Весенний сад - Томока Сибасаки

Жилье выглядело как комната в гостинице или шоу-рум: никакого запаха жизни.

«Всё как в пустующем доме», — мелькнуло в голове у Таро, но он тотчас отогнал эту мысль. «Змея» предлагала зайти, выпить чаю, но он поспешно отказался, вернулся к себе, а после жалел об этом.

С Ниси, возвращаясь с работы, он как-то раз столкнулся в минимаркете у станции. Когда они вместе шли к дому, Таро рассказал о порядке в квартирке «Змеи», на что Ниси сообщила, что у нее самой слишком много вещей и, хотя переезд уже не за горами, она никак не может сократить их количество — вот бы поучиться у «Змеи».

«Она всегда жила одна?» — спросил Таро, и Ниси рассказала, что та была замужем, но в патриархальной семье мужа свекровь над ней просто издевалась и выгнала ее с маленьким, тогда двухлетним сыном. И историю с Нилом Янгом, и истории про жильцов голубого дома Ниси, похоже, слышала с бо́льшими подробностями, нежели Таро.

Когда они подошли к дому, Ниси обратилась к Таро с просьбой: ей нужно заменить лампочку на потолке, но с ее ростом ей не дотянуться, не может ли Таро ей помочь.

В квартире Ниси, как она и говорила, везде — и в прихожей, и в комнате, и на кухне — был жуткий беспорядок. Все стены заняты полками, в них втиснуты коробки и книги, в щели между ними засунуты бумаги и всякие мелочи.

— В таких случаях я думаю: как хорошо, если в доме есть мужчина. Еще когда не можешь открыть бутылку или когда тяжести таскаешь. А тут пара минут — и готово.

— Ну, что об этом говорить.

— Вечно я несу глупости.

— Да и я тоже.

На верхней полке книжного шкафа, покрашенного, как и тот дом, голубой краской, стояла зеркальная фотокамера. Таро в этом не очень разбирался, но вещь, похоже, старинная. Верхняя часть, серебристого цвета, имела форму треугольной крыши. Таро она напомнила крышу голубого дома. Большой объектив не был закрыт крышкой, в глубине его зияла темнота. В памяти всплыла тьма в гнезде осы. Фотоаппарата с тех пор, как его положили сюда, наверное, ни разу не касались: в глаза бросалась скопившаяся на нем и вокруг пыль.

На столе рядом с балконной дверью большой монитор и белая клавиатура. Вокруг них — нагромождение комиксов, журналов, ручек, кофейных кружек.

— И комиксы вы сейчас рисуете на компьютере?

— Сначала от руки — теперь полно гелевых ручек, потом в красках. Пользуюсь всем этим, прорабатываю детали.

— А у вас есть изданные книги, ваши комиксы?

— Нет… чего напрягаться…

…Таро спрашивал не из вежливости, ему на самом деле было интересно, но Ниси то ли стеснялась, то ли не хотела говорить серьезно: она даже не сказала, под каким псевдонимом публикуются ее работы.

Когда, покончив с делами, Таро надевал в прихожей обувь, Ниси сказала: «Я отблагодарю»; он же отозвался, что в этом нет нужды. Вернулся к себе — холодильник встретил его привычным тарахтением.

В конце сентября, наконец, стало прохладнее, а когда Таро немного освободился по службе, перевалило уже на вторую половину октября.

В ясный воскресный день после обеда Таро, открывая жалюзи балкона, был поражен, увидев вдруг Ниси.

В голубом доме рама с витражом красных стрекоз была поднята, и оттуда высовывалась голова Ниси. Окно на лестничной площадке. Место, где на фотографии из «Весеннего сада» Усидзима Таро стоит, изготовившись, со старинным фотоаппаратом.

— Что?!

— …Что?!

Таро и Ниси вскрикнули почти одновременно. Но по Ниси нельзя было сказать, что ее застали врасплох. Таро никогда и не видел ее ни сильно удивленной, ни очень сердитой, ни особо радостной.

— Незаконное проникновение — это ни в какие рамки…

— Нет, нет. Мы с госпожой Морио теперь приятельницы, — Ниси произнесла это, понизив голос, и Таро не расслышал.

— Ниси! — позвал ребенок. Кажется, мальчик.

— Иду! — обернувшись, ответила Ниси и закрыла окно.

Таро еще некоторое время смотрел на витраж. Он и не подозревал, что это окно открывается.

Вечером Ниси позвонила в дверь Таро.

…Они опять отправились в пивную, где были в мае.

Таро попросил курицу в кляре и кальмаров в кляре. Ниси выпила среднюю кружку пива и стала рассказывать о том, как ей удалось попасть в голубой дом.

Это случилось в середине сентября в душный по-летнему день.

После захода солнца Ниси, совершая свой ставший обязательным обход, заметила прямо у дома Морио на дороге какую-то движущуюся тень. Ниси на улице всегда высматривала кошек, потому в первый момент решила, что это кошка. Но, приглядевшись, поняла, что тень значительно больше и на двух ногах. Вот она остановилась на середине улицы, тронулась дальше. На перекрестке по одной из дорог ходили машины. Ниси, решив, что это небезопасно, подошла поближе и окликнула ребенка.

— А где мама? — обернувшись, отчетливо произнес ребенок.

Ниси всмотрелась в лицо и узнала девочку из семьи Морио. За руку она отвела ее к дому и позвонила. Никто не отозвался. Позвонила еще раз.

— Минуту! — раздался взволнованный голос, входная дверь с силой распахнулась и на пороге показалась мать.

— Вот, ребенок… — начала было Ниси, и тут ее перебил крик матери: «Юна!»

Девочка громко заплакала.

— Я ее не уводила, она там, на дороге…

Мать, не слушая оправданий Ниси, сжала ребенка в объятьях. Потом, непрерывно кланяясь, благодарила; Ниси тоже поклонилась, и мать с ребенком скрылись в доме.

Когда на следующее утро часов в десять Ниси проходила мимо голубого дома, госпожа Морно, развешивавшая на террасе второго этажа белье, заметила ее и окликнула. Спустившись к входу, она извинилась, что прошлым вечером в спешке не поблагодарила ее как следует. Ниси объяснила, что снимает квартиру в доме рядом и вчера случайно проходила мимо их ворот. Морио еще несколько раз повторила слова благодарности и пригласила Ниси выпить чаю.

— А я вас не отвлеку? — Ниси вгляделась в лицо женщины. «Намного младше меня».

На лице той появилась приветливая, без малейшей настороженности улыбка.

— Что вы, конечно нет. Пожалуйста, заходите, — и показала правой рукой в сторону дома.

Ниси миновала ворота со створками, украшенными изображением терновника, и поднялась на три ступеньки к входной двери.

Витраж с узором из ирисов вблизи оказался очень красив: толстое стекло рассеивало свет, и он окрашивал в разные цвета пространство коридора, уходящего вглубь дома.

В прихожей, где на полу можно было растянуться во весь рост, Ниси сняла обувь и двинулась по коридору. Морио открыла дверь с правой стороны, и Ниси буквально