Чужая жена. Пари для графа - Елена Байм

успокоили, мол такие балы не редкость в столице, и особо никто не будет обращать на меня внимание. Гости приходят, чтобы весело провести время и развлечься, а хозяева демонстрируют свой статус и положение. Немного успокоившись, я поняла, что мне необходимо поспать, чтобы прийти в себя, и вежливо попросила оставить меня, разбудив за час до бала. Девушки удалились, а я, терзаемая сомнениями, провалилась в глубокий сон.

13. Алекс Бреннон

Договорившись с Максом о планах на грядущий день, я довольный и слегка опьяненный прошел в свои гостевые покои и завалился на кровать. Сон, как назло не шел. Представляя маскарад, я вдруг задумался. Эмма наверняка успела хорошо меня разглядеть и запомнила голос. Поэтому велика вероятность, прояви я к ней повышенное внимание на маскараде, и она разоблачит меня. На людях у меня не будет возможности с ней объясниться. А учитывая, что это ее первый выход в свет, боюсь, ей там будет не до меня. Девчонка будет бороться со своими страхами и робостью.

Поэтому единственный шанс завоевать ее доверие – это вернуться на постоялый двор и напроситься к ним в попутчики. Большая сложность – ее компаньонка. Вряд ли после утех со мной она будет вести себя непринужденно, но буду надеяться на ее благоразумие. В любом случае, будет несложно поставить ее на место. Главное, внушить Эмме, что она неповторимая и самая сокровенная для меня девушка, а ее компаньонка – блажь голодного мужчины и не более того.

Встав рано утром, успев перекусить, я вскочил на скакуна и вновь поспешил на постоялый двор. Я приехал вовремя. Эмма с компаньонкой спустились вниз и не спеша завтракали в таверне. Быстро оценив обстановку, я медленно вошел в зал, давая возможность девице хорошо рассмотреть и оценить меня. Я оделся без особого шика, в дорожный костюм и плащ, но все на мне кричало о моем высоком положении и благосостоянии.

Я заметил, как удивленно взглянула на меня Эмма, быстро опуская глаза. Но этого было достаточно. Узнала. Значит, запомнила нашу короткую встречу, а это хороший знак. Однако дальше она повела себя странно, сначала отказалась подавать мне руку, потом намекнула, что я ей глубоко безразличен и что она считает меня повесой и легкомысленным мужчиной.

Я разозлился. Не знаю, что на меня нашло, но я решил ее немного наказать и пошалить. Уселся напротив нее и нагло начал раздевать взглядом. Прошелся по лицу, по шее, затем оценил грудь.

Девочка так мило залилась краской, свела ноги вместе, надеясь, что никто не заметил. Такие чистые и искренние эмоции, я ведь стал забывать, что есть такие. И жалость острым укором кольнула мое сердце. Неискушенная, наивная молодая девчонка. Правда, жаль ломать ее принципы и разбивать мечты о счастливой семейной жизни. Но Макс - мой друг, друг детства, поэтому, чтобы я не думал, но его благополучие будет для меня на первом месте.

Девочка была смущена, а я упивался своей маленькой победой.

- Сэр. Чего вы хотите? Говорите прямо? Меня ждет муж, и я не готова тратить время на пустые разговоры с незнакомыми мужчинами.

А вот это было интересно. Я не сдержался и переспросил.

- Муж? Будь у вас муж, он не отпустил бы такую очаровательную, словно распустившийся бутон, молодую жену одну.

Я видел, что лед тронулся. Нехитрый комплимент сделал свое дело, и эта маленькая храбрая, но неопытная девчонка впервые мне улыбнулась, тут же испугавшись своих эмоций.

Бездна! Как же противно от самого себя. Чувствую себя загонщиком, преследующего со сворой огромных собак раненого зайца и загоняющего его в западню. Я не любил легкие победы, и старался избегать невинных неискушенных девиц. Меня прельщал азарт охотника, идущего по следу хищной дичи. А не такие вот пушистые зайчата. Но делать нечего, игра начата, надо доиграть до конца.

Когда я пошел за ней следом из таверны, она искренне надеялась, что ее грозный тон и нарочитая неприязнь испугает меня и заставит отступиться. Ее простодушие когда-нибудь ее погубит. Мне не составило особого труда заморочить ей голову.

- Вы понравились мне… тогда… я покорен вашей искренностью и чистотой… всю ночь мне снились ваши грустные глаза…

Я даже не стал изощряться в эпитетах. Сказал первые затасканные любовные слова, пришедшие на ум. Но Эмму это впечатлило. После недолгих колебаний, она согласилась, чтобы я сопроводил их внутри кареты. И ведь не задумалась, насколько это бьет по ее репутации и как может быть опасно. А вот ее компаньонка в предвкушении облизывала губы и маняще улыбалась. Хмм, эта женщина оказалась весьма благоразумной и при этом искусной в утехах особой. Надо будет к ней присмотреться…

Посередине пути все изменилось. Похоже, Эмма осознала опасность нахождения чужого мужчины в карете с двумя незамужними дамами, и, отвернувшись к окну делала вид, что не интересуется нашей с компаньонкой беседой..

А мы тем временем обсудили все. От булочных до самых известных модисток. Ее компаньонка оказалась довольно опытной содержанкой. Незаметно, задавая невинные и простые, на первый взгляд, вопросы, она явно дала понять, что готова задержаться в моем доме за сытую еду и дорогие наряды.

Не прерывая скучного разговора, не особо вслушиваясь и не вникая в детали, я тем временем внимательно всматривался в девушку напротив. Лет через пять из нее наверняка получилась бы роковая красотка, покоряющая мужские сердца. А сейчас она выглядела словно дикий скучный цветок, принесенный в господский дом и всеми забытый.

И словно в подтверждении моих слов, она спокойно уснула. В карете рядом с НЕЗНАКОМЫМ мужчиной! Безрассудная глупость. Такой, как она, не выжить в столице, и особенно среди дворцовых интриг. Однозначно, надо как можно скорее отправить ее к отцу обратно в поместье.

Заметив, что ее подопечная заснула, компаньонка, словно случайно коснулась моего бедра, продвигаясь вперед. Увидев в моих глазах заинтересованность, аккуратно приподнялась и, не отводя взгляда, стала опускаться на колени передо мной.

О, нет. Я вчера допустил страшную оплошность, и больше на это не поведусь. Во всяком случае, не при Эмме, точно. Иначе не видать мне столичного особняка. Я рывком усадил девицу на место, а сам, от соблазнов подальше, пересел напротив, рядом с Эммой, продолжая наслаждаться глазами за игрой опытной искусительницы.

При очередном толчке кареты, Эмма во сне доверчиво положила голову мне на плечо. Видел бы нас Макс. Нет, определенно, ей нельзя становиться графиней. Иначе придется запереть в покоях и не выпускать. Поскольку в силу