Конец подкрался незаметно (сборник) - Михаил Веллер

Так в эпоху отрицания как буржуазной культуры на Западе, так и тоталитарной культуры в СССР, творческая интеллигенция во главе с передовыми отрядами режиссеров, актеров и поэтов-писателей стала изъясняться меж «мальчиков и девочек» матом столь грязным, что случайно услышавшая такой разговор кучка шпаны из подворотни смотрела им вслед с презрением. Шпана знала, что она – хам, и тем противопоставляла себя интеллигентам. А теперь интеллигент по-прежнему морду бить и прохожих грабить не может, а матом узурпирует не принадлежащее ему языковое пространство, выделываясь невесть с чего под приблатненного – так раболепный фраер, заискивающий на зоне, сдуру примеряет не свою социальную роль.

Хамство – это агрессивная демонстрация недоброжелательности.

Еще – это отсутствие приличий. Хамство – это рек лама менструальных прокладок и презервативов по телевизору, когда семья в сборе ужинает за столом. Ну, здесь уже мы вместе с планетой всей.

Хамство означает: я унижен в своей стране, я не могу это изменить, я от этого страдаю, ну так и ты пострадай, сука, не велик барин.

Милиционер, чиновник, работодатель – будут хамить, и человек глотает, ибо не проглотит – сделает себе много проблем. А они себя при этом – большими людьми чувствуют!

Серьезный бандит будет хамить – а что, ты жизнь отдашь за отстаивание своего достоинства?..

Советских таможенников специально учили хамить людям, провоцировать их, вгонять в стресс, особенно наших эмигрантов – чтоб знали, суки! И сегодня хам-таможенник вымогает взятки сплошь и рядом – для спора с ним необходимо твердо знать последние закрытые инструкции, а где тебе их взять.

Хамство есть порождение дискомфортной для людей социальной системы общежития, где им, людям, нервно, несправедливо, обидно, нестабильно.

……………………………………………………………..

(Заметки на полях.) Специфический и яркий пример московского именно хамства – история о том, как Генрих Боровик взял под ручку Папу Римского – а сфотографироваться в Ватикане на память. После смерти Павла Иоанна XXIII Боровик увлеченно и с юмором рассказал об этом по телевизору – как еще советская делегация была принята, и долго говорили, и перед объективом Папа мягко заметил: «Хенрик, мне целовали руку, пожимали руку, но чтобы брать меня под руку – такого еще не было». Если бы хоть потом, в телевизоре, Боровик сказал, как ему сейчас стыдно своего, мягко говоря, неуместного поведения, если б хоть задним числом почувствовал, какое плебейство прет из его манер! Ему, коммунисту и атеисту, было мало аудиенции и уважения – фамильярность была для него естественным продолжением! Вот таким плебеям нужен царь грозный, чтоб – матюгом и в морду, батогом и по хребту, чтоб знал смерд свое место. Ибо приличного обращения хам не понимает.

О праве свободного человека на оружие

1. Оружие было принадлежностью и отличием человека всегда – с тех пор, как обезьяна взяла в руку палку. В отличие от животного, ограниченного возможностями собственного тела, человек повысил свои возможности, применяя и совершенствуя различные приспособления. Пользование приспособлениями для решения всех важнейших задач – неотъемлемая, принципиально присущая человеку черта. Именно она лежит в основе технической и социальной эволюции. Лишать человека каких-либо орудий, не заменяя их более совершенными либо лишая его всякой надобности их иметь, противоречит как инстинкту самосохранения и самоутверждения человека, так и коллективному инстинкту технического и социального прогресса. Таков взгляд на вопрос в самой общей форме.

2. Важнейшая задача человека – самозащита, оборона своей семьи и жилища. Все, что способствует решению или гарантии решения этой задачи – хорошо и соответствует интересам человека и народа. Все, что не позволяет человеку реально осуществлять свое неотъемлемое право на самозащиту, на оборону своей семьи, жилища и имущества – плохо, и не соответствует интересам народа и отдельного человека. Лишать человека приспособлений для самообороны – грубейшим образом противоречит инстинкту и чувству справедливости и разрушительно как в индивидуально-психологическом, так и социально-психологическом планах.

3. В течение всей человеческой истории право личности на владение оружием не могло подвергаться сомнениям. Жизнь без оружия была невозможна. Историю творил «человек вооруженный». Владение оружием – это отличало свободных людей от рабов или угнетенных податных сословий.

4. Свободным человеком в течение тысячелетий считался и осознавался тот, кто мог с оружием в руках дать отпор посягавшим на его жизнь, семью и имущество. Именно в таком качестве свободный человек мог служить своему предводителю и/или государству – будучи человеком «самостоятельно-самодостаточно-оружным».

5. Оружие было необходимой сословной принадлежностью всех свободных людей. Если древнеегипетские солдаты или римские легионеры со времен Мария вооружались лишь по поступлении в войско за счет казны – это вынуждалось бедностью многих свободных людей и дороговизной всего комплекта античного вооружения: добычи и обработки металла, дубления воловьих кож и т. д. Первое: приход с собственным вооружением крайне приветствовался и мог денежно компенсироваться воину. Второе: любой держал дома ножи, палицы и топоры, которые не годились для боя в строю, но в принципе ничем не отличались от оружия для боя и позволяли противостоять вооруженным грабителям.

6. В новые времена ограничение на владение оружием было одним из отличий угнетенных сословий. Крепостной крестьянин призывался в солдаты – и получал ружье. Отслужив срок, он снова делался безоружным. На дворян, будь они на военной службе, статской или вовсе вне службы, запреты не распространялись, напротив, владение оружием входило в перечень дворянских отличий, умений и доблестей.

7. В десятилетия, предшествовавшие Первой Мировой войне, приобрести стрелковое оружие, как длинно-, так и короткоствольное, мог любой полноправный гражданин. Бедные люди, как правило, оружия не имели – оно было весьма дорого. Это время характерно изобилием марок револьверов, и в начале XX века – карманных пистолетов.

8. И только большевики в ходе Гражданской войны и сразу после нее изъяли у народа оружие, часто жесточайшими мерами вплоть до расстрела за хранение. Пресекали любую возможность противодействия своей власти. Запрет на владение любым стрелковым оружием в России частным лицам – идет от Ленина и Дзержинского. Это запрет времен ЧК, расстрелов заложников, красного террора, концлагерей и тоталитаризма. Разумеется, любые возможности протеста и любые возможности самостоятельных решений вопросов тоталитаризм пресекал на корню. Человек в России лишился оружия как раз одновременно со свободой и как одного из признаков и орудий свободы. Безоружный русский – это русский в тоталитарном государстве: все беззащитны – оно одно может карать и миловать по своему усмотрению. Все решает только государство, по всем вопросам обращаться только к нему.

9. Свобода есть состояние естественное. Запрет – неестественное. Мы находимся в неестественном, рабском положении запрета – не понимая и не ощущая холопского статуса народа; это наследие коммунистического государственного рабовладения: народу оружия не иметь! Подчиняться! Сопротивляться не сметь!

10. Парламент и правительство категорически отказываются проводить референдум по вопросу владения (хранения и ношения) народом стрелкового короткоствольного оружия (пистолетов). Вот и вся «демократия». Отцы-милостивцы лучше знают, что надо холопскому быдлу, а свобода слова ему вредна.

11. Категорический отказ парламента на референдум по оружию раз за разом – ясно показывает, что большинство народа проголосует за оружие.

12. Насильственное лишение народа права на оружие говорит о том, что юридически и фактически народ в России по-прежнему пребывает в холопском состоянии, когда его мнение никого не интересует. Даже если это мнение об его собственной жизни и безопасности. Насильственное лишение народа права на оружие антидемократично и антиконституционно.

13. Нам говорят: «Народ перестреляет друг друга». Но:

А). Большинство убийств – бытовые, в пьяных ссорах, кухонными ножами. Б). Любой, желающий застрелить кого-то, может реально купить пистолет. В первую очередь будут стрелять и будут застрелены люди повышенной агрессивности. Это очень быстро и резко изменит отношение людей к нападению – при возможной пуле в ответ.

14. Глупо и нецелесообразно владение оружием при отсутствии смертной казни за умышленное убийство без смягчающих обстоятельств. Это при ведет к массовым самосудам – и в результате в тюрьмы сядут те, кто возьмут на себя функции устранившегося государства. Также должен быть расстрелян тот, кто застрелил другого и был признан судом полностью виновным.