях тишины, в спокойствии блаженном,Цвети, с народами земными примиренный!Цвети, великий росс! — лишь злобу поражай,Лишь страсти буйные, строптивы побеждай   И будь во брани только с ними.

Герой*

На лоне облаков румяныхЯвилась скромная заря;Пред нею резвые зефиры,А позади блестящий Феб,Одетый в пышну багряницу,Летит по синеве небес —Природу снова оживляетИ щедро теплоту лиет.

Явилось зрелище прекрасноМоим блуждающим очам:Среди красот неизъяснимыхМой взор не зрит себе границ,Мою все душу восхищает,В нее восторга чувства льет,Вдыхает ей благоговенье —И я блажу светил творца.

Но тамо — что пред взор явилось?Какие солнца там горят?То славы храм чело вздымает —Вокруг его венец лучей.Утес, висящий над валамиМорских бесчисленных пучин,Веков теченьем поседевший,Его подъемлет на хребте.

Дерзну ль рукой покров священный,Молвы богиня, твой поднять?Дерзну ль святилище проникнуть,Где лавр с оливою цветет? —К тебе все смертные стремятсяПутями крови и добра;Но редко, редко достигаютПод сень престола твоего!

Завеса вскрылась — созерцаю:Се, вижу, сердцу милый Тит,Се Антонины, Адрианы;Но Александров — нет нигде.Главы их лавр не осеняет,В кровавой пене он погряз,Он бременем веков подавлен —Но цвел ли в мире он когда?

О Александр, тщеславный, буйный,Стремился иго наложитьИ тяжки узы ты вселенной!Твой меч был грозен, как перун;Твой шаг был шагом исполина;Твоя мысль — молний скорых бег;Пределов гордость не имела;Но цель была лишь только дым!

К чему мечтою ты прельщался?Какой ты славе вслед бежал?Где замысл твой имел пределы?Где пункт конца желаньям был?Алкал ты славы — и в безумствеСебя ты богом чтить дерзал;Хотел ты бранями быть громок —Но звук оставил лишь пустой.

Героя званием священнымХотел себя украсить ты;Ах, что герой, когда лишь кровьюЕго написаны дела?Когда лишь звуками сраженийОн в краткий век свой знатен был?Когда лишь мужеством и силойОн путь свой к славе отверзал?

Но что герой? Неужто браньюЕдиной будет славен он?Неужто, кровию омытый,Его венец пребудет свеж?Ах, нет! засохнет и поблекнет,И обелиск его падет;Он порастет мхом и травою,И с ним вся память пропадет.

Герои света, вы дерзалиСебе сей титул присвоять;Но кто, какое сердце скажет,Что вы достойны были впрямьСего названия почтенна?Никто — ползуща токмо лесть,Виясь у ног, вас прославляет!Но что неискрення хвала?..

Героем тот лишь назовется,Кто добродетель красну чтит,Кто лишь из должности биется,Не жаждет кровь реками лить;Кто побеждает — победивши,Врага лобзает своегоИ руку дружбы простираетК нему, во знак союза с ним.

Кто сирым нежный покровитель;Кто слез поток спешит отертьБлагодеяния струями;Кто ближних любит, как себя;Кто благ в деяньях, непорочен,Кого и враг во злобе чтит —Единым словом: кто душоюТак чист и светл, как божество.

Венцов оливных тот достоин,И лавр его всегда цветет;Тот храма славы лишь достигнет,В потомстве вечно будет жить, —И человечество воздвигнетЕму сердечный мавзолей,И слезы жаркие польютсяК нему на милый сердцу прах…

Я в куще тихой, безмятежнойГероем также быть могу:Мое тут поле брани будетНесчастных сонм, гоним судьбой;И меч мой острый, меч огнистыйБлагодеянья будет луч;Он потечет — и побеждаетСердца и души всех людей.

Мой обелиск тогда нетленныйКосою время не сразит;Мой славы храм не сокрушится:Он будет иссечен в сердцах;Меня мечтанья не коснутся,Я теням вслед не побегу,И солнце дней моих затмится,Зарю оставя по себе.

Человек*