Развод. Шанс на счастье - Мил Рэй

-Два месяца, как вы не состоите в браке с господином Солоницким. Ваше имущество было разделено по закону в равных долях.

- А как же квартира? – смотрю на него через пелену подступающих слез.

Ничего не понимаю, будто меня по голове чем-то тяжелым ударили.

- Квартира принадлежит вашей свекрови. Жилье вы продали ей вместе с мужем до развода, немного раньше. Потом развелись. В начале ноября… так…

Он говорит дату, а я беспомощно упираюсь о стол рукой. Когда шла сюда, не знала, что заниматься моим делом уже не придется.

- Я ничего не понимаю! Так не должно быть, вы слышите?! – срываюсь на крик, но мой адвокат смотрит на меня хладнокровно.

Ясно, что он думает.

Перед ним наивная девушка, которая жила в розовых очках, а когда муж ее выкинул, то поспешила «отменить» развод.

Но я не такая. Архип меня обманул, вместе со своей матерью провернул грязное дело.

- Кто-то должен был приходить на заседания, кто-то должен был подписывать документы, - говорю, мозоля глазами копию решения.

- Вы точно видите этот документы впервые?

- Да! – ломаю руки, умоляюще смотрю на него.

Я никогда бы не подумала, что будет именно так.

Поэтому Архип требовал, чтобы я не подавала на развод. Не хотел, чтобы я узнала, что он уже все провернул на моей спиной.

Адвокат роется в бумажках, их шелест пробирает до озноба. Кожа на руках покрывает неприятными мурашками, когда он говорит, что в заседание я не явилась.

- Но было ходатайство о полном признании иска.

- Я ничего не подписывала, как вы не понимаете?! Я еще могу поверить, что среди кредитных договоров я подмахнула и подписала документы, не глядя. Но письма, повестки, ходатайства… Я бы точно помнила!

Оправдываюсь перед ним, будто я виновата в том, что стала жертвой вероломного обмана.

Ясно, что Архип не один все это сделал. Кто ему помог кроме свекрови – моя мать и Дина. Может быть, сестра ходила вместе на заседания, может – подписывала документы.

Я бросаю взгляд на юриста, беру его руку, как за спасательный круг, держусь за него. Слезно прошу помощи у адвоката, но мужчина реагирует холодно.

- Если подписи поддельные, извещения получала не я, то ведь все можно обжаловать?

- Сроки вышли, Снежана Владимировна, - прищуривается мужчина.

На кону мое детище, моя фирма. С мыслями о квартире, за которую платила почти год, я уже рассталась. Но агентство мужу я не отдам!

- Послушайте, но в суде ведь тоже не дураки сидят! Как он смог все провернуть? – голос сипнет от переживаний.

- Значит, у него был хороший адвокат, - говорит без тени улыбки на лице.

- А вы, получается, плохой адвокат?! – настойчиво напираю на моего защитника. – Тогда, могу я поговорить с Андреем Сергеевичем?

- Его нет. Он больше не практикует, - выставив руки вперед, останавливает меня защитник.

Встаю с места, вылетаю в коридор и иду до двери с золотой табличкой «Ребров Андрей Сергеевич». Дергаю ручку, но дверь закрыта. Юрист, запыхавшись, стоит позади меня.

- Я же сказал вам, его нет. Он супер-профи, но не занимается практикой. Только для своих знакомых, но для клиентов фирмы – точно нет, извините, - мотает головой и берет меня под руку, уводя в кабинет.

Жаль, что я не могу рассчитывать на попадание в заветный ближний круг адвоката Реброва. Одного ерзания на коленках у отца двойняшек мало. Да и простился он со мной более чем формально: вручил визитку и с лихвой рассчитался за программу для девочек и отдельное «выступление» для их папы...

- Почта приходит в почтовый ящик? - строго чеканит адвокат, открывая синий ежедневник.

Киваю, снова усаживаясь в кресло. Потом вспоминаю, что все немного не так. За несколько месяцев до развода у нас все стало иначе.

- Муж получал всю почту на абонентский ящик. У Архипа пунктик на каждый жизненный случай. Он сам все решал за меня, - отвечаю, уперев руки о подлокотники кресла.

- Вы видимо были заняты на работе?

- Да, ноябрь и декабрь были расписаны под завязку. Мне приходилось самой работать на корпоративах, так как сотрудников не хватало.

Конечно, иначе как я бы не заметила, что уже два месяца мы друг другу никто во всех смыслах?! Мое агентство стало приносить хороший доход, я пропадала в офисе сутками, готовила костюмы, сценарии праздников. А муж трахал Дину и тайком развелся со мной, все отобрав.

С ужасом понимаю, что со дня на день Солоницкий явится ко мне в офис и выкинет оттуда моих ребят, разрушит то, что я с любовью создавала.

- А как же мои работники? Мне ведь придется закрыться. Я не могу отдать ему фирму! Она небольшая, но мы как семья, поймите, - стараясь с трудом сохранить равновесие, выговариваю ему.

- Давайте договоримся так, Снежана Владимировна. Паника отменяется. Мы будет подавать апелляцию, несмотря ни на что.

После страшного известия все слова мужа приняли иной смысл.

Архип коварный, подлый и расчётливый, всегда кичился своими связями, деньгами родителей. Я не так расчетлива, я простая трудолюбивая пчелка, которая создавала уют и пахала на благо нашей семьи. Сейчас за свою наивность получаю горькую расплату.

Из конторы Реброва я ушла опустошенной, без пульса и с ледышкой в сердце. Я не понимала поведения супруга. Если я надоела или ты решил разнообразить жизнь сексом с моей сестрой - просто разведись! Зачем делать такое за спиной!

Но причина, видимо, есть. Только я ее не хочу знать.

Оказавшись в офисе, жду Аню и Олега с очередного мероприятия.

Брожу по комнатам, и до боли не хочу все это отпускать и со всем прощаться!

Телефон валяется брошенным на рабочем столе, я перебираю документы, базу клиентов, будто чувствуя неладное.

Вижу, что вызов от Архипа. Не могу сдержаться и поднимаю трубку, чтобы поговорить с предателем.

- Снежана, не передумала вернуться? Все также думаешь о разводе? - ехидничает муж.

- Ты мерзкий, шелудивый пес, Солоницкий! Ты уже нас развел, ты меня развел на фирму и квартиру! Как ты мог? Ты же знаешь, что я все заработала сама, без чьей-либо помощи!

Архип звучно сглатывает, но ему все равно. Он хладнокровно слушает мои причитания.

- Снежинка, ты сама виновата. Ты же понимаешь, что у тебя один выход? Вернись, я прощу тебе то, что возомнила себя