Солдатская доблесть - Иван Петрович Кургузов

Миномет продолжал вести огонь по врагам…

У обочины дороги стрела: «До Потсдама — 20 км!». Здесь же лозунг: «Ты солдат-освободитель! Перед тобой логово врага. Выполни заветную мечту погибших товарищей — убей зверя в его логове». А рядом каракули: «Петя, догоняй, иду за Гитлером!» Надписи, надписи, надписи… И в каждой из них призыв выполнить наказ Родины, добить зверя в его берлоге!

Гитлеровцы цеплялись за каждую складку местности в тщетных потугах сдержать лавину советских войск. Бесноватый фюрер слал приказ за приказом, требуя от своих разбитых банд невыполнимого, обещая им новое оружие, которое «перевернет» ход войны.

…На рассвете пулеметный расчет Халмата Джалалова скрытно выдвинулся вперед и окопался на бугре. Отсюда хорошо просматривалась вся дорога.

— Вот теперь давай в гости, — довольно улыбнулся Халмат, видя, как под пучками травы исчезли последние комья свежего грунта. «Гости» не заставили себя ждать. Халмат привычно приник к прицелу пулемета.

— Принимай подарки, — сквозь зубы цедил он, посылая одну смертоносную очередь за другой.

На высотку, оседланную расчетом Джалалова, ринулись два танка. «…Их пулеметом не возьмешь…»

Вот они совсем рядом, уже видны кресты на броне. Халмат быстро повернулся, протянул руку товарищу:

— Гранаты мне!

— Я с тобой!

Навстречу двум стальным чудовищам поползли два советских воина с гранатами.

— Бросим гранаты, — кричит Халмат. — Если не подорвется, я бросаюсь под первый, ты под второй. Слышишь? Слышишь?

Связка гранат скользнула по броне… Взрыв, ослепительная молния, ствол орудия, беспомощно уткнувшийся в землю…

Третий орден Славы золотом засверкал на груди Халмата Джалалова.

ОПРАВДАННОЕ ДОВЕРИЕ

Зубайдулло Мурапов родился в поселке Ургут Самаркандской области в 1914 году. В 1941 году комсомолец добровольно ушел на фронт. В 1943 году на фронте был принят в члена КПСС. За боевые подвиги награжден тремя орденами Славы, медалями. Трижды тяжело ранен, контужен, Демобилизовался из Советской Армии в 1946 году. Умер Зубайдулло Мурапов в 1964 году и захоронен на самаркандском городском кладбище.

Посетители краеведческого музея в Самарканде подолгу стоят у стенда, где висят три ордена Славы их земляка, отважного воина Зубайдуллы Мурапова. Они хотят знать, чем отличился солдат? Почему так высоко оценила Родина подвиги сына земли самаркандской?

В тот же день, когда фашистские орды напали на советскую землю, комсомолец Зубайдулло Мурапов пришел с заявлением в райком комсомола: «Отправьте меня на фронт!» А разве только его одно заявление было?! Пачками их приносили в райком, в каждом почти одни и те же слова: «Хочу идти на фронт, чтобы в боях защищать социалистическую Родину».

Через пять дней Мурапов получил ответ на свою просьбу.

«Самаркандский городской Комитет комсомола, учитывая Ваше высокое патриотическое чувство и коммунистическую сознательность, уверен, что Вы, товарищ Мурапов З., будете стойким бойцом за дело нашей партии. Направляя Вас на фронт Великой Отечественной войны, горком комсомола поручает Вам священное дело — в бою отстоять честь, свободу, независимость советского народа — разбить фашистскую нечисть».

Сборы были недолги. Время не ждет, враг наступает. Вместе с другими добровольцами Мурапов прибыл в полк, где новички проходили военную подготовку в ожидании желанной путевки на фронт.

…Этот небольшой городок расположен далеко от фронта. Сюда не долетали зловещие фашистские коршуны с черными крестами на крыльях, не приходили эшелоны с ранеными, и по вечерам из окон щедро лился свет на улицу. Совсем как до войны.

Но война была и здесь, была в слезах женщин, детей, провожавших мужей, отцов на фронт, в молчаливых группках, застывших у громкоговорителей, в очередях у продовольственных магазинов, в «похоронных», со вздохом вручаемых почтальоном… Зубайдулло идет по улицам городка, и ему кажется, что все смотрят на него с явной укоризною: «Вот, мол, здоровые какие, ходите здесь, песни поете, а там на фронте люди кровью обливаются, не могут гитлеровцев остановить, им нужна подмога».

А один случай просто заставил Мурапова идти к замполиту с просьбой отправить его с маршевой ротой на фронт… Однажды старшина роты направил группу солдат на станцию помочь рабочим в разгрузке вагонов, прибывших с заводским оборудованием. Бойцы — туда и с ходу в дело. Работа спорилась. К обеду приехал директор завода, посмотрел — вагоны и платформы уже пустые. Он горячо поблагодарил бойцов за помощь.

Все было бы хорошо, но ребятишки, окружившие солдат, в один голос закричали: «Зачем их благодарить? Они на фронт ехать боятся!» Вот тогда-то вечером Зубайдулло и пошел к замполиту.

— Товарищ майор, помогите уехать на фронт! Сижу здесь, в тылу, с жителями встречаться не могу, домой письма не пишу. Ведь поехал на фронт! Комсомол, родные, друзья думают я воюю, а я вот здесь песенки пою… Винтовку изучил, пулемет тоже, на практических учениях оценки хорошие получаю. Давно готов в бой, а не пускают… Ребятишки над нами смеются, говорят, «боитесь на фронт ехать». Больше так жить не могу. Да и не только я, все солдаты тоже так думают…

Майор, внимательно выслушав Мурапова, обнял его.

— Молодец! Спасибо за такие слова! Все правильно: и то, как вы думаете, и то, что вас держат здесь. А на фронте — будем. Теперь уже недолго ждать…

Вскоре поступил приказ: на фронт!

День выдался ясный, на небе ни облачка, солнце играло золотом листвы. Настроение у природы — под стать бойцам: наконец-то!

В военном городке гремит медь оркестра, полк выстраивается на митинг, боевая техника уже погружена на платформы. Голос командира полка: «Слово предоставляется отличнику боевой и политической подготовки рядовому Мурапову» — вырвал Зубайдуллу из строя.

Поднялся солдат на трибуну, взглядом окинул строя.

— Дорогие товарищи мои, солдаты! Я много говорить не могу. Разрешите мне от вашего имени сказать одно: умрем, но Родину отстоим! Смерть немецким оккупантам!

Раздалось громкоголосое «Ура! Ура!» А Зубайдулло уже шел в строй, на свое место.

Поезд мчал на запад. В проеме двери мелькали столбы, леса, реки и мосты… Солдатам казалось, что вся Родина провожает их, желает скорой победы.