Тени исчезают на рассвете - Лев Израилевич Квин

— Н-не знаю, — медленно произнес Алексей, силясь припомнить. — Что-то вроде было, но я почему-то не смог разглядеть, хотя и пытался. Все-таки ночь, темно, а лампочка там светит еле-еле.

— Нет, обычно рассмотреть номер можно… Может быть, табличка была заляпана грязью?

— Не знаю…

Иван Иванович встал, вышел из-за стола и прошелся по кабинету, заложив руки за спину и покачиваясь на ходу.

— И вы, конечно, думаете, Алексей Петрович, что между этими двумя случаями нет ничего общего. Так? Бандиты, значит, сами по себе, машина сама по себе, да?.. А если я скажу вам, что это звенья одной и той же цепи? — спросил Иван Иванович и, внезапно остановившись напротив Алексея, посмотрел на него в упор. — Если я скажу, что за вами охотятся?

— Охотятся? — воскликнул Алексей, вставая. — Кто охотится? Почему охотятся?.. Нет, это невозможно. Чушь какая-то!

— Садитесь, садитесь. — Иван Иванович положил ему руку на плечо. — Уж если я вас сюда позвал, так, наверное, не чушь — как вы думаете? Стал бы я вам и себе выходной портить… В том-то и дело, что все это серьезно. Еще как серьезно… Курить хотите? Где-то у меня тут в столе пачка "Беломора" лежала.

— Не надо, Иван Иванович, не курю… Но кому это понадобилось — охотиться? Кому я помешал? И чем?.. Нет, как хотите, но это просто невероятно.

— Вероятно или невероятно, а на вас уже дважды нападали — это факт. И нет никакой гарантии, что не нападут и в третий раз… Словом, Алексей Петрович, вы помимо своей воли оказались втянутым в большую игру. В игру по нашей части.

— Шпионы? — вымолвил пораженный Алексей.

— Сами понимаете, я не могу рассказывать вам всего. Но главное вот в чем. Группа разведчиков, как говорят в таких случаях, одной иностранной державы сильно интересуется тут у нас одним объектом. Они считают вас своим конкурентом. Ну и принимают меры. Вначале пытались вас похитить и перекупить. Но вы оказались неподатливым. Теперь они, так сказать, обезвреживают вас, понимаете?.. Обычное дело в этой среде, и не следует чересчур обижаться на них: таковы их повадки… Вам ясно, Алеша? — полковник впервые назвал его уменьшительным именем, но это получилось так естественно, что Алексей не обратил внимания. — Конечно, все это не так просто. Но суть дела именно такова.

— Ничего мне не ясно… Почему они приняли за конкурента именно меня?

— Понимаете, так совпали обстоятельства. Многое еще и нам не до конца понятно. Наверное, недоразумение началось еще в Москве… Вначале мы тоже посчитали вас одним из тех…

Алексея покоробило.

— Я не понимаю, — запальчиво сказал он, — как вы можете сидеть здесь и спокойно рассуждать о том, что они хотят меня убить? Вы же должны арестовать их, предупредить преступление. Или вы и сейчас еще думаете, что я такой, как они?

— Нет, этого я не думаю, — сказал полковник, глядя в глаза Алексею. Тот не выдержал и отвел взгляд в сторону. — Посудите сами: если бы я так думал, зачем бы стал вызывать вас сюда? Но все дело в том, что мы еще твердо не знаем, кто за вами охотится. У нас есть подозрения, кое-какие ниточки, но уверенности еще нет. Иначе они не ходили бы на свободе — будьте покойны!..

Алексей уже не слушал полковника. Он лихорадочно думал о том, где же выход из опасного положения. За ним охотятся иностранные разведчики — это же не шутка! Его могут убить в любой момент — на работе, на улице, дома. Его могут убить! Нож, автомобиль… Может быть, следующей попыткой будет пуля из-за угла? Или яд!

— Что мне делать? — Алексей старался говорить спокойно.

— Вот давайте и посоветуемся, — сказал Иван Иванович. — Может, переехать в другой город? — Он прищурил глаз и добавил: — На некоторое время. Пока здесь все уладится.

— Или в командировку…

— В командировку? Пожалуй… — Полковник стукнул пальцем по столу и поднялся. — Я переговорю с вашим редактором и завтра же уезжайте.

Алексей тоже встал. Все как будто решилось, но он испытывал неприятное чувство. Уж очень этот отъезд напоминал поспешное бегство. Бегство от кого? От кучки негодяев. Но кто же в конце концов здесь хозяин — они или он?.. И потом Надя…

— Нет, знаете, я не поеду… Некрасиво как-то. Похоже на трусость.

— Ну, вы преувеличиваете, — усмехнулся Иван Иванович. — По-моему, это не трусость, а благоразумие. Зачем без надобности подвергать себя риску?

И тут Алексею пришла в голову новая мысль. У него загорелись глаза.

— Может быть, я могу вам помочь чем-нибудь? Я умею хорошо стрелять, знаю самбо.

— Нет-нет, лучше езжайте. Все это, знаете, не так увлекательно, как в книгах и гораздо опаснее.

Алексей упрямо тряхнул головой.

— Никуда я не поеду — твердо! Мне можно идти? До свидания. Спасибо за предупреждение.

— Постойте… Дают ему добрый совет, а он обижаться. — Хотя тон Ивана Ивановича остался прежним, Алексей почувствовал, что полковник доволен его решением. — Хоть ведите себя осторожнее. Как стемнеет — никуда, понятно? Безлюдных мест избегайте даже днем. Кончили работу — сразу домой.

— Но я хотел бы помочь вам.

— Вот это и будет самой лучшей помощью… Не понимаете? Уж те-то, наверное, будут искать возможность подступиться к вам. Смотришь, и проявят себя. Еще раз предупреждаю — это небезопасно. Лучше всего уехать.

Алексей махнул рукой: мол, об этом и говорить нечего!

— Вот горячая голова! — Иван Иванович посмотрел на него с улыбкой. — Придется теперь к вам человека приставить. Пусть хоть незаметно провожает вас от редакции до дома… И раз вы уж решили остаться — во все глаза приглядывайтесь к окружающим. Кто из них проявляет к вам особый интерес? Кто навязывается в знакомые?.. И без моего ведома ничего не предпринимайте. А то еще проснется у вас этакий шерлокхолмсовский зуд — себе навредите и нашу работу подставите под удар. Ясно?

— Вполне.

— Значит, вести себя так, как будто ничего не случилось. Никому ни слова, никому! Знаете ведь поговорку: чего не должен знать враг, того не говори и другу. И быть начеку…

…Возвращаясь домой, Алексей всю дорогу думал о разговоре с Иваном Ивановичем. Как он сказал: "Приглядывайтесь к окружающим. Кто из них проявляет к вам особенный интерес?"

Почему-то Алексей вспомнил о Наде и горько усмехнулся. Она-то к нему повышенного интереса не проявляет. Скорее наоборот…

СЕРГЕЮ ПАВЛОВИЧУ НЕ СПИТСЯ

Сергею Павловичу не спалось в ту ночь. Он беспокойно ворочался с боку на бок в своей жесткой скрипучей постели, считал до ста, до тысячи. Потом,