Кора. Новая кровь - Анна Чарофф

улыбнулась, хотя мне было совсем не смешно. Мои глаза расширились, я, наконец, обнаружила свою руку на его колене, и хотела её убрать, но он остановил меня, положив свою руку на мою.

— Спорный вопрос, — у меня было очень серьёзное выражение лица, а, быть может, просто напуганное, — порой мне кажется, что это всё развод. Ну, знаешь, общий враг для народа и всё такое. Я не видела вампиров. А ты видел вампира? А кто их видел? — я посмотрела Дэвиду в глаза, — кто-нибудь из живых есть? Зато по новостям говорят так, словно это что-то само собой разумеющееся. Но где они? Где их семьи, почему их нет в супермаркетах? Где их дети заканчивают школы, где они растут? Ну не могут же они просто возникать из ниоткуда и просто нападать на людей и учинять разгромы. Я не понимаю.

Дэвид посмотрел на меня как-то совершенно странно. Я не поняла его взгляд, не поняла, что он имеет ввиду. Он выглядел так, словно я сказала что-то совершенно дикое, из ряда вон выходящее. Хотя это были очевидные вопросы, которыми, как мне казалось, должны были задаваться все люди. (Но этого не происходило.)

Он убрал руку с моей.

Всё остальное было не важно. Диалог как-то продолжился, и я поняла, что это тупик. Мы могли бы стать хорошими друзьями, но сейчас я была вынуждена на 99.9 % состоять из лжи, которая и привела меня к этому обрыву.

Мы сели в машину, и поворот ключа нарушил ночную тишину площади. Остаток пути мы говорили о чем-то пространном: погоде, увлечениях, последних новостях и стоимости недвижимости. Вдали уже виднелась главная площадь моего района, и наша прогулка постепенно подходила к концу. Дорога, закругляясь, вела нас к началу, но для меня уже ничего не будет как прежде.

Я вот только думаю, а забвение — это подвиг или малодушие?

— Я уезжаю обратно, домой, в четверг. Не знаю, увидимся ли мы когда-нибудь снова.

Дэвид молчал.

— Спасибо, что показал мне музей и город, это была замечательная прогулка, я рада была провести с тобой время.

— Мне жаль, что ты уезжаешь.

— Мне тоже.

Я хотела уйти, но Дэвид положил руку мне на лицо.

— Кора, кто ты? Скажи мне…

— Прости меня, Дэвид.

— Кора!

Всего лишь жалкий человек, бессильный перед волей Судьбы.

***

— Бедный Дэвид…

— Что?

— Мне кажется, она разбила ему сердце.

— Что?

— Ну, они погуляли, он видимо, хотел поцеловать её, но она сбежала. Она видимо и правда хотела, ну, просто пообщаться с ним.

Артур вернулся к ноутбуку, чтобы прочитать пропущенный отрывок письма.

— Ты знаешь, Артур, не стоит, — замотала головой Молли, — только время потеряешь, лучше давай просто дальше продолжим читать, хорошо?

Артур согласился с предложением сестры.

Глава 3. Линии судьбы

Итак.

Я решила закрыть свою изуродованную грудину огромной татуировкой. Мне казалось это отличной идеей. Будучи Эмили, я бы никогда и ни за что не сделала тату, тем более огромную татуировку, начиная от левой ключицы, заканчивая правой, прямо на всю грудину. К тому же, мне не пошел бы такой воротник.

Я шла по картам на телефоне, и карты привели меня к разрисованному гаражу. Цветное граффити из роз, черепов и револьверов, кажется, собрало все стереотипные татуировки, которые только можно было придумать: там были и бум-боксы, и сердца, и разные каллиграфичные надписи типа «Old school». Я открыла дверь и вошла. Там меня уже ждал мастер Майк. Теперь я всё время задавалась вопросом, кто из людей — вампир, а кто — нет, но спрашивать, конечно, не решалась, и хорошо: значит, я ещё не окончательно свихнулась.

Мы вошли в уединённую комнату, и Майк показал на специальное кресло, на которое мне нужно было ложиться.

— Прежде, чем мы начнём, есть ещё кое-что.

— Какие-то пожелания?

— Да, почти.

Майк был невысоким крепким парнем примерно моего возраста. У него была густая борода, и, кстати, не так уж и много (по крайней мере, видно было не много) татуировок.

— Прежде, чем ты начнёшь, я должна предупредить тебя. Сразу скажу, что, если ты откажешься — я пойму.

Майк отложил в сторону рисунки и повернулся ко мне.

— Когда ты начнёшь делать тату, то возможно, может пойти кровь, и я хочу, чтобы ты не пугался, когда увидишь, что она чёрная.

– `От черт…

— Я пойму, если ты откажешься.

— Ты…

— Я — да.

— Нихрена себе…

— Так что скажешь?

— Ну-у, — Майк прищурился, — если ты не собираешься выпивать мою кровь и красть душу…

Я рассмеялась, и Майк тоже.

— Да шучу я. Всё нормально. Давай ещё раз уточним по рисунку.

Я с облегчением выдохнула.

Когда у меня появилась идея сделать тату, я ещё не была уверена в том, какой конкретно рисунок хочу нанести. Я написала, что хочу треугольный орнамент, как из старинных книг. Рисунок выглядел идеально. На месте уродливого шрама теперь будет красоваться замысловатый узор с завитками и треугольным открытым контуром. Я попросила, чтобы в нескольких местах завиток заканчивался крошечной розой, и Майк ловко поправил рисунок.

Я сняла водолазку и легла на кресло.

— Нихрена себе, это что это такое у тебя?

— Вышла на солнце.

— Полный пиздец. Ты вот это татуировкой покрыть хочешь?

— Ага, как ты догадался.

— Я бы тоже так сделал. Поддерживаю.

— Спасибо.

— А теперь приготовься потерпеть. Часов за пять попробуем управиться.