Искатель. 2011. Выпуск №11 - Наталья Смехачева

— Как вы думаете, Машенька, могла ли красивая и здоровая женщина быть в загородном доме одна?

— Сергей Борисович, вы думаете, что она специально уехала туда от мужа, чтобы… — она смутилась и покраснела.

— Именно так я и думаю. Зачем молодой и здоровой женщине, у которой, как говорит ее супруг, "все было", уезжать туда одной? Чтобы отдохнуть от мужа? Или встретиться с любовником?

— Но почему сразу с любовником, могли же у нее быть и близкие подруги, просто друзья, родственники, в конце концов. А может, ей действительно захотелось побыть там одной?

— Что-то меня наталкивает на мысль, что прав все же я. Ладно, мы выясним этот вопрос. Я поеду на место происшествия, а вы на сегодня можете быть свободны. Сходите в кино, к подружкам, развейтесь, вы, наверное, устаете от всей этой писанины, да и от меня тоже?

Маша посмотрела на меня удивленно…

Ей никуда не хотелось идти, а хотелось быть только с ним, но как ему об этом сказать? Она жила одна, ее родители погибли в автокатастрофе. Это случилось так внезапно. После их гибели она долго не могла прийти в себя. А потом увидела объявление в газете: " Частному детективу требуется помощник". Она не думец а и не гадала, что придет сюда, но ноги сами привели ее. Он понравился ей сразу. Был интеллигентен ив то же время прост. Сначала говорил, что быть детективом — это чисто мужская профессия и ему нужен мужчина, но когда их глаза встретились, он почему-то замолчал, а потом сказал: "Хорошо, мы работаем вместе, но ваша работа чисто бумажная, а моя — все остальное". И вот так они уже работают полгода. Рука об руку. За это время к ним пришли всего десять клиентов. Денег на этом они заработали немного, но на жизнь хватало. Она училась на заочном отделении в педагогическом университете и пока успевала везде. Как только в ее жизни по- явился Сергеи Борисович, все другие мужчины дм нее существовать перестали. Но она видела, как он относится к ней, и не знала, найдется ли когда-нибудь выход из этой ситуации. В то же время она знала, что сейчас у него никого нет, и надеялась, что его бастионы в конце концов падут и он сделает ей предложение. Но пока бастионы не пали, а, наоборот, казалось ей, только крепли. И почему люди всегда все так усложняют?

Когда Плетнев и телохранитель Решетова уехали, Машенька взяла деньги, сложила их в дамскую сумочку и, закрыв офис, пошла в банк. Она не заметила стоявшую через дорогу серебристую "десятку", из которой на нее со злостью смотрел человек.

Черный джип, в котором сидели мы с Олегом, подкатил к высоким металлическим воротам. Как и говорил Решетов, попасть в поселок было не так-то просто. Он был огорожен двухметровым кирпичным забором. Но колючей проволоки на заборе не было. Вероятно, пока. Телохранитель позвонил по мобильному телефону охраннику, и вскоре ворота с лязгом разъехались в стороны.

С правой стороны от них я заметил видеокамеру. "Значит, мы можем увидеть и машину убийцы, — подумал я, — если, конечно, убийца не пробрался в поселок через забор или по воздуху. И если он действительно все-таки существует. Ну кому могло понадобиться убивать жену бизнесмена? Хотя причин этому могло быть несколько. Те же деньги, а может, она слишком много знала… Хотя убить могут и за буханку хлеба". И вспомнил случай из своей милицейской практики. Один бомж укокошил старушку в подъезде дома всего лишь за ломоть хлеба, который эта старушка несла домой и никак не хотела с ним расстаться добровольно.

Загородный дом Решетова представлял собой двухэтажный особняк с красной черепичной крышей и башенками по углам. Средневековый замок, не иначе. Дом выделялся на фоне других коттеджей. Вокруг были газончики, почти такие же, как в американских фильмах. От соседей особняк отделяла невысокая прозрачная сетка из металла. Но дома находились достаточно далеко друг от друга, и скорее всего Решетов был прав — соседи не могли видеть убийства Снежаны Игоревны.

Внутрь дома мы заходить пока не стали, а сразу направились к бассейну, который находился с другой стороны здания. Дождь уже прекратился, но дорожки из природного камня были еще мокрыми. Бассейн оказался довольно большим и, пожалуй, глубоким, но утонуть в нем действительно было бы проблематично, даже если изрядно выпить спиртного. Отметив это про себя, я посмотрел на телохранителя. И хотя вода в бассейне была прозрачная, сказал:

— Олег, мы можем спустить воду? Мне надо осмотреть дно бассейна. Вдруг да что-нибудь там найдем?

Телохранитель не возражал, он, как всегда молча, удалился, а через некоторое время вернулся с мужиком, одетым в спецодежду зеленого цвета, и по его лицу было понятно, что этот человек со спиртным дружит очень крепко. Мужик посмотрел на бассейн, потом что-то пробурчал, добавив несколько нелицеприятных слов в адрес страны и ее президента, и ушел.

— Это кто? — спросил я, слегка подивившись такому политическому напору.

— Он здесь за всем оборудованием в поселке смотрит. Он и сантехник, и электрик. Мастер — золотые руки, сейчас все будет… А пока можно пройти в дом и отобедать.

Я удивился, не ожидая от Олега такого красноречия, ведь всю дорогу сюда мы ехали молча. Предложение отобедать я принял даже с некоторой радостью, тем более что уже был "рабочий полдень" и в желудке у меня урчало. Мы вошли в дом. Миновав просторный холл малинового цвета, оказались в просторной гостиной. На стенах висели картины, старинное оружие, а в мраморном камине тлели дрова. Было тепло и тихо. Несмотря на то что на улице воздух прогрелся до плюс двадцати пяти градусов, в доме было несколько прохладно. Я почувствовал это, проходя холл. В середине огромной комнаты стоял длинный стол, накрытый на одну персону. Я сел на резной стул и посмотрел на Олега, но тот остался стоять рядом. Сквозь высокие окна весело светило солнышко, и его лучи отражались в глазах телохранителя.

— Мне с вами нельзя. А вы кушайте. Может, водки? Коньяк, виски, бренди?

Я отказался, Олег вышел."Голова должна быть трезвой", — подумалось мне, и я с удовольствием принялся за еду.

Пообедав, я встал из-за стола, и, словно ожидая этого, откуда-то незаметно появился и телохранитель. Он произнес:

— Все готово, можете идти смотреть.

Я решил, что дом надо тоже обследовать, но потом, и поспешил к бассейну. По мокрым еще ступенькам бассейна спустился вниз и стал осматривать его дно. Что я ожидал там увидеть, и сам еще не знал. Но если женщину действительно топили, то она должна была бороться за свою жизнь, а значит, могла нанести какой-то урон своему убийце. Дно и стены бассейна было практически чистыми — видимо, драили его довольно часто.

Солнце после дождя уже палило нещадно. Мне, одетому в льняной костюм, становилось жарко. Я даже позавидовал телохранителю, стоявшему сверху. Тот от жары, видимо, не мучился. Вдруг у правого бортика что-то блеснуло. Сергей Борисович подошел поближе и увидел… перстень. Наклонился и поднял его. Перстень явно был мужским, и на нем были выгравированы две буквы. "Н" и "М". Вот так удача. Ай да я, ай да молодец! Хотя еще рано радоваться — может быть, это вещица хозяев?

— Олег, — позвал я телохранителя, — подойдите сюда.

Тот приблизился и присел на корточки.

— Смотрите, что я нашел. Чей это перстень?

Олег удивился и взял его в руки. Покрутил, зачем-то понюхал.

— Не знаю, но явно не наш. Снежана Игоревна такое ни в жизнь не наденет, а шеф безделушки не любит. Кроме обручального кольца и нательного крестика ничего не носит. Говорит, как голым пришел в этот мир, так голым и уйдет.

— Ну что ж, тогда, может быть, он принадлежит возможному убийце. Хотя не факт. Вашему мастеру "золотые руки" он не может принадлежать?

— Да ну, у того руки вечно в перчатках, да и такая шайба ему не по карману, — здоровяк ухмыльнулся.

— Кроме него на участок кто-то из прислуги мог зайти?

— Конечно, но такие перстни, по-моему, у нас никто не носит.

— Возможно, ваш шеф и прав, его жену действительно могли утопить.

Я вылез из бассейна. Телохранитель смотрел на меня преданным взглядом, словно ожидая команды.

— Олег, а теперь я бы хотел осмотреть дом. И в частности, спальню Снежаны Игоревны. Это возможно?

"Шкаф" в рубашке и штанах утвердительно кивнул. Я положил перстень в целлофановый пакет и засунул его в карман брюк.

Мы вошли в дом. Поднявшись на второй этаж, я огляделся. Широкий коридор, по бокам шесть дверей.

— Это спальня шефа, это Снежаны Игоревны, — говорил Олег, когда мы двигались по коридору, — это две комнаты для гостей, а тут туалет с ванной.

Меня заинтересовала только спальня хозяйки. Мы вошли в спальню Решетовой. Там было две комнаты. В одной на стене висело круглое зеркало, возле которого хозяйка приводила себя в порядок. На туалетном столике, стоявшем рядом с зеркалом, расположились различные бутылочки и флакончики, а напротив громоздилась банкетка, на которой она сидела, разглядывая себя, любимую, в зеркале.