Трагедия на Неве. Шокирующая правда о блокаде Ленинграда. 1941-1944 - Хассо Стахов

Уцелевшие солдаты 1-й пд, мечтавшие отдохнуть после возращения из ада Дубровки, привести себя в порядок и в безопасном месте преодолеть шок пережитого, вновь безжалостно возвращаются в кошмарную реальность. Потрепанные подразделения придаются другим дивизиям и бросаются в сражение, которое вскоре разгорается на всем участке фронта от Ладоги до озера Ильмень против якобы уж поверженных красноармейцев. Один из батальонов возвращается оттуда, имея в своем составе одного офицера, одного унтер-офицера и шестерых солдат.

Многие солдаты 1-й пд гибнут затем при ликвидации в конце апреля 1942 года плацдарма в Дубровке. Лед на Неве с повышением температуры пришел в движение. Теперь русским становится труднее обеспечивать снабжение через несколько сотен метров речного пространства. У них нет достаточных сил, чтобы противостоять яростному порыву солдат из Восточной Пруссии. Спустя два часа немцы прорываются к берегу Невы. Но проходят еще несколько дней, прежде чем 28 апреля будет сломлено сопротивление последнего из защитников плацдарма. Тем временем картина боев под Ленинградом настолько изменилась, что достигнутый с огромным трудом и большими потерями успех восточно-прусских солдат отошел на второй план и поэтому даже не был упомянут в официальном сообщении. Никто и не мог предположить, что спустя всего лишь четыре месяца красноармейцы вновь будут стоять на том же самом месте на восточном берегу Невы.

Но давайте вернемся назад, в октябрь 1941 года, когда 11-я и 21-я пехотные дивизии получают приказ готовиться к прорыву в устье Волхова на Ладожском озере и к захвату электростанции на Волховстрое. Что происходит в эти дни?

Ленинградка Елена Скрябина записывает плохо слушающимися пальцами в своем дневнике: «Картошка закончилась. Последняя крупа съедена. Очереди перед магазинами становятся все длиннее, как только что-нибудь попадает в продажу. Сильные выталкивают из очереди слабых. Женщинам вообще невозможно проникнуть внутрь через двери магазина. Иногда приходится вставать уже в четыре утра». В эти дни сменный мастер В. Абакумов на ленинградской кондитерской фабрике «X» перевыполнил норму по выпуску «Венских пирожных», а на 2-й кондитерской фабрике идет изготовление «Ромовых баб». Они предназначены для ленинградской партийной верхушки.

В эти дни 16-я армия отмечает признаки отхода русских по всему фронту. В эти дни саперы Красной Армии уже целый месяц высокими темпами оборудуют позиции в низовьях Волхова. Немцам это неведомо. Позднее им стало известно, что в истории исключительно редко случалось так, чтобы руководство, как это было с германским вермахтом, имело бы такие большие победоносные планы над противником, истинную боевую мощь которого они себе так мало представляли.

Барон фон Альмейер-Бек, в то время офицер 21-й пехотной дивизии, является прилежным и сведущим летописцем. Он сообщает не только о недостатках в вооружении своей дивизии, он также знает, что в ней перед началом наступления через Волхов на Волховстрой был некомплект по штату 29 строевых офицеров, 277 унтер-офицеров и 1501 солдат. Хуже того, полностью отсутствовало зимнее обмундирование. Подшлемники, перчатки и теплые носки были выделены лишь тогда, когда солдаты уже давно вели бои. Но и они оказались непригодными в условиях резко понизившейся температуры. Не готовым оказалось также и зимнее оборудование для автомобилей. Отсутствуют как средства против замерзания, так и цепи противоскольжения, а также автомобильные печки и кожухи для защиты от холода автомобильных моторов.

Снег начинает падать большими хлопьями как раз тогда, когда солдаты в летнем обмундировании занимают исходные позиции на Волхове. Единственное осуществленное мероприятие по подготовке к войне в зимних условиях — это покраска в белый цвет стальных касок. При температуре минус 10 градусов солдаты ждут сигнала атаки, в то время как подвесные моторы надувных штурмовых лодок начинают отказывать из-за обледенения.

В таких условиях элитная дивизия приступает к операции против упорного противника в сложной местности и погодных условиях, требующих напряжения всех сил даже у хорошо оснащенных войск. Ужасная авантюра начинается. Русским стало известно время начала немецкого наступления, и, к изумлению немцев, они подтянули дополнительные силы на противоположном берегу Волхова. Позднее в подобных ситуациях или при смене позиций никто уже не удивляется, когда из русских громкоговорителей несутся наименования дивизий и даже называются фамилии их офицеров. И сегодня ветераны гадают, каким образом русским удавалось через передний край поименно обращаться к немецким солдатам как раз тогда, когда те готовились пойти в баню.

Пережившие войну солдаты постов перехвата, подслушивавшие телефонные разговоры, рассказывают истории, от которых волосы встают дыбом: о несоблюдении дисциплины переговоров немецкими командными инстанциями и о безалаберности, из-за чего вражеской разведке, подключившейся к телефонным линиям, становились известны сроки, боевой состав, оснащенность оружием и результаты боевых операций.

Впрочем, тогда уже было совершенно безразлично, где могла образоваться утечка в системе связи. В ходе наступления 21-й пехотной дивизии момент внезапности больше не играл роли. Чистая случайность то, что русские к этому времени и в этом месте не подтянули дополнительные силы для отражения атак. Тем не менее атакующие неожиданно встретили сильное сопротивление. И лишь после того как обер-лейтенанту Паульсу удалось с несколькими солдатами ворваться в хорошо укрепленный пункт Грузино (бывшее имение Аракчеева. — Ю. Л.) и пробить себе дорогу к русскому узлу корректировки огня, находившемуся на чердаке, сопротивление противника было сломлено. Успехи первых двух дней боев стоили дивизии потери 18 офицеров и 671 солдата, включая унтер-офицеров и рядовых.

Но солдаты не ведают, что с того времени, как за чашкой чая в ставке фюрера было принято решение об этой операции, между высокими и высшими штабами возникло расхождение во мнениях. Хотя приказы и однозначны, тем не менее они противоречат друг другу. Поэтому в 21-й дивизии гадают: является ли прорыв к устью Волхова через Волховстрой первостепенной задачей, или это фланговое прикрытие сил, наступающих в это же самое время на Тихвин? Должен ли противник, зажатый между двумя наступающими флангами, быть взят в кольцо окружения? Должны ли мы, следуя за дивизиями, наступающими на Тихвин, идти в поперечном направлении для прикрытия другого фланга? Это, в конечном итоге, вытекало из спонтанно рождавшихся идей Гитлера, его самомнения, презрения к человеку, иллюзий о быстрых, гениальных победах, которые, по его мнению, могли быть одержаны одним движением руки на карте боевых действий. В последующем это привело ко многим катастрофам. Но кто об этом знает на плацдарме Грузино, кто об этом вообще хочет знать, если его волнуют совсем другие проблемы?