Тамерлан. Вопреки всему (СИ) - Бонд Юлия

В аэропорту Мамедова встретил личный водитель, поэтому оказавшись на заднем сидении автомобиля, Тамерлан ненадолго прикрыл глаза, предаваясь размышлениям. Целую неделю он пробыл в рабочей командировке и за это время ни разу не говорил с Владой, хотя звонил ей и писал. Влада обиделась, иначе он отказывался понимать причины её игнора. Конечно, девочка имела право злиться, но ответить хотя бы на одно сообщение – можно было, ведь так?

Трель мобильника вырвала Мамедова из раздумий. Взглянув на дисплей, мужчина нажал на «зеленую трубку» и приложил к уху телефон.

– Слушаю, Чингиз, – произнес обычным тоном, сосредоточившись на докладе своего помощника. – Ты уверен?

– Да. Всё сделано красиво, как ты и просил.

– А девушка? Лиза, кажется…

– Подруга Влады – не при делах, но с ней тоже поговорили.

Тамерлан выдохнул с облегчением – на одну головную боль стало меньше. Чингиз разобрался с двумя малолетками, которые накачали Владу наркотой, а с подругой провели разъяснительную беседу для профилактики, так сказать.

Через тридцать минут черный Мерседес остановился напротив коттеджа Мамедовых. Тамерлан вышел из автомобиля, бросил взгляд на окно спальни Влады и твердой поступью направился домой. На первом этаже его встретила Лера. Вид был у неё не очень: бледное лицо, запавшие скулы, заострившийся нос и синяки под глазами.

– Добро пожаловать домой, – сухо поприветствовала Валерия, нервно теребя пальцами край футболки.

– Привет, – отозвался Мамедов и, сделав несколько шагов вперёд, замер напротив девушки. Потянулся рукой к её волосам и заправил за ухо выбившуюся прядь. – Ты не заболела?

– Нет. Всё хорошо, – быстро ответила супруга, стараясь не смотреть на Тамерлана.

– Выглядишь плохо. Нужно показаться врачу.

– Не нужно, – качнула головой. – Всё хорошо. Правда. Завтракать будешь?

– Да, – кивнул Мамедов, направляясь к лестнице. Миновал несколько ступенек, а затем обернулся: – Лер, накрой в кабинете.

Оказавшись на втором этаже, Тамерлан подошёл к спальне Влады, но долго не решался постучать в дверь – семь часов утра, скорее всего, девушка ещё спала. Решив, что лишь взглянет одним глазком, Мамедов приоткрыл дверь и замер на месте, не ожидая увидеть пустую кровать.

«Ну и где её носит в такую рань? Снова сбежала к подруге?», – пронеслось в голове, но дурацкое, щемящее чувство внутри подсказывало совсем иное.

Закрывшись в своем кабинете, Тамерлан набрал номер Влады, но на звонок никто не ответил.

– Не удивительно, – ухмыльнулся Мамедов, откладывая в сторону мобильник.

Тамерлан был раздавлен, хотелось смеяться над собою со злости. Тупая злоба закипала в нем до тех пор, пока не раздался тихий стук в дверь.

– Можно? – в дверном проеме показалась Лера.

Мамедов коротко кивнул и девушка, держа в руках поднос, зашла внутрь. Пока Лера аккуратно расставляла тарелки на столе, Тамерлан наблюдал за ней со стороны, обдумывая как завести разговор о Владе, но придумывать не пришлось. В скором времени Лера сама нарушила тишину.

– Сегодня вечером мы приглашены на семейный ужин. Вернулись мои родители, – промолвила робким тоном и, заметив на лице супруга удивление, поспешила оправдаться: – извини, что не сказала раньше. В последнее время у меня что-то происходит с памятью.

– Уверена, что не нужна консультация врача?

У Леры задрожали руки, а к горлу подкатил противный ком. Муж что-то заподозрил, а лишнее внимание с его стороны – было совсем ни к чему.

– Нет. Не нужна. Все хорошо. Правда, – пожала плечами и скрылась за дверью с обратной стороны.

Оставшись наедине, Мамедов выдохнул с облегчением. Наконец-то все стало на свои места и отныне ему не придется бороться с двоякими чувствами к младшей сестренке жены. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон.

***

Я не хотела выходить из комнаты, ощущая тревожную пустоту внутри. Папа не шутил и на полном серьезе собирался выдать меня замуж за сына своего партнера по бизнесу. Конечно же, я всегда знала, что рано или поздно мне придется покинуть родительский дом и вступить в самостоятельную жизнь, но… Думала, это случится не раньше, чем я закончу университет, а по факту – все было спланировано давным-давно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В дверь постучали, но я не шелохнулась. Лежала на кровати, свернувшись в клубок, и бездумно пялилась в одну точку перед собой. За спиной послышались тихие шаги, а в нос ударил запах женского парфюма.

Опустившись на кровать, мама обняла меня за плечи, зарываясь лицом на моем затылке. Я встрепенулась и попыталась отстраниться, но мама только сильнее сжала пальцы.

– Доченька, ну нельзя так. Пойми… – произнесла с грустью. – Если ты не спустишься вниз, то это все равно ничего не изменит. Ты же знаешь папу, – хмыкнула, – если разозлишь, то будет только хуже.

– Куда еще хуже, – буркнула я под нос и, круто развернувшись, уставилась на маму осуждающим взглядом. – Почему? Почему вы со мной так поступаете? Почему я не имею права решать: выходить мне замуж или нет? А, может быть, я вообще никогда не хочу выходить замуж! Вы об этом не подумали?

– Влада, – улыбнулась мама. – Мы с папой желаем тебе только счастье и все, что делаем, то ради твоего блага.

– Ничего себе благо! – воскликнула я, вскакивая с кровати.

На ватных ногах подошла к окну и, отодвинув в сторону штору, принялась смотреть вниз, где в летней беседке накрывали стол, а немного правее от беседки – папа в компании каких-то мужчин жарили мясо на мангале.

– Это он? – кивнула на высокого незнакомца, одетого в светлые джинсы и белый гольф.

Мама, встав с кровати, подошла ко мне со спины и, устроив голову на моем плече, тихо сказала:

– Он. Тебе понравится Марк. Вот увидишь, еще спасибо скажешь нам с отцом.

– А Лера?

– Что Лера?

– Лера вам с папой говорит “спасибо”?

– Лера удачно вышла замуж. Конечно же, она благодарна нам с отцом.

Я истерически хохотнула.

– Что-то на счастье не похоже. Извини, мам, но ты, видимо, совсем не знаешь, какая несчастная твоя старшая дочь.

Схватив за плечи, мама развернула меня к себе лицом и впилась пронзительным взглядом.

– Говори, что знаешь.

– Что я знаю? – мама кивнула и я, сделав глубокий вдох, осмелилась произнести: – я знаю все. Знаю, что десять лет назад вы с отцом точно так же заставили Леру выйти замуж за чужого человека. Она несчастлива с ним, мама, и мечтает развестись, когда закончится срок брачного договора.

– Исключено! – шикнула мама. – Развода не будет.

– Ты, что ли, не позволишь? Или отец?

– Лера беременная.

– Угу, от кого, мам?

Мама удивленно повела бровями, а затем:

– Как это “от кого”? От мужа, конечно же, – ответила на полном серьезе, а я едва сдержалась, чтобы не сказать правду.

17 

Выслушав нравоучения мамы, я все же решила спуститься во двор и присоединиться к гостям. В конце концов, мне просто захотелось увидеть его, хоть я и зарекалась держаться подальше от Тамерлана. Тщетно! Всю неделю, которую мы не виделись, я сходила с ума от тоски, злилась на его холодность и фирменное: "Держись от меня подальше". Да как тут можно было держаться, если в голове, в сердце, под кожей – везде был он. Я конкретно влюбилась, а он… Был для меня загадкой, ребусом, не поддающимся решению.

Солнце уже клонилось к горизонту, но жаркий июльский воздух заставлял тяжело дышать. Покинув спальню, я спустилась по лестнице на первый этаж и вышла во двор, а затем замерла на месте, оглядываясь по сторонам.

– Владка, иди к нам, – крикнула Лера, призывно махнув рукой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вдохнув поглубже, я поправила на себе летний сарафан и смело шагнула вперёд. Трое мужчин стояли ко мне спиной, занятые интересной беседой. И я даже не собиралась смотреть в их сторону, но что-то дёрнуло, потянуло. Когда Мамедов обернулся – кровь отлила от лица, а по спине пробежался ледяной холод. Черные глаза смотрели на меня пристально, пытливо и даже строго. Темная бровь поползла вверх, а уголки губ растянулись в ухмылке.