Итоги № 8 (2014) - Итоги Итоги

— Это все здорово, и требования международных организаций надо выполнять, но почему за счет бюджета Петербурга? — возмущается депутат Заксобрания Борис Вишневский.

Депутат направил запрос на имя Дмитрия Медведева о возможном изменении финансирования «Зенит-Арены» с участием федерального бюджета. И получил ответ от вице-премьера Дмитрия Козака: тот дал указание Министерству регионального развития, Министерству спорта, Министерству финансов и ОАО «Газпром» совместно рассмотреть предложение о софинансировании строительства стадиона на Крестовском острове.

Проблема еще и в том, что стадион не устраивает не только депутатов, но и сам футбольный клуб. Как рассказал «Итогам» Максим Митрофанов, генеральный директор «Зенита», в декабре 2012 года на стройку приезжала очередная комиссия УЕФА.  В полученном заключении даже та часть сооружения, которая считается условно построенной, вызвала сомнения с точки зрения нарушений технологий возведения, а также по параметрам безопасности. «Зачем говорить о каких-то конструктивных особенностях, выкатном поле или эксклюзивном оснащении, если объект не пригоден к эксплуатации даже на уровне бетонной конструкции? — рассуждает Максим Митрофанов. — Мы крайне обеспокоены судьбой стадиона, поскольку в настоящий момент нет ни одной предпосылки для того, чтобы он был построен в указанные сроки, при этом соответствовал современным нормам и уж тем более стандартам ФИФА, УЕФА и РФС. Уверен, если бы объект с самого начала возводил клуб, мы его давно построили бы и уложились в первоначальную смету».

Сейчас комитет по строительству Петербурга отозвал документы из Главгосэкспертизы, где была указана смета строительства, составляющая почти 44 миллиарда рублей. Город готовит новую заявку с существенным урезанием расходов и изыскивает внутренние резервы экономии. Главное следственное управление СК по Санкт-Петербургу ищет виновных в коррупции. И кто из них быстрее найдет то, что ищет, — большой вопрос.

Московский подход

Ситуация в Санкт-Петербурге сложилась, прямо скажем, парадоксальная. Это очень хорошо видно в сравнении. Так, одновременно с «Зенитом» строительство своих стадионов сегодня ведут несколько столичных клубов. «Спартак» возводит собственную арену в Тушине, «Динамо» — в Петровском парке. Параллель таким образом напрашивается сама собой. Главная разница — в московских проектах полностью отсутствует какая-либо мегаломания. Динамовская «ВТБ Арена» изначально была рассчитана на 45 тысяч зрителей, но как только стало ясно, что она не попадает в число стадионов, отобранных для проведения чемпионата мира-2018, ее вместимость быстренько снизили до 27 тысяч. Это позволило уменьшить сметные затраты почти на 100 миллионов долларов, и теперь они составляют довольно скромные 750 миллионов. Прошлым летом строители начали выемку грунта, а сдать объект обещают уже в 2016 году.

Еще дешевле стадион обойдется московскому «Спартаку». По словам владельца клуба Леонида Федуна, стоимость арены на 44 тысячи мест составит лишь 500 миллионов долларов. Сейчас она готова на 80 процентов, в ближайшее время начнется монтаж крыши. Ввести объект в эксплуатацию планируется в мае следующего года. При этом красно-белые начали зарабатывать на стадионе уже сейчас. На прошлой неделе было объявлено о подписании ими соглашения о стратегическом партнерстве с банком «Открытие». Именно этой финансовой корпорации клуб продал право назвать стадион, и теперь он будет именоваться «Открытие Арена». А взамен «Спартак» сможет получать по пять с небольшим миллионов евро в течение шести лет, общая сумма сделки составит 1 миллиард 208 миллионов рублей. Надо сказать, что это первый случай в отечественной практике, когда спортивный клуб именно продает название стадиона, а не дает ему какое-нибудь абстрактное имя или называет его в честь своего генерального спонсора.

Причина такой экономности столичных менеджеров лежит на поверхности. «Спартак» вкладывает в возведение стадиона собственные деньги, да и все работы ведет самостоятельно. «Динамо» также не может разбрасываться финансами, поскольку оперирует средствами владельцев-банкиров. «Наш бюджет строго ограничен, других денег на строительство просто нет, — объясняет председатель совета директоров «ВТБ Арена» Андрей Перегудов. — Поэтому и работать приходится в строго установленных рамках». Секрет рачительного отношения к делу оказывается очень прост.

Санкт-Петербург

При участии Владимира Рауша

Временные трудности / Общество и наука / Общество

Временные трудности

/  Общество и наука /  Общество

Можно ли завести будильник так, чтобы вся страна проснулась счастливой?

Прошло полтора года с тех пор, как Дмитрий Медведев подписал Закон «Об исчислении времени». После перехода на летнее время 27 марта стрелки часов у нас больше не переводят. Тогда же в России сократили и число часовых поясов с 11 до 9. И теперь в большинстве регионов страны местное время не совпадает с астрономическим на один-два часа, что вызывает у граждан раздражение не меньшее, чем та же пенсионная реформа. Правда, премьер-министр менять свое решение не собирается: «Сейчас число сторонников летнего времени и тех, кто хотел бы вернуться к прежнему порядку перевода стрелок два раза в год или зафиксировать на постоянной основе зимнее время, приблизительно одинаково, даже, может быть, чуть больше тех, кто не желает никаких изменений». Тот факт, что в обществе нет единой позиции, вовсе не удивителен. При этом граждане едины в одном: реальное время должно соответствовать астрономическому — то есть, проще говоря, световому дню. Но страна у нас большая, климатических зон много, продолжительность светового дня везде разная. Можно ли завести будильник так, чтобы все были довольны?

Экономия при свечах

Эксперименты со временем не примета наших дней. Еще в древности светлое время суток делили на 12 равных промежутков независимо от длины дня. К примеру, римские водяные часы имели разные шкалы для разных месяцев в году. На широте Рима восход в зимнее солнцестояние начинался по современным стандартам в 7.34 утра, а час длился 44 минуты. Летом солнце вставало в 4.28, и час продолжался 75 минут. В Средневековье стандартный час вытеснил сезонный. Но в XVIII веке вопрос о совпадении фактического и астрономического времени стал всерьез волновать прогрессивные умы человечества. Например, Бенджамин Франклин, будучи американским посланником в Париже, предложил поднимать французов на рассвете стрельбой из пушек: чтобы вовремя вставали и вовремя ложились спать. А все из чисто материальных соображений — ради экономии воска. Франклин посчитал, что 183 ночи между 20 марта и 20  сентября можно вообще обходиться без свечей, а значит, сберечь их ровно половину. Экономия получалась весомая — 96 миллионов ливров на 100 тысяч семей.

Современную систему летнего времени в 1895 году впервые предложил Джордж Вернон Хадсон — новозеландский энтомолог. Чтобы собрать свою коллекцию насекомых, ему приходилось работать посменно. Такой график заставил ученого осознать всю ценность дневного света. Правда, он предложил радикальный вариант — сдвигать время на два часа.

В 1907 году в одной из газет Великобритании появилась статья «О растранжиривании дневного света» Уильяма Уиллетта, который предлагал переводить время на 20 минут вперед каждое воскресенье апреля. В итоге время сдвинулось бы за месяц на 1 час 20 минут. Ту же процедуру, но в обратном порядке, предлагалось проводить в сентябре.

Впервые стрелки часов начали переводить в Великобритании в 1908 году. Вскоре ее примеру последовали многие страны Европы, в том числе и Россия — в 1917 году. Сейчас отечественные ученые вынуждены обращаться к истории, чтобы понять, как и по какому времени нам все-таки жить.

Вот такой широты

Наиболее популярная сегодня идея — переход на дифференцированное время. То есть переводить стрелки часов, но не по всей стране. Например, в Центральной России и южной части Сибири и Дальнего Востока стрелки можно передвинуть на час вперед весной и на час назад осенью, а на Севере время может оставаться статичным в течение всего года. Так живут, например, в США, Канаде и Бразилии. Американцы стрелки переводят не во всех штатах. Время не меняют в Аризоне и на Гавайях, а в штате Индиана и вовсе экзотика: там переводят часы, но не во всех округах. Все объясняется просто: южные штаты ближе к экватору, а значит, разница между длиной дня зимой и летом здесь не так заметна, как в более северных широтах. Кстати, практически все страны Северного полушария, которые отказались от перехода на летнее время, находятся значительно южнее и ближе к экватору, чем большая часть России. Среди них Япония, Китай, Узбекистан, Таджикистан, Туркмения, Грузия, Казахстан, Киргизия. Зарубежные ученые утверждают, что перевод стрелок актуален только в границах широт от 30-й до 55-й параллели. Именно в этих зонах заметнее всего проявляются различия между длиной дня летом и зимой. Эта разница составляет несколько часов. Южнее, ближе к экватору, длина светового дня летом и зимой практически равна, а на севере, наоборот, полгода — полярный день, полгода — полярная ночь. «55-й градус, наверное, все-таки слишком низкий показатель, — считает ведущий научный сотрудник Института глобального климата и экологии Александр Минин. — Нет никакой необходимости переводить стрелки часов севернее 60-го градуса. Какой смысл сдвигать стрелки, например, в Архангельской или Мурманской области? Думаю, нам нужно в центральных регионах вернуться к переводу времени, а в северных оставить все как есть».