Летящие над облаками - Ронда Грей

— Это мой лифт. И я буду задерживать его ровно столько, сколько захочу.

Просто избалованный ребенок, если бы не дрожь страсти в голосе. По крайней мере, она именно так и восприняла бы услышанное, если бы не была посвящена в секрет с самого начала. Публику, без сомнения, они убедили. Одна-две женщины умиленно вздохнули. Барбара в отчаянии прикрыла глаза.

Тут Адамс разомкнул объятия: одной рукой поддерживая свою спутницу, другой поднес платок к своим губам и стер следы помады.

Барбара так и не смогла заставить себя похвалить мастерскую игру своего мучителя. В полном молчании молодые люди пересекли вестибюль и миновали огромные стеклянные двери, что вели в казино и в ресторан. Всю дорогу Реймонд теребил в руках платок, не обращая внимания на заинтересованные взгляды встречных. Приостановившись у входа в ресторан, он принялся заталкивать шелковый квадратик обратно в карман, но тут к ним подскочил метрдотель, приветствуя высоких гостей. Казалось, еще немного, и глаза этого типа просто вылезут из орбит.

— Ваш обычный столик, мистер Адамс?

Реймонд даже не посмотрел в его сторону: он по-прежнему не отрывал глаз от Барбары, изображая безумную страсть.

— Нет, — задумчиво протянул он. — Сегодня я предпочел бы столик с хорошим видом. Моя дама любит наблюдать за людьми.

— Как мило с твоей стороны потакать моим маленьким причудам, — проворковала Барбара, следуя за метрдотелем.

Реймонд приотстал на несколько шагов, но она чувствовала спиной жаркий взгляд. Ощущение было явственным, как прикосновение руки.

Метрдотель остановился у столика на двоих в самом центре зала и взялся было на спинку стула. Но тут Реймонд снова поравнялся со спутницей. Небрежным жестом отослав услужливого метрдотеля, сам выдвинул стул для своей дамы.

Словно даже мысль, что мне прислуживает другой, для него невыносима, подумала Барбара.

Точно так же, без сомнения, подумали посетительницы ресторана. Внезапно показалось, что их здесь сотни, и каждая смотрит в ее сторону.

Ладони Реймонда оторвались от высокой спинки стула и на мгновение легли ей на плечи. Прикосновение было легким, словно касание невесомого перышка. Он помедлил мгновение, как бы борясь с искушением наклониться и поцеловать ее в затылок, а затем отошел и занял место рядом.

Барбара нервно теребила в руках салфетку. Сейчас бы вскочить, бросить все и бежать, не останавливаясь, до самого Далласа! Но Реймонд непременно осуществит свои угрозы. Отступать не в его стиле, а теперь она на личном опыте убедилась, сколь велико самообладание этого человека.

Барбара огляделась и поняла, что столики в ресторане поставлены с таким расчетом, чтобы разговоры вполголоса не были слышны соседям. Слава Богу! Барбара ослепительно улыбнулась своему спутнику и решительно перешла в наступление.

— Что это ты пытался доказать там, в лифте?

— Я же объяснил. Небольшая демонстрация, чтобы привлечь к себе внимание.

— Повторения я не желаю. Слышишь!

— Тебе не понравилось? Ну что ж, твое право. Однако как сработало!

Барбара пропустила возглас мимо ушей.

— Если непременно понадобится проделать это снова…

— Ты имеешь в виду поцелуй? — услужливо подсказал Реймонд. — Говори, не стесняйся: вещи следует называть своими именами. Меня этим не шокируешь.

— …ты предупредишь меня заранее и будешь более сдержан. Что это еще за истязания! Я в синяках.

Реймонд наклонился вперед: глаза его, показавшиеся вдруг куда более темными, серьезными и искренними, встретились с ее глаза. Он ласково взял Барбару за подбородок и приподнял изящно посаженную головку, присматриваясь повнимательнее. Пристальный взгляд остановился на губах.

Барбара попыталась отстраниться. Его пальцы чуть напряглись и притянули ее ближе. Показалось, что он снова намерен целоваться.

Под испытующим взором Барбара ощутила на устах легкое покалывание и с трудом удержалась, чтобы не облизнуть внезапно пересохшие губы. Сейчас это выглядело бы вульгарно и в высшей степени неуместно.

— Не вижу ни одного синяка, — отметил Реймонд вполголоса. И пальцы его медленно скользнули по точеной шейке, словно не желая отрываться от нежной кожи.

— Не здесь, — еле слышно возразила Барбара: голос почему-то перестал повиноваться. — У меня даже ребра хрустнули.

— Гм. Боюсь, что пока это невозможно проверить. — Реймонд завладел рукой своей спутницы и спрятал ее в своих ладонях. В подушечках пальцев, поглаживающих хрупкую кисть, ощущалось гипнотическое пульсирование, пристальный взгляд обжигал, словно пламя. Барбара почувствовала легкий приступ головокружения. Реймонд повернул голову, не отпуская нежную руку.

— А, Патрик! Ты уже приступил к работе?

Барбара вздрогнула: она не слышала шагов, но у стола замер, готовый, видимо, терпеливо ждать хоть целую вечность, официант.

— Приступил, сэр, — пробасил он. — Меня шесть недель не было.

— Так долго? Впрочем, мне тебя очень недоставало. Как твоя малышка?

— Врач говорит, что все обошлось. Сэр…

— Вот и прекрасно. — Реймонд обернулся к Барбаре. — Дочурку Патрика сбила машина. По счастью, здесь есть отличная больница, в ней оказалась свободная койка, так что девочке обеспечили превосходный уход.

Официант выпрямился.

— Сэр, я хотел сказать…

— Дама проголодалась, Патрик, — оборвал Адамс. — Что ты порекомендуешь?

Патрик чуть заметно вздохнул.

— Как скажете, сэр. Сегодня у нас превосходная утка. И первоклассная оленина. Разумеется, если дама предпочитает морскую пищу или курицу…

Барбара умоляюще взглянула на своего спутника.

— Выбирай сам. — Слова прозвучали как-то хрипло и резко. — Ты всегда умеешь мне угодить, дорогой, — на одном дыхании закончила она.

Реймонд улыбнулся уверенно и едва ли не самодовольно, всем своим видом давая понять, что целиком и полностью разделяет лестное мнение.

— Стараюсь, дорогая… и не только в отношении меню, верно?

Надо ли удивляться двусмысленному намеку: не сама ли она его спровоцировала? Однако в зале вдруг стало невыносимо жарко. Реймонд повернулся к официанту.

— Итак, мы выберем утку, а на закуску креветки и перепелиные яйца. А потом, может быть, клубнику.

Официант остановил на Барбаре задумчивый взгляд.

— Прикажете подать к клубнике шампанское, сэр?

— Разумеется. Для торжественного случая годится только шампанское.

— Прикажете подать и другие вина?

Реймонд отмахнулся, словно тема ему изрядно наскучила.

— Передай метрдотелю, что перечень вин я просматривать не буду. Он отлично знает мои вкусы. — И снова завладел ее рукой. Барбара отняла руку и потянулась к бокалу с водой. Реймонд откинулся на стуле, слегка улыбаясь.