Сова Аскира (ЛП) - Швартц Ричард

— Если это действительно так, как вы говорите, маэстра, — сказал Таркан. — Но у меня всё ещё есть сомнения. Всё это может быть уловкой и обманом! — Он оставил открытым то, что имел в виду. Возможно, он даже не верил в то, что Дезина вообще могла что-либо обнаружить на месте преступления.

— Я снова прошу вас позволить говорить мне, — предупредила она. — Мы можем задать ему вопросы здесь, где он будет говорить более открыто, без давления с нашей стороны.

— Тут я больше доверяю горячему железу палача. Тогда он скажет всё, что знает! — негодующе возразил Таркан.

Тем временем Мари вернулась с двумя кувшинами и когда наклонилась, чтобы поставить их на стол, Таркан так крепко схватил её за руку, что она закричала от боли и чуть не опрокинула один из кувшинов.

— Баронет! — резко крикнула Дезина. — Оставьте её в покое.

— Мне от неё ничего не нужно. Пусть только принесёт вино. Я конечно заплачу. — Он отпустил девушку, которая отступила на шаг, потирая руку, и вытащив золотую монету из кошелька, бросил её на стол. — Этого должно быть достаточно за бокал вина! И не только! — Он обвёл взглядом простое платье Мари. — В конце концов, в ней нет ничего особенного.

Дезина отреагировала недостаточно быстро, чтобы удержать Иствана. К тому же она как раз мазала на хлеб мёд. И как говорят, человек должен сосредоточиться на том, что для него важно.

А может, она вовсе и не хотела реагировать быстро. Есть люди, которые могут поймать муху из воздуха, и часто это выглядит так, будто их движения совсем не быстрые. Так дело обстояло и с Истваном. Казалось, будто он не спеша просто протянул через стол раскрытую ладонь. Раздался громкий, звонкий хлопок, пощёчина развернула молодого дворянина, и он вместе со стулом рухнул назад и с громких стуком растянулся на каменных плитах пола. Истван схватил тяжёлый дубовый стул одной рукой и подняв его, пододвинул к столу. Потом сверкнул взглядом на Дезину. Она отложила горшочек с мёдом и стала ждать.

— Если ты приведёшь его ко мне ещё раз, я самолично закину его в портовую воду! Поскольку он благородных кровей, не думаю, что он умеет плавать! Такие редко умеют что-то полезное! Так что держи его от меня подальше. — Казалось, Истван что-то вспомнил и испытующе посмотрел на неё. — Он же не твой друг, верно?

Это было даже на удивление… мягко. Раньше он гораздо чётче выражал своё недовольство по поводу её ошибок.

— Ни коем образом, — ответила Дезина, взглянув на Таркана, который всё ещё неподвижно лежал на полу, вздохнула и снова потянулась к свежему хлебу и горшочку с мёдом.

— Почему ты не объяснила ему правила? — всё ещё слегка ворчливо спросил Истван и вытащил опасный на вид нож, чтобы отрезать себе кусок сыра.

— Он не хотел слушать, — ответила она. — Но прав в том смысле, что это важно. Мы должны поговорить с Лаской.

— Мы? — спросил Истван, выгнув бровь.

— Я, — поправила она. — Он будет только слушать.

— Хорошо. — Истван откусил большой кусок сыра. — А теперь скажи мне, в чём дело.

— Один из камердинеров принца Алдана, человек, который должен был подготовить апартаменты принца, был найден мёртвым в порту. У меня такое чувство, что Ласка видел, что произошло.

— И из-за таких пустяков беспокоят первую за много веков Сову? — возмутился Истван, и, казалось, был почти оскорблён. — Любой сотрудник охраны мог бы раскрыть это дело, — продолжил он.

— Истван, — тихо промолвила Дезина. — Скорее всего, это был некромант!

— Боги! — выдохнул Истван. — Ты точно не ошибаешься?

Дезина лишь покачала головой.

— И дело не только в этом, — продолжила она. — К тому же, камердинер входит в дипломатическую свиту Алданского посла. Это придаёт всему дипломатическое значение. Всё это немного усложняет дело.

— Значит, противоположное тому, что я думал, — заметил Истван, обеспокоенно глядя на неё. — Проклятый… почему именно сейчас? Боги, не могло это быть что-нибудь попроще!

Дезина слегка улыбнулась.

— Когда-то же мне нужно начинать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Так старые легенды возвращаются, — сказал Истван. — Я возлагаю надежду на богов, что ты ошибаешься!

— Я не старая легенда, — слегка смущённо запротестовала она. Она никогда бы не подумала, какой будет разница, когда она оденет эту мантию. Раньше она была просто Дезиной, молодой женщиной, которая слишком часто совала нос в свитки и книги и своей неловкостью доводила до отчаяния оружейника в цитадели. Теперь же внезапно она стала Совой, на кого ровнялись, и кто должен был знать ответ на любой вопрос. Боги, да она даже большинства вопросов не знала!

— Я — это я, — попыталась она объяснить. — У меня с моими достопочтенными предшественниками не больше общего, чем эта мантия, которую я могу теперь носить.

— Она и определённая склонность к магии, — ухмыльнулся Истван. Он взглянул на Таркана, который зашевелился. — Должно быть, ты очень многого достигла, чтобы сдать экзамены!

Дезина снова покачала головой.

— Всё совсем не так! Но давай поговорим об этом в другой раз!

Истван кивнул.

— Как пожелаешь. Для меня лишь важно, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома.

— О, я и чувствую! — улыбнулась она. Однако улыбка Иствана исчезла. — Что такое?

— Твой кавалер приходит в себя, — объяснил Истван. — Я старею. Или же он более крепкий, чем я думал.

— Он крепкий, — ответила она, хмуро глядя на алданца. — Насколько я знаю, он уже на ногах несколько дней.

— Хм, — промычал Истван. — Когда я не сплю три дня, я тоже становлюсь невыносимым. Думаешь, дело в этом? — Он сказал это так забавно, что она не смогла сдержаться и засмеялась.

Таркан моргнул, когда услышал смех.

— Вы меня ударили? — озадаченно спросил он, приподнявшись на локте. Он ещё не чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы встать на ноги. Правая сторона его лица покраснела, и он осторожно ощупал зубы кончиком языка. Видно ему повезло, они все ещё были на месте.

— Да, — откровенно признал Истван. Его тон прямо-таки приглашал выразить своё недовольство.

Таркан кивнул и поднялся на колени, а чтобы встать, использовал тяжёлый стул. Он выдвинул стул, чтобы снова сесть. В этот момент он был рад, что вообще может сидеть, у него всё ещё слегка кружилась голова. Он взглянул на хозяина, который открыто смотрел на него, а потом на молодую Сову.

— За это вам грозит смертная казнь, старик, — в конце концов промолвил он, осторожно шевеля челюстью. Он не собирался наказывать хозяина, но его всё-таки раздражало то, как этот человек его уделал.

— Тогда мне придётся в ближайшее время избегать Алдан, — ухмыльнулся Истван. Таркан бестолково моргнул.

— Вы не в Алдане, — объяснила Дезина молодому дворянину. — Здесь, в Аскире, мужчина имеет право защищать честь своей дочери.

— Хм? — ответил Таркан, осознав в следующий момент, насколько глупо это, должно быть, прозвучало.

— Вы сравнили его дочь со шлюхой, — объяснила она. Боги, подумала она, неужели вы действительно наделили его таким ограниченным умом? Дезина попыталась ещё раз. — У вас ведь есть сестра, верно? Что бы вы сделали, если бы кто-нибудь вошёл в ваш дом и объявил, что одной золотой монеты будет достаточно, чтобы купить благосклонность вашей сестры, поскольку в ней нет ничего особенного?

Таркан встряхнулся, как мокрая собака, и посмотрел на молодую девушку, которая снова взялась за мытьё пола. Взгляд, которым она его одарила, был совсем не дружелюбным.

— Вы не знаете мою сестру, — после чего сказал он, а затем сам рассмеялся, когда увидел взгляд Иствана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Из всего лица Дезины он мог видеть только её рот, но она боялась, что на мгновение тоже улыбнулась.

Если его сестра была такой же высокомерной, как и он, Дезина легко могла себе представить, что они часто ругались.

— Вы правы. Это было грубо с моей стороны, — признал Таркан. Это было настолько неожиданно, что Дезина чуть не подавилась, а мёд с хлеба чуть не запачкал её новую мантию. Ей с трудом удалось это предотвратить.