Мятежница - Хизер Грэм

Боже милостивый! Почему она молится? Ведь Всевышний покинул ее…

Но за что? Разве она согрешила, нырнув в этот водоем? Перед глазами Элайны поплыли темные круги. Она уже не боялась насилия. Лишь бы выжить! Снова очутившись под водой в объятиях незнакомца, она изо всех сия ударила его коленом. Но силы у нее иссякали. Вновь не хватало воздуха. Приходилось бороться и с насильником, и с удушьем. Перед глазами опять поплыли темные круги. Что ж, пусть ее изнасилуют, даже убьют! Лишь бы скорее кончился весь этот ужас!

Прошло еще несколько мгновений. Сколько — Элайна не знала. Но вдруг почувствовала, что затуманившееся сознание начинает проясняться. Открыв глаза, она поняла, что голова ее уже над поверхностью воды и теперь можно вздохнуть. Однако чья-то сильная рука продолжала обнимать ее за талию. Другая же подбиралась к груди.

— Господи, да что же это?! — воскликнула девушка и вновь начала бешено сопротивляться. Она дралась кулаками, ногами, коленями, пыталась даже укусить мерзавца. Но все было бесполезно. И вдруг до ее слуха словно откуда-то издали донесся незнакомый голос:

— Да перестаньте же! Я просто не хочу, чтобы вы утонули. Дьявол бы побрал ваши драчливые коленки!.. А-а, чертова кукла! Да вы же, наверное, молодая шалунья этого мерзавца Питера О'Нила!

Элайна взглянула на своего мучителя и встретилась с его глазами — почти черными, наверное, потемневшими от долгого пребывания под водой.

— О Боже! — воскликнул он. — Та самая девица, которая утром поразила всех, демонстрируя искусство владения кинжалом!

Незнакомец сразу ослабил хватку и выпустил ее. Воспользовавшись этим, Элайна отплыла в сторону и с ужасом уставилась на него.

Йен Маккензи… Несомненно, это он! Ей вдруг захотелось умереть. Прямо здесь. Сейчас же…

Йен! Старший сын могущественного землевладельца. Племянник Джеймса Маккензи. Наследник огромного состояния. Сложенный, как Атлант, который способен держать на плечах весь мир или, во всяком случае, часть, именуемую Симарроном. О его воинской храбрости ходили легенды по всему полуострову — как у белых, так и у краснокожих.

В последний раз Элайна видела Йена несколько лет назад. Тогда он покорил ее отца. А в девушке вызвал негодование и раздражение. И благоговение…

Нет, он не был для нее незнакомцем. Она узнала его. Правда, за эти годы Йен несколько изменился. Тогда Элайна была совсем юной, но все же поняла, с кем имела дело. Сразу подметила, что Йен проявляет пристальное внимание ко всему, что возбуждает его интерес. Девушка помнила, как пытливо он расспрашивал обо всем ее отца, как жадно впитывал новые знания.

Йен Маккензи…

Чем же все-таки она согрешила? За что ей ниспослано подобное наказание?! Какая жестокая ирония судьбы!

Элайна даже не подозревала, что Йен вернулся домой. За утренним чаем его не было. Немного посидела только мать Йена — Тара Маккензи. Но и та быстро ушла. Однако Йен, видимо, невольно оказался свидетелем безобразной сцены, разыгравшейся между ней и Питером О'Нилом в буфетной.

Боже, какое унижение! Его невозможно пережить! Что же Йен слышал тогда? Что он знает? Что видел? В тот момент? Сейчас? И как ко всему этому отнесся? Тронуло ли его то, что случилось с ней?

Господи! Лучше умереть на месте! Откинуться на спину, опуститься на самое дно и больше никогда не всплыть на поверхность…

— Иен!

Только сейчас Элайна вновь обрела дар речи. До этого глубокая обида и унижение словно парализовали ее.

— Разве мы знакомы? — удивился Маккензи. Она в замешательстве посмотрела на него и уже хотела плыть к берегу, но тяжелая рука Йена опустилась на ее плечо. Та самая рука, прикосновение которой она ощутила несколько минут назад. Которая скользнула по ее груди, животу и еще ниже… Элайна почувствовала, как в ней вспыхнуло жаркое пламя. Огонь, который не в силах погасить даже холодная вода.

— Подождите! — воскликнул Йен.

Подождать?! Да ни да что на свете!

Элайна попыталась стряхнуть его руку, но тот еще крепче сжал ее плечо своими тонкими длинными пальцами. Она с яростью посмотрела на него. К горлу ее подступили рыдания. Но нет! Он не увидит ее слез! Не услышит криков о помощи! Не дождется! Что бы ни делал с ней! Она стояла в воде рядом с ним, совсем нагая. Стояла рядом с Йеном Маккензи, как самая настоящая шлюха. Это верх бесстыдства! Элайна поняла, что погубила свою репутацию, хотя и не знала за собой вины. Она не сделала ничего такого, что запятнало бы ее имя. Так было раньше… Но теперь…

— Нет, я не стану ждать! — воскликнула девушка. — Как вы посмели дотронуться до меня?!..

— Не вижу в этом трагедии, — прервал ее Йен. — Стойте спокойно. Я все еще не знаю, кто вы, но явно принял вас за другую.

Его глаза блуждали по телу Элайны, заставляя ее сгорать от стыда. Заметив ее смущение, он отвел взгляд.

— Вы кого-то ждали?

Девушка зачерпнула пригоршню воды и плеснула ему в лицо. Йен схватил ее за запястья и крепко сжал их. Она невольно опустила взгляд. Сквозь хрустально прозрачную воду был виден каждый дюйм его обнаженного тела. И он видел ее так же отчетливо.

— Я никого не ждала, — возразила она. — Я просто…

— Вы хотите сказать, что не ждали Питера О'Нила? Элайна поняла, что в следующую секунду либо убьет этого человека, либо умрет сама.

— Идите к черту! — Она задыхалась. — Я не любовница Питера О'Нила. Я…

— Правда? — усмехнулся Йен. — Значит, вы не любовница Питера О'Нила? Тогда чья же?

— Отпустите! Отпустите же меня! Слышите?!

— Кто же вы?

— Отпустите меня! Если вы действительно джентльмен, как о вас говорят!

— Этот водоем — моя собственность. А вы вторглись в нее.

— Разве ваши гости не имеют права купаться здесь?

— Скажите наконец, кто же вы?

Было очевидно, что отпускать Элайну он не намерен. Девушка подумала, что если не назовет себя, то они долго еще простоят обнаженными в этом водоеме, принадлежащем мистеру Маккензи. Она глубоко вздохнула.

— Мое имя Элайна. Элайна Макманн. Мы часто виделись, когда вы навещали своих тетю и дядю, а также моего отца на юге, близ развалин форта Даллас. Теперь вы знаете, кто я. Так отпустите же меня и позвольте мне уйти.

Йен разжал пальцы. Элайна была уверена: он сделал это не потому, что подчинился ее требованию. Просто молодого Маккензи поразило то, что она сказала.

— Элайна? — с негодованием переспросил он. — Элайна! Боже мой! Элайна Макманн плавает голой в пруду, поджидая Питера О'Нила! — Йен почти машинально схватил девушку за плечи и с яростью продолжал:

— Боже милостивый! Молодая, красивая женщина, дочь достойных родителей! И вдруг… Интересно, как отнесся бы к подобному поведению ваш отец!