Изумрудная роза (ЛП) - Галлеа Элейна Р.

— Твою ж! — выкрикнул он, накрыв ладонями сломанный нос. Что-то упало на пол с глухим стуком и закатилось под кровать.

Из комнаты словно бы выкачали весь воздух.

Он смотрел на неё. Она смотрела на него. Глаза обоих одновременно увеличились втрое.

И тут он, позабыв про кровоточащий нос, молниеносно опустился на четвереньки.

Но Октавия была быстрее. Даже с больной лодыжкой она успела раньше. Со стоном упала на деревянные доски, невзирая на боль, прострелившую ногу. Это всё не имело значения. Ни боль. Ни лживый воришка.

Только груз.

Взгляд привлёк зелёный блеск. Посылка лежала под кроватью. Октавия, распластавшись, залезла под матрас, стараясь не думать о пыли и кое о чём похуже.

— Октавия, прошу, позволь мне объяснить. Всё не так, как ты думаешь, — взмолился Флинн, касаясь её здоровой лодыжки.

Она пнула его. Его поступку нет оправданий. Всё, что было между ними, он своими руками разбил на миллион осколков.

Игнорируя лицемерного ведьмака, Октавия максимально вытянула руку, шаря вслепую, пока пальцы не сомкнулись на холодном изумрудном предмете.

Октавия облегчённо выдохнула и на мгновение опустила голову на пол, отдыхая. Груз всё ещё у неё. Она не может его потерять. Так что она отделалась простым испугом. И на всю жизнь запомнит, что ведьмакам нельзя доверять.

Ей не стоило целовать Флинна, не стоило фантазировать о нём, прикасаться к нему. Она, очевидно, совершенно не разбирается в мужчинах.

На эти грабли она второй раз не наступит.

Крепко держа свой ценный груз, Октавия выползла из-под кровати. Опираясь на здоровую ногу, она подобралась к сумке и убрала драгоценность внутрь.

Рука легла на её плечо.

— Пожалуйста, Октавия…

— Не смей! — Слёзы подкатили к глазам. Разъярённая Октавия усилием воли затолкала их обратно. — Не смей, чёрт возьми, прикасаться ко мне. Прошлая ночь была ошибкой. Всё это было большой ошибкой.

— Нет, не говори так.

— Не указывай мне, что делать. — Она прижала сумку к груди и обернулась. — Скажи правду: ты пытался украсть изумруд?

Он прикусил губу и напряг челюсть. Одна секунда молчания была красноречивее сотни слов.

— Иди к чёрту.

Она оттолкнула его, направляясь к выходу из дома. Флинн звал её по имени, но она, не обращая на него внимания, распахнула дверь.

Снаружи стоял стражник.

— Мисс?

— Я уже готова уйти, — выпалила она. — Можно мне вернуть трость? Я пойду одна.

Она выделила интонацией последнее слово, стараясь не думать о том, как резко втянул воздух Флинн позади неё. Стражник, видимо, что-то понял по её глазам, потому что не стал спорить.

Через час Октавия уже была в пути. С тростью в руке она снова брела по лесу.

И чёрт бы его побрал, но даже после его предательства Октавия не могла выкинуть Флинна из головы.

Прошло четыре дня относительной тишины. Октавия шла через холмы и горы. Она уже давно перестала восхищаться красотой природы вокруг. Она слишком устала для этого. У неё хватало сил только на то, чтобы переставлять ноги одну за другой.

Боль стала для неё привычным состоянием. Каждую ночь она находила себе укрытие под деревом или в пещере и массировала ноющую лодыжку.

Идти было непросто, но хотя бы дождя больше не было видно на горизонте.

Как и Флинна.

Время от времени она слышала хруст веток, но, оглядываясь, никого не видела. Сумку она ни на секунду не выпускала из рук, изумруд был надёжно спрятан внутри.

На пятый день Октавию разбудило яркое солнце. Ветер принёс солёный запах, лес заметно редел, и с каждым часом становилось всё слышнее шум волн, разбивающихся о скалы. Побережье океана Индиго.

Как здорово! Восторг переполнял Октавию. Уже скоро она передаст посылку. Её миссия успешно завершится.

«Слава Кайдоне, — выдохнула драконица. — Чем скорее мы избавимся от этого груза и сможем обернуться, тем лучше».

Зверь, живущий внутри Октавии, с каждым днём становился всё нетерпеливее.

Настроение Октавии тоже не улучшалось. Из предательства Флинна она вынесла ценный урок: не доверять никому.

По завершении миссии она возьмёт перерыв. Ходят слухи, что зимой на севере Империи Розы выпадает много снега. Скоро она сможет своими глазами увидеть замёрзшие озера, вдали от всех неприятных личностей. Жидкий огонь течёт в её венах, он не даст ей замёрзнуть.

Октавия была так погружена в свои мысли о том, что будет делать после того, как передаст посылку и обернётся драконом, что не заметила изменений в атмосфере.

Ещё несколько секунд назад в лесу радостно пели птички, зверьки бегали между кустами, ветер шелестел листьями. А теперь воцарилась полная тишина.

Волоски зашевелились на затылке Октавии, она прислушалась к ощущениям.

— Эй! — крикнула она в лес, крепко держась за трость и медленно разворачиваясь вокруг. — Здесь кто-нибудь есть?

В ответ — жуткая тишина. Холодок пробежал по спине Октавии. Интуиция кричала, что что-то здесь не то. Октавия перенесла трость из правой руки в левую и сделала шаг вперёд.

И тут вдруг земля содрогнулась под её ногами.

Её взгляд остановился на старом, искривлённом дереве с тёмно-коричневой корой. Его ствол стремительно обвивали ярко-зелёные лианы. Скорость, с которой они двигались, была совершенно неестественной. Лианы за считанные секунды полностью поглотили дерево.

Октавия, вскрикнув, попятилась назад. Вернее, попыталась, но её ноги обвили чёрные, толстые, почти как верёвки, лианы. Она дёргала ногами, пытаясь выпутаться, но только она справлялась с одной лианой, как вырастало ещё две. Они окружали её, взбирались по ней точно так же, как по тому старому дереву, пока не сковали её тело полностью.

А затем потянули её к земле.

С её языка слетали такие проклятья, что у матроса бы покраснели уши. Ещё одна лоза вылезла из земли и обернулась вокруг рта Октавии, заглушив её недовольные возгласы.

Только после этого из леса вышли три мужских фигуры — двое с крыльями, один без. Их заострённые уши и зелёные ленты магии вокруг их пальцев подтвердили догадку Октавии. Они были эльфами земли.

В отличие от сиреневых крыльев драконицы Октавии, у этих эльфов за спиной трепетали светло-зелёные крылышки, по форме как у бабочек. При всей своей красоте они не могли скрыть гнилой натуры эльфов. От этих трёх мужчин веяло опасностью.

Тот эльф, что был без крыльев, выступил вперёд. Зелёные завитки татуировки Зрелости покрывали его шею и обнажённые ключицы. Они сияли так же ярко, как и его глаза травяного цвета. Его светло-русые волосы были неровно подстрижены вокруг ушей, на правой щеке виднелась ямочка. Он мог бы показаться привлекательным, если бы не злобная ухмылка на лице и неприятная аура в целом. Оружие на его поясе тоже доверия не внушало.

— Так, так, так, — произнёс бескрылый. — Смотрите-ка, кого мы поймали, братцы.

Крылатые эльфы тоже криво ухмылялись, разглядывая Октавию.

— Она человек, Лисандро? — спросил самый молодой из них на вид. Его глаза блестели предвкушением. Октавия пожалела, что была безоружна.

Бескрылый эльф, которого звали Лисандро, подошёл ближе к Октавии. Присел рядом и принюхался, словно пёс.

— Нет. — В его голосе отчётливо прозвучало удивление. — Она точно не просто смертная. От неё пахнет… — он снова принюхался, — дымом и пеплом.

Октавия чуть было не закатила глаза от подобной характеристики. До чего же поверхностно. Все драконы-перевёртыши пахнут дымом, но у каждого есть свои нотки. У этого эльфа земли явно был не такой хороший нюх, как у Октавии.

Его травяные глаза поймали взгляд Октавии. Она сдержалась и не вздрогнула, считав в них неприкрытую угрозу. Она не стала отводить взгляд. Даже когда он провёл пальцами по её округлому уху и затем по подбородку. Она дёрнула головой, ударив лбом по его носу. Раздавшийся хруст прозвучал приятнее любой музыки.

— Тупая дрянь. — Лисандро схватил её за горло и наклонился, проведя носом по её шее. — Братья, да у нас тут дракон-перевёртыш!