Наследница - Кира Воллеф

придётся отдавать старшую дочь замуж в род Даркфлоу, раз уж они так спелись. Но Клод довольно резко его осадил. Иона до сих пор помнила слова герцога:

– Мы с тобой друг другу морды били по кабакам, Эсселт. Я понимаю, что ты меня ненавидишь, но дочь твоя тут при чём?

Красноречивый взгляд самой Ионы рыжеволосый герцог проигнорировал. Порой девочке казалось, что все вокруг уже в курсе, что отцу вообще всё равно, что с ней, пока она выполняет обязанности наследницы.

Не сказать, что это сильно её заботило, но порой было обидно. Особенно когда она слышала похвалу ото всех вокруг, но только не от отца.

Вита, наконец оправившись от полученных травм, стала камеристкой Ионы. И наследница хвалила саму себя за то, что предложила девушке работу. Потому что Вита оказалась тем самым неогранённым алмазом, о котором так мечтают многие. Девушка сама попросила обучать её фехтованию и языкам, брала уроки у экономки, которая в прошлом работала камеристкой при матери герцога. И это не считая того, что Вита без всех этих знаний справлялась со своими обязанностями по высшему классу. Поначалу девушка ужасно беспокоилась о своих шрамах, несмотря на все заверения Ионы, что ей всё равно на это. Через пару недель Вита всё-таки нашла решение. И отныне вне своей спальни всегда ходила в магической полумаске, которая плотно прилегала к лицу, скрывая шрамы, но при этом не мешала говорить или есть.

Астера, с которой Иона занималась почти ежедневно после ужина, чем-то походила характером на отца. Никогда не восторгалась успехами, хвалила крайне скупо. Но девочка видела, как порой мелькает огонёк удовольствия в глазах наставницы. И это давало сил идти дальше, продираться через дебри магии не жалея себя. Астера не так давно сообщила, что через пару месяцев они перейдут на полевую практику. На вопрос Ионы, как же они будут покидать замок, наставница только таинственно улыбнулась и посоветовала заказать несколько комплектов походной одежды. И обязательно с брюками.

– Хотя, можно и с юбкой. Тоже хорошая тренировка будет. Ты же всё-таки наследница, тебе в штанах ходить не положено.

Ещё за неделю до сегодняшнего вечера Астера предупредила, что занятия не будет. И посоветовала хорошо отдохнуть перед балом, на котором Иону объявят наследницей рода Блэкклоу официально.

Что принесёт завтрашний день – девочка не знала. Но очень надеялась, что он пройдёт без конфликтов. Дебютом, до которого Ионе ещё три года расти, это мероприятие назвать было нельзя, она была слишком мала для этого. Но вот значимость завтрашнего бала превышала дебютный во множество раз. Именно поэтому, начав аж в августе подготовку к сентябрьскому приёму, Вита гоняла швей в хвост и в гриву, подбирала украшения и бесконечно экспериментировала с прической Ионы.

Потому что первое впечатление нельзя оставить дважды. Герцоги уже сделали свои выводы касательно наследницы Блэкклоу. Но есть ещё и «большое собрание», где присутствует остальная аристократия – подданные не только империи, но и герцогов, на землях которых они живут.

Именно для них и будет дано это объявление. С одной стороны, Иону раздражало то, что она весь вечер будет в роли ручной обезьянки. Толпа знакомых и не очень людей, которые в своём желании представиться – и запомниться! – не дадут ей даже вздохнуть свободно. Но с другой, это был отличный шанс найти союзников уже сейчас.

– Миледи, пора ложиться. Не то завтра опять будут синяки под глазами.

– Хорошо, Вита.

Глава 5

Герцог Блэкклоу стоял у подножья лестницы, ожидая, пока спустится старшая дочь. Он пришёл чуть раньше, чем нужно, и уже начинал злиться на Иону. И, когда услышал шаги наверху, хотел уже высказать всё, что думает, но замер с открытым ртом.

По лестнице спускалась миниатюрная версия его почившей жены. Он вспомнил, что в её гардеробе даже было похожее платье. Деметрия была в нём на своём дебюте, где они познакомились с Эсселтом… Тряхнув головой, герцог заставил себя вернуться в реальность. Дочь уже стояла рядом с ним, вопросительно смотря на отца.

– Ты прекрасна сегодня, Иона.

Чуть дёрнув плечом, девочка отвела взгляд от лица герцога. Ей, конечно, было приятно. Но не настолько, чтобы разбиться в лепёшку, лишь бы отец повторил свои слова снова.

– Можете оставить комплименты для Алеены, отец. Вам её придётся успокаивать вечером. Идёмте, а то опоздаем.

Если герцога и покоробил такой ответ, то он не подал вида. Протянув руку дочери, он дождался, пока она вложит свою ладонь в его и направился к порталу.

Прекрасной девочка себя назвать не могла никогда. Та же Вита выглядела красавицей рядом с ней, несмотря на шрамы. Но сегодня Иона и без слов отца признавала, что выглядит отлично.

Изумрудный муар выгодно подчеркнул светлую кожу, чёрное кружево шантильи по вырезу выделило хрупкие ключицы. Вита уложила ей волосы в сложную причёску и украсила шпилькой с навершием в виде искусно выполненного цветка, повторяющего цвет платья. Наследница терпеть не могла пышные платья, а потому от кринолина она отказалась, вместо него надев несколько нижних юбок. Платье от этого немного потеряло в объёме, но зато Иона не выглядела как кукла, в отличии от остальных дам. Да и двигаться было не в пример легче. Дополняли образ перчатки из того же чёрного кружева, веер, длинные серьги и съёмный воротничок, от которого Иона хотела избавиться уже сейчас. От корсета, впрочем, она бы тоже отказалась – дышать было трудно.

Проходя через портал, Иона привычно зажмурилась. Ей было некомфортно смотреть на мельтешение цветных потоков, сопровождающих перемещение.

Императорский дворец был обильно украшен, но без вычурности. Иона улыбнулась, отмечая, как удачно вписали в интерьер цветочные арки и магические гирлянды. Вместе с отцом она остановилась у дверей, ведущих в зал. Церемониймейстер, стоило лакеям распахнуть створки, ударил тростью по полу, привлекая внимание гостей.

– Эсселт Блэкклоу, герцог Блэкклоу, и его наследница, леди Иона Блэкклоу!

Придерживая подол одной рукой и опираясь второй на ладонь герцога, Иона шагнула в зал. Единственное, что выдало волнение наследницы – дёрнувшийся уголок губ, когда она почувствовала на себе множество взглядов. Крайне редко герцоги объявляли наследников в таком юном возрасте, чаще это делали после семнадцати, когда дети уже начинали считаться взрослыми. А потому любопытство аристократов ощущалось на физическом уровне. Дамы тут же зашептались, обсуждая фасон платья и украшения,